"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 1201

Дракон-Темьян бросил на Эрхала растерянный взгляд: «Что будем делать?» Но тот и сам пребывал в смятении, не зная, что предпринять.

А тем временем, уверовавшие в свою непобедимость предтечи Смерти вновь ринулись в атаку…

12

…Трагги нанес удар – уверенно и несколько небрежно, не ожидая от противника серьезного сопротивления. Аль отшатнулся и закрылся сковородой, как щитом. Клинок Краста ударился о чугунное дно. Раздался звон.

Воины зафыркали. Один из них посоветовал Красту:

– Ты лучше половник возьми. Сковорода против половника! Вот ведь потеха!

– Этот бой прославит тебя, Краст, – с серьезным видом пошутил Дуксас. – Он войдет в историю под названием «кухонная битва».

Трагги развеселились не на шутку. И только самому Красту было не до смеха. Его насторожило то, незаметное на первый взгляд, мастерство, которым Аль защитился от удара. Ну, да, он использовал такой несерьезный предмет, как сковородку, но сделал это весьма умело.

Краст вновь ринулся в атаку. И снова его удары были блокированы все той же кухонной утварью. Казалось, Аль в панике забыл про меч и бездумно отмахивается сковородой, от страха не соображая, что делает. Его неуклюжесть и паника бросались в глаза. И все же ни один из выпадов Краста не достиг цели.

«Или ему сказочно везет, или он мастер, каких поискать», – промелькнула у Краста мысль. Теперь он решил действовать так, словно ему противостоит не увалень со сковородой, а серьезный, опытный воин.

Трагги повел атаку справа, заставляя противника защищать левую сторону, а потом неуловимо быстро выхватил левой рукой кинжал и сделал выпад, целя в незащищенный правый бок Аля. Бывший Должник уже не успевал закрыться сковородой. Трехгранное лезвие гарантировано должно было пробить ему живот. И тут Аль словно вспомнил про меч – каким-то чудом сумел отклонить им кинжал в сторону, а затем и сам внезапно нанес удар.

Краст даже не понял толком, как это произошло.

Вот клинок бывшего Должника уводит трехгранное лезвие кинжала в сторону, а затем, сделав поворот, вдруг резко возвращается и вонзается в бедро Краста, взрезая жилу. Полилась кровь, выплескиваясь короткими мощными толчками. Теперь счет жизни Краста шел на мгновения. Он должен был срочно остановить кровотечение. Эта мысль заставила его на краткий миг опустить клинки. Он открылся всего на два биения сердца, но Алю этого хватило – его меч вошел точно между ребрами трагги, поражая сердце.

Взгляды противников встретились.

– Кто ты такой, Ротран тебя раздери?! –  попытался прохрипеть Краст, но не сумел. Он рухнул замертво к ногам того, кого намеревался с легкостью убить.

Остальные трагги опешили, отказываясь верить своим глазам. Мысль о том, что этот придурок со сковородой, мог прикончить одного из них, казалась настолько дикой и кощунственной, что просто не укладывалась в голове. Трагги на некоторое время застыли неподвижно, молча глядя на мертвого Краста.

Аль тут же воспользовался их ошибкой. Его клинок устремился к груди Дуксаса, но трагги сумел уклониться, отделавшись легкой раной  на ключице.

Взревев от ярости и гнева, Дуксас подхватил меч Краста и тотчас перешел в контратаку. Одновременно на Аля ринулись и остальные трагги. Причем теперь в дело пошли не только клинки, но и магия.

Дуксас первым послал в противника молнию, но она почему-то завязла, не достигнув цели. Аля словно окутал прочный магический кокон, непроницаемый для боевых заклятий. Правда, холодное оружие проходило сквозь него, не встречая сопротивлений.

Трагги очень скоро осознали тщетность магических атак и сосредоточились на мечах. Теперь они бились всерьез, показывая все свое мастерство.

Алю пришлось туго. Он по-прежнему проявлял чудеса ловкости. Лавировал между столами и кухонными шкафами, стараясь иметь дело только с одним противником. Но и трагги не вчера на свет родились, и в ратном деле были отнюдь не новички.

Пока двое атаковали бывшего Должника, третий сорвал крышку с огромной кастрюли и метнул противнику по ногам. Аль упал. Один из трагги тут же ударил его каблуком по руке, держащей меч. Аль услышал хруст собственных костей, но боли почти не почувствовал. Зато рука перестала повиноваться. Меч выпал из покалеченных, раздробленных пальцев.

