"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 1031

– Ты узнал, что хотел? – спросил Аратонг.

– Да.

Миссел резко повернулся и вышел в длинную гулкую Колоннаду Ожидания. Он и в самом деле узнал, что хотел. Имя палача, истязавшего его сына. Это Эрхал, Повелитель Воды. Он сказал Хаалу: «Я убью тебя». И убил – отнял главное, самое драгоценное, без чего дейв превращается… не в калеку, нет… хуже, гораздо хуже…

Эрхал отнял у Хаала СИЛУ.

2

Сон ушел окончательно.

«Надо выйти на воздух, – решил Миссел. – За последние три года у меня сильно расшатались нервы».

Когда он пробирался к выходу, Эрхал проснулся и поднял голову:

– Миссел, ты куда?

– Спи, спи, я покурить. Кошмары замучили.

Проклятый вышел на крыльцо и с наслаждением затянулся ароматной контрабандной сигарой. Его мысли вернулись к запретной теме.

Эрхал – палач, истязавший Хаала. Как же Миссел удивился, встретив Повелителя Воды на Ксантине! Первым побуждением было раздавить эту мерзкую гадину – еще там, в лесу под Дзентой.

Что удержало его тогда? Выражение глаз Эрхала. Голубые глаза амечи смотрели жизнерадостно и чуточку насмешливо.

Именно так обычно смотрел Хаал, когда рассказывал о своих приключениях или мечтал о новых.

Нет, так не могут смотреть палачи…

Миссел курил и чувствовал, как с сигарным дымом к нему возвращается привычное самообладание. Как опасные мысли улетают, рассеиваются, и в душе вновь воцаряется хладнокровное расчетливое спокойствие.

Сейчас нет времени для личных чувств, а уж тем более для мести. На карту поставлено слишком многое. Нужно обождать. Всему свое время. Сейчас время дела.

Дейв затянулся в последний раз, затоптал окурок в ближайшей охапке пожухлой листвы и собирался вернуться в дом, как вдруг…

«Ты пришел за моими секретами, Проклятый? – прозвучал в голове незнакомый голос. – Так иди и возьми их».

– Насколько я понимаю, со мной говорит Черный Чародей? – Миссел отвечал вслух, так ему было легче сосредоточиться.

– Можешь пока называть меня так, – отозвался голос. – Хотя это прозвище, придуманное смертными, не имеет ничего общего с моим настоящим титулом.

– Титулом? – Миссел оскорбительно захохотал. – Да для меня твой титул ничего не значит! Ты посмел бросить вызов Высшим, и теперь тебя ничто не спасет. Это смертным ты мог морочить голову, для них твои тайны и титулы имеют значение. А для любого Высшего ты просто выскочка. Ничтожество, которое надо раздавить! Ну, где ты там? Иди сюда и покажи, на что способен, щенок! Или у тебя уже штанишки мокрые от страха?

Недаром говорят: хочешь узнать правду, разозли собеседника. Вот и Миссел надеялся вывести противника из себя, полагая, что в запале гнева тот выплеснет какие-нибудь сведения. Расскажет, кто он такой, чтобы восстановить свое доброе имя и вызвать к себе страх и уважение.

Но фокус не удался. Его оппонент не проронил ни слова в ответ. Он замолчал и молчал так долго, что Миссел решил, будто контакт с неизвестным прервался. Но Черный заговорил. Ровным спокойным голосом, в котором не прозвучало ни тени эмоций:

– Иди на поле к последнему стогу, дейв. Там тебя будут ждать. Иди один, это, прежде всего, в твоих собственных интересах.

И Миссел пошел.

У стога его ждал человек. Проклятый еще издали разглядел черные курчавые волосы, шоколадную кожу, темную плотную одежду. В руках человек держал нечто гибкое и светящееся, вроде тонкой диковинной змеи.

«Да это же всадник джигли! Вот так-так!» – удивленно подумал Миссел. Он ожидал чего угодно, но не этого.

Черный человек стоял один, без коня, и поигрывал сверкающим живым кнутом. Проклятый усмехнулся и вознамерился основательно покопаться в мыслях у джигли, чтобы выудить информацию о Нефеле и Черном Чародее. Но его усилия не увенчались успехом – разум всадника надежно укрывала «Стенка», явно поставленная кем-то из Высших.

«Ладно, попробуем по-другому», – решил дейв. Он принял надменный вид и подошел к всаднику, отметив про себя, что тот и не подумал склонить голову перед Высшим. «Плохое начало, – подумал Миссел. – Что ж, придется сделать вид, что в спешке я не заметил его дерзости».

– Хорошо, что ты здесь, смертный, – высокомерно начал Проклятый. – Слушай и повинуйся…

– Эрхал не тот, за кого себя выдает, хозяин, – спокойно перебил его джигли.

Миссел смерил всадника ледяным взглядом:

– Ты забываешься, смертный! Или тебе не известен ритуал?!

Джигли колебался мгновение, а потом все же склонил голову в знак почтения:

– Прошу простить меня, Всевластный Повелитель Мироздания. Моя жизнь и мои мысли принадлежат вам.

«Так-то лучше, хотя насчет мыслей он соврал. Впрочем, возможно он не знает о «Стенке» в своей голове», – подумал Миссел, а вслух сказал:

– Я принимаю твою покорность, смертный, и готов оказать тебе милость, позволив отвечать на мои вопросы.

– Спасибо, хозяин.

– Не называй меня хозяином… Итак, что ты там говорил про Эрхала?

– Эрхал не тот, за кого себя выдает, – повторил джигли. Он не добавил титул «Великий», как было принято при общении с Высшим. Миссел нахмурился – всадник упорно нарушал ритуал.

– Что значит «не тот»? Не Ученик Богов? Не амечи? Не Эрхал? – вслух спросил Проклятый, сделав вид, что снова не заметил дерзости джигли.

– Он Эрхал и амечи – да. Он пришел на Ксантину восстановить культ Богов – нет. – И снова джигли опустил титул. И снова Миссел сделал вид, что не заметил этого.

– А зачем же он здесь?

– Приближается день Великой Битвы между амечи и дейвами. Но амечи не хотят драться, они слабы и знают это. Они не собираются делиться властью с вами, хозяин. Амечи сломают Ксантину и образуют свою Вселенную, без дейвов. Они не отдадут вам власть, хозяин.

Дерзость всадника переходила все границы – он заменил титул «Великий» на слово «хозяин», хотя Миссел запретил называть себя так. Проклятый поиграл желваками, но стерпел. Спросил:

– Зачем же амечи разрушают собственные Храмы?

– Чтобы отвести от себя подозрения пока идет подготовка к великому ритуалу, хозяин.

– Но если они решили покончить с Ксантиной, зачем прислали сюда Эрхала?

– Чтобы отвлечь ваше внимание, хозяин. Впрочем, Эрхал и сам не знает о своей роли. Он искренне хочет остановить Черного Чародея. Но Боги используют его, а потом уничтожат вас обоих, хозяин.

– Да прекрати ты называть меня хозяином! – не выдержал Миссел. – И передай своему Чародею, что я не поверил ни единому слову из того, что ты мне тут сейчас наболтал!

– Вы неправильно поняли меня! – Джигли сделал умоляющий жест к Проклятому. – Черный Господин действительно приказал мне поговорить с вами, вот только… Мои слова – не те, что должны были прозвучать по его приказу. Я должен был соврать, а вместо этого рассказал правду!

– Вот как… Значит, ты предал своего господина?

– Вот именно. Я пошел на риск, чтобы предупредить вас.

– И почему же ты это сделал?

– Я не хочу участвовать в уничтожении тысяч обитаемых миров. Ведь тогда погибнет и мой собственный. А этого я допустить не могу, хозяин.

– Хм… Ну, хорошо… А Нефела где?

– У меня, хозяин.

– Ее надо отпустить.

– Нет! Эта девушка нужна Богам для обряда. Но я не отдам ее и сорву ритуал. Я спрячу ее так, что никто не найдет.

– Не думаю, что тебе удастся спрятать ее лучше, чем мне, – отрезал Миссел.

– Вам не стоит утруждать себя подобными мелочами, хозяин, – возразил джигли.

– Послушай меня внимательно, смертный. – Руки Проклятого окружил голубоватый ореол заклинания. – Или ты сейчас же отведешь меня к ней добровольно, или я заставлю тебя сделать это!

– Есть и третий вариант, хозяин, – перебил всадник. Сверкающее жало живого кнута нацелилось в грудь джигли напротив сердца. – Один короткий приказ, и кнут мгновенно убьет меня. Вы не успеете помешать. Я избегну… принуждения, а вы потеряете преданного союзника, хозяин.

Несколько мгновений Миссел и джигли смотрели друг другу в глаза, и Проклятый отчетливо осознал, что стоящий перед ним человек действительно готов умереть.