Невезучая попаданка. Я исцелю твою дочь, дракон! (СИ) - Рунова Юна - Страница 14

К храму Шеаны мы подъехали уже в сумерках, виконт недовольно пофыркивал, помогая мне выйти их кареты. Милисс сжимала в руке холщёвую сумочку с пистолем: она теперь с ним не расставалась. Уолден испуганно сверкал глазами, ему отчаянно не хотелось попасть в местную больницу.

Храмовый комплекс располагался в самом центре города, но это не помешало ему занять довольно обширную территорию. Жрецы не только воспевали свою богиню, но и занимались изготовлением свечей, а также выжимали масло из растения похожего на земной подсолнечник.

От большого здания старого храма шли примыкающие постройки: свечная, жилые комнаты жрецов и послушников, кухни, а также больница. Отдельно стояла маслобойня, и располагался скотный двор.

– Вы уверены, что они его примут? – недовольно спросил Ландо.

– Не спросим – не узнаем, – ответила я, оглядываясь.

– Они не посмеют отказать в помощи. Шеана им такого не простит, – тихо сказала Милисс, глядя на нас.

Территорию огораживала глухая стена одного из зданий, переходящая в высокий каменный забор, тяжёлые деревянные ворота были закрыты, но на калитке висел молоток. Виконт громко постучал и спустя пару минут нам открыл невысокий бритоголовый крепыш в серых одеждах.

– Да прибудет с вами светлая Шеана, путники! – громогласно поприветствовал он. – Что вам понадобилось в нашей тихой обители в такой час?

Я вышла вперёд и бодренько посвятила мужчину в суть проблемы, он лишь кивал на мои слова, а в конце окинул озадаченным взглядом:

– Что же вы хотите от нас, баронесса? Вы ему помогли, рану обработали. Лекарь явится к нам лишь через два дня, а бездельников изображающих перед богами и людьми болезни, мы не принимаем. Он ведь живёхонек как я понял из ваших речей, пусть возвращается домой к родителям, а коли дома и родных нет, то прямой путь ему в работный приют. Там и ночлег, и пища, и заработок по силам, – ответствовало жрец.

– Но ему ещё нельзя работать, как вы не понимаете! У него травма головы, – вновь повторила я для этого тупицы.

– И что? От меня-то вы что хотите? У нас все койки заняты и не такими вот лоботрясами, а искренне страждущими, – равнодушно отозвался жрец.

– Я напишу о вашем отношении королю Ладуру, так и знайте! – гневно пообещала я. – И если ваша Шеана нас видит, она уже поставила галочку напротив вашего имени!

По грубоватому губастому лицу мужчины пробежала тень, он раздражённо вздохнул:

– Ладно! Сейчас покличу братьев и занесём вашего болящего, – сдался, наконец, он.

Я довольно улыбнулась и подмигнула хмурому виконту, который вслушивался в каждое слово жреца.

– Милисс, иди-ка сообщи нашему рыжику, что сейчас мы его передадим из рук в руки, – попросила я служанку, потирая озябшие руки.

Да, местных служителей церкви язык не поворачивался назвать приветливыми – нас даже за порог не пустили, а мне было очень любопытно посмотреть на местную больницу. Я заглянула во двор по которому бегала одинокая, но довльно упитанная курица и уже хотела войти, как услышала быстрые шаги служанки.

– Госпожа! Этот рыжий… он сбежал! – прокричала она и я бросилась к нашей карете.

Вот ведь, глупый пацан! И куда он ломанулся со своей подбитой головой?

Глава 4.2.

Я заглянула в карету и увидела улицу через насквозь открытую дверь. Уолден тихонько сбежал, пока мы беседовали со жрецом.

– Знаете, баронесса, а я всё ждал, когда этот рыжий суслик даст дёру, – облокотившись на ручку каретной двери, довольно ухмыльнулся Ландо.

– И с чего вдруг у вас была такая уверенность? – скрестив руки на груди, поинтересовалась я.

Виконт под моим взглядом стушевался и прекратил ухмыляться:

– Метка на его запястье. Он беглый из шахты, – ответил он. – Жрецы тут же сдали бы его страже, а теперь он примкнёт к очередной банде и продолжит обворовывать честных горожан.

Надо же, а я ведь даже не заметила эту самую метку. Да, жаль мальца, но нам бы и самим теперь ночлег отыскать.

– Что ж, похоже, Уолден сам выбрал свой путь, – пожала плечами я.

Милисс удивлённо посмотрела на меня:

– Мы не будем его искать?