Аль попытался отмахнуться от нападающих сковородой, но не успел – ее, как и меч, выбили из рук. Бывший Должник в один миг оказался безоружным, покалеченным, распластанным на полу, а к его беззащитной шее устремился меч Дуксаса.

Лицо Аля исказилось от близости неминуемой смерти. Промелькнула мысль: «Эх! Подвел я Змееносца. Не выполнил… Не сумел…»

Меч Дуксаса коснулся шеи Аля, застыл на мгновение, перед тем, как прорвать кожу, разрубить хрящи и жилы.

– Сдохнешь, как ничтожная тварь! – с бешеной ненавистью процедил Дуксас.

– Сдохну, как воин, – дерзко поправил его Аль. – Погибну от удара мечом, глядя в глаза своей смерти.

– Э, нет, – злобно рассмеялся трагги. – Такую привилегию ты не заслужил. Я не стану пачкать об тебя меч Краста! – Дуксас обратился к товарищам: – Верно, я говорю?  Переломаем гаденышу все кости, а потом посадим на кол. – Он опять повернулся к бывшему Должнику. – Ты будешь подыхать очень медленно. И смерть твоя будет позорной и мучительной.

– Так и сделаем, – согласились трагги. – Отомстим за своего!

Двое воинов подняли Аля на ноги, скрутили ему руки за спиной.

– Эх, дружище! – Дуксас склонился над телом Краста. – Напрасно ты  проявил по отношению к этому ублюдку истинное благородство. Не стоило давать ему меч. Он подло убил тебя этим самым мечом…

– Не подло, а честно! В поединке! – упрямо возразил Аль.

– Ах, наш щенок еще и гавкает?! – Дуксас врезал ему кулаком в лицо.

Рот Аля наполнился кровью. Он выплюнул ее вместе с осколками зубов.

Дуксас смерил бывшего Должника ненавидящим взглядом и обратился к товарищам:

– Тащите его вон туда, а я пока найду колотушку для отбивания мяса. Да и кол покрепче поищу.

Аля поволокли к колоде, на которой повара отрубали голову домашней птице. Бывший Должник так отчаянно сопротивлялся, что один из трагги был вынужден вырубить его ударом в затылок.

Очухался Аль от холодной воды, выплеснутой в лицо. И первое, что увидел – искаженное от ярости лицо Дуксаса.

– Ну, что, очнулся, гаденыш? – прошипел трагги. – Давай, открывай глазки. Тебе пока рано подыхать. Ты еще будешь умолять нас о смерти. Ребята, поднимайте его.

Аль до конца не пришел в себя, и потому почти не сопротивлялся, когда его поставили на колени возле колоды и положили правую руку на шершавую, покрытую засохшими пятнами крови древесину.

– Вот так, гаденыш. Можешь попрощаться с рукой. Сейчас там не останется ни одной целой косточки. За Краста! – Дуксас поднял страшноватого вида огромный шипастый молоток…

13

…Смертоносные жала Смерти одно за другим разлетались по наполовину разрушенному бальному залу. Они кружились злобными смертельными осами, атакуя Эрхала и Темьяна одновременно со всех сторон. Повелитель Воды был вынужден уйти в глухую защиту, окружая себя и урмака то «Облачной броней», то «Зеркальным щитом». Но противник раз за разом пробивал магическую оборону.

Одно из жал вспороло Эрхалу поясницу. Вонзилось вроде и не глубоко, но успело впрыснуть магический яд. Повелитель Воды покачнулся, хватаясь за стену. В глазах у него потемнело.

Хименес тотчас заметил плачевное состояние своего личного врага и ринулся в атаку, нанося один за другим удары «Копьем праха».

Темьян-Дракон заслонил собой Эрхала и дохнул огнем. Пламя вспыхнуло необычайно ярко, сожгло «Копье праха» и ринулось дальше – к Хименесу. Ударившись о защиту Смерти, огонь мгновенно погас, не причинив воинам Разрушителя ощутимого вреда. Зато яркий свет ненадолго ослепил их, позволяя Повелителю Воды хоть чуть-чуть перевести дух.

Дракон обеспокоено взглянул на Эрхала: