Спасти Мышиного Короля (СИ) - Рождественская Елизавета - Страница 18

— Может, ты был как-то связан со всем, что происходило? — предположила, снова обратив внимание на заваленный документами стол.

— Может, и так, но последние открытия ставят крест на всех моих догадках. Что это за твари такие? Чьё-то оружие? Зачем? И почему Тьма, имея такую силу, не может пробиться через защиту? А если она не так сильна, то почему её не уничтожили до конца? Посадили неугодных, заблокировали темноту в купол и спокойно зажили? Всё это очень странно, а ещё совершенно непонятно, в чём моя миссия.

— Может, в том и есть? Сдерживать Тьму? Я почувствовала тёмную магию ещё до того, как подошла к тебе.

— Она чужая, Мари… — Девин грустно улыбнулся. — Ладно, не будем об этом. Я точно знаю одно — твой дар силён, ты точно сможешь помочь лесу больше, чем я, поэтому давай искать. Отыщем причину — справимся с последствиями.

Мы снова стали рыться в бумагах, но кроме чертежей странных механизмов и общей информации, нашли только стопку пожелтевших от времени писем.

— Просматривай их, — велел Девин.

— Да я уже начала, но тут в основном личная переписка. Погода, новости…

— Быть не может, иначе бы эти письма тут не хранились.

Я начала прочитывать письма по диагонали, одно за другим. Зацепиться в них можно было разве что за беспокойство госпожи Флеттинген о том, что её супруг много работает и совсем не бережёт себя, но вот последнее письмо заставило насторожиться, а потом и вовсе ошарашенно опуститься на стул.

«Зачем ты ввязался в это, Герберт? Связался с этим безумным стариком! Мне никогда не нравились его идеи, его неуёмная жажда к экспериментам, но я ведь всего лишь женщина, что я могу понимать, правда? И сейчас, когда ситуация вышла из-под контроля, когда пропадают люди (да-да, в южные края новости тоже быстро доходят) ты вдруг оказываешься под пристальным вниманием. Ты, положивший жизнь на защиту королевства, вынужден жить без магии и не выезжать из замка до завершения расследования! Что теперь будет? Прервут и наше общение? Кинут за решётку? Эрик будет обречён? Даже Эдуард не доверяет тебе. Почему? Да потому что Феликс всегда рядом! Ты выжидаешь, собираешь доказательства, а он тем временем пьёт чай в доме твоего лучшего друга и регулярно бывает на балах Его Величества!

Мне страшно, Герберт… мне отчаянно страшно, и прогулки на свежем морском воздухе перестали приносить покой и веру в хорошее. Я боюсь за сына, боюсь за любимый край, но самое ужасное… разлука с тобой, моё сердце. Каждый день я, словно раненая птица, смотрю сквозь прутья клетки и жду приговора. Это невыносимо… Молюсь, чтобы ты успел доказать свою невиновность. Молюсь и надеюсь на чудо. Твоя всей душой, Белла»

На бумагу упали крупные капли моих слёз. Руки дрожали. Это письмо мало о чём мне сказало, но здесь упоминался мой отец и… мой крёстный. Мой любимый дядя Феликс, прославленный артефактор и «безумный учёный», как в шутку называл его папа за любовь к тем самым экспериментам… В памяти всплыли погубленные чудовища. Их ни на что не похожий вид и то, что от них осталось… Мыши, оказавшиеся ненастоящими… Мозг отказывался верить, отчаянно пихал картинки счастливых мгновений, сопротивлялся правде, но… Письмо, наполненное болью, отчаянием и искренней надеждой на чудо и справедливость… это личное послание просто не могло врать.

— Мари! — воскликнул Девин, выводя меня из оцепенения. — Кажется, нашёл.

Он протянул мне пухлый свёрток, но я не успела взять, ослеплённая вспыхнувшим светом от открывшегося портала. Девин мгновенно материализовал боевое заклятье, Крепыш юркнул под стол, а я наконец-то ощутила ужасное жжение в руке, которое совсем не замечала, погрузившись в эмоции.

— Отец… — прошептала я, молясь только о том, чтобы он не привёл с собой толпу воинов.

Пространство закрутило воронкой, из которой буквально вывалились двое мужчин в полной боевой экипировке. Отец и брат восстановили равновесие и принялись беспорядочно озираться по сторонам. Не сразу найдя меня взглядом, родитель выдохнул, в два шага преодолел расстояние между нами и сгрёб меня в охапку, но уже через секунду его голос грохнул во всю мощь, сотрясая стены замка.