– А зачем? Мы ведь хотели от него избавиться, разве нет? Вот он и самоустранился, – ответила я, пожимая печами. – В путь! Ночевать в карете как-то совершенно не хочется. Виконт, вы случаем не знаете, где здесь приличная, но не слишком дорогая гостиница?

Виконт довольно усмехнулся и ловко запрыгнул в седло:

– Велите кучеру ехать следом, – сказал он и пришпорил своего коня.

Группа из трёх жрецов во главе с уже знакомым нам упёртым крепышом как раз показалась в воротах:

– Госпожа, мы готовы принять вашего болезного, – сухо сообщил он.

– А уже не надо. Он излечился и ушёл. Видимо, сама богиня постаралась, – ответила я с улыбкой. – Спасибо за участие и всего хорошего.

Жрецы обалдело переглянулись, пожали плечами и скрылись за мощными воротами. Глупо вышло, выставил нас этот Уолд какими-то идиотами! Туда ему и дорога.

Моя неудача не преминула напомнить о себе: Милисс не заметила меня и хорошенько приложила дверью прямо по носу! Веспер всё это побери!

– Госпожа, простите! Я…

– Молчи и лезь в карету, – сердито отозвалась я.

Как она ещё нос мне не сломала! Даже пара капель крови осталась на перчатках.

Уселись, Милисс заботливо укутала мне ноги и подложила мешочки с горюнами.

– Госпожа, простите, я такая неуклюжая…

– Забудь! – выдохнула я.

Даже если я скажу, она всё равно не поверит, что неуклюжая здесь именно я.

За окном уже совсем стемнело, и в городе разгорались первые огни. Из домов слышались аппетитные запах, горожане торопились на ужин к семье. Стало немного грустно: оказаться там, где тебя никто не ждёт, и никогда больше не увидеть родных, разве о таком я мечтала? Кому я нужна в этом неуютном мире?

Вздохнула, потёрла припухшую переносицу и взяла себя в руки: выбор у меня не велик, но умирать тут второй раз я планирую очень нескоро. Тем более раз я аристократка, то кровь какой-нибудь дивной животины типа единорога течёт и в моих венах, а это сулит и хорошую регенерацию, и долгие годы. Ещё знать бы, в каком виде я эти долгие годы проведу: вдруг тут большую часть жизни проводят в сединах! Надо бы уточнить этот вопрос.

К гостинице подъезжали впотьмах хорошо местный бургомистр, или кто тут всем заправлял, не экономил на искусственном освещении.

– Милисс, а что это за дивные огоньки в местных фонарях? На магическое освещение не похоже, но и точно уж не живой огонь, – вглядываясь в переливающийся от зелёного к золотистому цвету фонарик, спросила я.

Девушка удивлённо вытаращилась на меня:

– Так ведь это пещерные светляки, госпожа, – сказала она. – Вы при всех-то мне подобные вопросы не задавайте, а то решат, что у вас с головой не то, – прошептала она.

Карета как раз въехала в гостиничный двор, и я возблагодарила всех местных богов, что, наконец, смогу присесть на что-то, что не буде пытаться из-под меня выпрыгнуть. Надо отдать должное местному правителю – дорога от Матуша до Ровены была вымощена плоским крупным булыжником, что значительно облегчало движение, позволяя гнать лошадей во весь опор. В то же время, без рессор, о которых знала даже я, ехать в этом пыточном сундуке было просто невыносимо.

Номера здесь были проще обставлены, чем у Просториуса, зато отдельные ванные комнаты в каждом. Вымыться хотелось просто невыносимо. Молчу уже о том, что чистить зубы миниатюрной метёлкой без зубной пасты мне не особо нравилось. Надо бы узнать, кто тут щётки для скотины делает, и уговорить смастерить мне нормальную зубную щётку. Ради такой я даже одно колье продать готова!

Пока Милисс хлопотала, готовя мне ванну и раскладывая свежее бельё и ночную сорочку, я смотрела в окно. Вид был на улочку у небольшого канала, освещённую всего одним фонарём. По улочке почти никто не ходил, по крайней мере, за минут пять, что я провела за созерцанием, никто мимо не прошёл. Внимание моё привлекла мелкая тень, шуршащая в темноте у каких-то коробок и бочек сваленных возле дверей одноэтажного строения. Тень быстро отделилась от стены, ею оказался мелкий чумазый мальчишка. Он встал прямо под окном внимательно на меня посмотрел и швырнул в комнату камень. Вот гадёныш! Как ещё мне не прилетело!