"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 1140

– Ты и вдруг тихонько жить, – недоверчиво хмыкнул Келвин. – Не сможешь, заскучаешь.

– Может, и заскучаю. Но не сразу. Годик-другой поживу, а там видно будет. А ты заезжай в гости. Я тебе адресок хутора оставлю… Где же его оставить? О, знаю! В столице Саарии есть такой трактир «Две свечи». Трактирщик кое-чем мне обязан, так что… Вот у него и оставлю. А ты, будет время, навести меня.

– Это уж непременно, – пообещал Келвин.

Они расстались. Бывший сотник был уверен, что Пол поехал на север, присматривать себе хутор. Но как же Келвин бы удивился, если бы узнал, что Чесман повернул на восток – обратно к землям Тесандрийского графства.

Прежде чем пересечь границу негостеприимного графства, Пол Чесман сделал остановку в лесу, спешился, разделся по пояс и принялся делать странные движения, будто смахивал крошки с груди.

Через мгновение облик его начал изменяться. Кожа потемнела, приобретая коричневый оттенок. На спине колыхнулись два небольших кожистых крыла, а голова потяжелела, украсилась витыми рогами. Лицо приобрело нечеловеческий вид – глаза стали сплошными черными пятнами без белков и зрачков, передняя челюсть и рот вытянулись вперед, напоминая бычью морду.

Не успел Мюрр принять свой истинный облик, как вдруг кусты затрещали, и на опушку леса выехал всадник-джигли на смоляном коне.

– Гор, ты во время, – обрадовался Мюрр. – Принес кровь?

– А как же. – Всадник протянул маленькую кожаную флягу. – Но эта последняя, придется новую доставать. Устроим очередное «жертвоприношение»?

– Не надо. У меня в тайнике есть запас, – возразил Мюрр. – Только тайник в столице Тесандрийского графства. Мы с Келвином удирали в спешке, пришлось оставить все бутыли с кровью там.

– Хочешь пойти забрать? – уточнил Гор.

– Обязательно. К тому же у меня в графстве осталось еще одно маленькое дельце…

– Какое?

– Да вот, хочу вернуть утраченную силу некоему магу. Он потерял ее из-за болезни. Местные волшебники так и не смогли до конца вылечить его, а для меня это пара пустяков, ты же знаешь. Подправлю ему пару линий в узоре жизни, и станет он сильнее, чем был прежде. Глядишь, еще и в архимаги своей Пятерки пробьется.

– Понятно… Слушай, – оживился Гор, – а давай-ка я костерок разведу, пряный суп сварю. У меня и вяленое мясо, и крупа с собой… Посидим, ты мне о своих приключениях расскажешь. Об этом Келвине и о маге… Да и вообще… Чувствую, есть о чем поговорить, а?

– Как не быть. С удовольствием все подробно расскажу. – У Мюрра почти не было секретов от Гора. – Честно говоря, я давно так не развлекался, как здесь. А у тебя вино с собой припасено?

– Обижаешь, – фыркнул Гор и снял с седла кожаный бурдюк. – Выдержанное, ашхетинское. Не забыл еще его вкус?

– Не-а… Ладно, давай, вари суп, а я пока себе новый узор нарисую.

Мюрр открыл маленькую флягу. В ней оказалась кровь. Благодаря особым заклинаниям, она не сворачивалась годами.

Тоненькая алая струйка потекла на ладонь Мюрра. Он аккуратно отложил флягу в сторону, обмакнул палец в кровь и принялся выводить на своем теле кровавый узор.

Когда он закончил, алые линии исчезли, словно и не бывало, а сам Мюрр превратился в неопрятного уродливого старца, каких много бродило по дорогам мира Ксантины, кликушествуя и попрошайничая.

– Ну, ты и выглядишь! Пострашнее ничего придумать не мог? – не удержался Гор.

– Зато в таком виде меня пропустят куда угодно. Ни граф, ни Морн меня не узнают, даже когда столкнутся лицом к лицу. Надо будет еще одежду в грязи вымазать. Но это чуть позже. А пока давай, выпьем вина. – Мюрр растянулся у костерка, с удовольствием принюхался к запахам, которые распространялись из котелка с супом, и охотно принял из рук Гора бурдюк с вином…

15

Месяц спустя,

Мир Ксантины, королевство Саария,

Затерянный хутор в лесу

Творец выглядел хмуро. Вернее, при его постоянно изменяющейся внешности почти невозможно было разглядеть выражение лица, но Мюрр, и не глядя, мог с уверенностью сказать – наставник чем-то расстроен.