— Ты больше не выйдешь из своей комнаты, маленькая избалованная эгоистка! Вплоть до свадьбы ни ногой! Как ты посмела нас обмануть?! Да ты знаешь, что было с мамой, когда мы поняли, что ты не доехала до тётки?!

— Отец! — прервал его ругань брат, кивком головы указывая на Девина.

Немая сцена продлилась пару секунд, но выводы были сделаны, конечно же, самые неверные.

— Ах ты мерзавец… — прорычал отец, призывая магию. — Да я тебя уничтожу…

— Папа! — крикнула, преграждая родным мужчинам путь. — Фриц! Остановитесь немедленно!

— Отойди от него, паршивка! — рявкнул отец. — Так захотелось вольной жизни, что связалась с тёмным магом?! Я тебя не в комнату, я тебя в башню заточу!

Он замахнулся, а я подумала: «Хватит» и выпустила на волю силу. Злость, обида и желание обратить внимание отца на то, что я не пустышка, помогли контролировать магию. Чёткий расчёт, и вот вокруг отца и брата возник забор с шипами, а лианы, вылезшие из задрожавших стен, обхватили руки мужчин, мешая трогать меня и запустить в Девина боевым заклятием.

— Я сказала, остановитесь, — повторила, переводя дух. — Я тоже имею право слова, в конце концов!

Родные ошарашенно молчали, переводя взгляд со своих рук на меня. Градус напряжения мгновенно упал, а я получила шанс быть услышанной.

— Я знаю, что поступила ужасно. Безрассудно, глупо и эгоистично, но… — взволнованно закусила губу. — Но я должна была понимать, что происходит, а из вас никто… НИКТО не удосужился со мной поговорить. Да, папа, я выросла и умею слушать, но вам ведь проще считать меня сумасбродной вертихвосткой!

— Твоя магия… — ошарашенно произнёс отец.

— Изменилась, да? — торжествующе улыбнулась я. — Здесь много чего изменилось, папа.

— Мари, девочка, — отец внезапно сменил тон. — Он держит тебя в плену, да?

— Просто дай нам его уничтожить, Мари, и твой разум очистится, — поддержал его Фриц.

— Магия ведь тоже его рук дело?

Девин усмехнулся, а я чуть не лопнула от досады. Ну конечно, разве я сама на что-то способна…

— Мой дар, как бы вам ни хотелось верить в сказки о чародеях, просто чувствует себя намного свободнее вдали от родных стен, — скрестила на груди руки. — Мы в замке Флеттингенов, если вы не поняли, куда вломились.

— Флеттингенов?! — взвился отец, мгновенно забыв о Девине. — Здесь ты что забыла? Жизнь надоела?!

— Хотела найти Эрика всего лишь, — пожала плечами. — А наткнулась на…

Голос сорвался, осознание накатило волной, я снова тяжело опустилась на стул.

— Папа… Что ты знаешь о Тьме? Что знаешь о том, что здесь действительно происходит? — посмотрела в родные глаза, вытерла тыльной стороной ладони вмиг увлажнившиеся щёки и снова взяла документы, что бросила на стол. — Просто услышь меня хоть раз и прочти…

Не знаю, что подействовало на отца, но когда я развеяла магию, он не напал, а послушно принял бумаги из моих рук. Время словно остановилось в ожидании приговора. Союзники или враги?

Глава 15. Нужно разобраться

«Не думай, что ты победил, Герберт! Твои идеи — идеи дилетанта! И я это докажу!»

Всего одна фраза, написанная рукой Феликса Дросселя, полностью подтверждала его вину в том ужасе, что коснулся Север несколько лет назад и продолжал держать в страхе до сих пор. Однако Герберт Флеттинген не ограничился личной перепиской. В найденном Девином свёртке были собраны отчёты приграничных магов о всплесках тёмной энергии на северных и восточных рубежах, данные о единичных прорывах и пострадавших среди магов, а также документы, доказывавшие, что он тоже работал над созданием артефакта для защиты мира от зла.

Изначально все посвящённые в проблемы королевства лица были заодно, однако, чем больше велась работа, тем глубиннее становились разногласия. Герберт как настоящий боевой маг знал ситуацию изнутри. Но как политик он понимал, чем грозит просочившаяся в народ информация. Времени было мало, но действовать он всё же предпочитал тонко. Чего нельзя было сказать о его учителе по артефакторике и давнем друге – Феликсе Дросселе.