Повелитель Холода вновь вернулся к облику простого смертного Пола Чесмана, намереваясь прожить под этой личиной еще пару-тройку лет.

 – Ты верен себе, малыш. – Творец окинул рассеянным взглядом новое жилище воспитанника. – По-прежнему избегаешь богатства и роскоши.

– Я не нуждаюсь в них. Для меня главное – простота и удобство. А вся эта позолоченная мишура пусть остается напыщенным слащавым идиотам.

– Ты имеешь в виду Высших? – не удержался от усмешки Творец.

– И их в том числе. Хотя… – Мюрр лукаво улыбнулся, – кое-какие маленькие слабости есть и у меня.

– Речь идет о пристрастии к амброзии, не так ли? Значит, ты еще не оставил попыток приготовить ее самостоятельно? Так сказать, в домашних условиях? – Теперь Творец улыбался во весь рот.

– Вы же знаете, я не успокоюсь, пока не добьюсь своего. Вот, оцените, что получилось. Это из последней партии.

Повелитель Холода достал из потайного шкафа небольшой графинчик и два бокала тончайшей работы, выполненные из драгоценного аретинского хрусталя. Этот хрусталь насыщался мельчайшей золотой пылью, отчего красиво сиял и переливался. Иметь изделия из него считалось верхом роскоши даже для самого капризного Высшего.

Творец хмыкнул и покрутил головой:

– Нет, малыш, все-таки ты – это нечто! Только тебе удается сочетать несочетаемое: аретинский хрусталь и нищий хутор в глуши.

– Не такой уж он и нищий. – Мюрр разлил по бокалам янтарную тягучую жидкость из графинчика. – Большинство жителей мира Ксантины назвали бы его зажиточным.

Творец неопределенно повел плечами, взял бокал, согревая в ладонях, пригубил напиток. Пощелкал языком, наслаждаясь послевкусием.

– Отлично, малыш. Отлично! С каждым разом у тебя получается все лучше и лучше. Это, конечно, не совсем амброзия, но, на мой взгляд, ничуть не хуже.

– Да, этот вариант мне и самому нравится больше всего. Пожалуй, я остановлюсь на нем… На время…

Творец подавил улыбку. Время будет очень коротким. Если Мюрр что-то вбил себе в голову, то не отступится ни за что. Терпения ему не занимать. Он будет пробовать снова и снова, пока наконец не научится превращать убогое местное пойло в изысканный коньяк.

Впрочем, кроме коньяка-амброзии у Мюрра была еще одна слабость – тайная, которую он тщательно скрывал от всех, включая Творца. Стыдился ее, но никак не мог побороть… Не мог или не хотел…

Творец сделал еще глоток, покосился на воспитанника и перевел взгляд на его тайную слабость.

Небесный Уголок – своеобразный миниатюрный пантеон в виде этажерки, уставленной крашеными фигурками правящих Богов. Без такого Уголка не обходилось на Ксантине ни одно жилище, так что Мюрр поставил его в своем доме, прежде всего, для маскировки – чтобы не отличаться от местных жителей. Да, сам Уголок был для маскировки, а вот фигурка Богини Ксантины…

Конечно, она обязательно должна была присутствовать, опять-таки для маскировки. Вот только стояла статуэтка с самого края – так, чтобы удобно было брать в руки. Похоже, ее и брали частенько – остальные фигурки покрывал тончайший налет пыли, а эта оставалась чистейшей.

Творец вдруг ясно представил, как Мюрр по вечерам уединяется в этой комнате.  Снимает с полки статуэтку, тщательно вытирает с нее пыль и ставит перед собой на стол. Затем наливает в драгоценный бокал самодельную амброзию и медленно пьет, задумчиво глядя в нарисованное лицо матери. Интересно, о чем он думает в этот момент? О мести? О любви?..

Обида на мать все еще ранит душу Мюрра. Его так и тянет в мир Ксантины. Он раз за разом возвращается сюда, словно преступник на место преступления. Мюрр знает, что родители по-прежнему разыскивают его, чтобы изолировать или убить, и все же не перестает рисковать, живя практически под носом у матери. А, может, ему доставляет удовольствие сама мысль, что он здесь, рядом, а она не видит его?..