Спасти Мышиного Короля (СИ) - Рождественская Елизавета - Страница 1

Спасти Мышиного Короля

Пролог

«Бом-бом-бом… — пробили часы на дворцовой башне. — Бом-бом-бом…»

Большая резная дверь с расчерченным, словно по линейке орнаментом из цветных стёклышек, распахнулась, впуская шумную компанию детей. Луиза, Фриц и малышка Мари, одетая словно фарфоровая кукла в пышное платье со множеством рюшей и бантиков, замерли на полпути и с восторгом воззрились на огромную пушистую ёлку, поставленную в самом центре огромной гостиной. Увешанная золотыми и серебряными яблоками, засахаренными орехами и пёстрыми конфетами ёлка переливалась яркими огнями волшебных гирлянд, что сверкали в густой зелени и отражались бликами от стеклянных бус и гладких боков огромных хрустальных шаров. Волшебное дерево смены времён так и манило к себе. Прикоснуться к острым изумрудным иголкам, сорвать растущие на ней конфеты и плоды. Вокруг дерева вилась игрушечная железная дорога, по которой, как и каждый год, колесил небольшой паровоз, с вагонами, наполненными различными леденцами, шоколадом и мармеладными медвежатами. Каких вкусов там только не было!

Мари радостно захлопала в ладоши и воскликнула:

— Паровозик! Паровозик снова привезёт нам подарки! Скорее! Скорее бы дождаться праздника! Крёстный наверняка снова придумает что-то ужасно интересное! Как же я люблю волшебство!

На крохотных пальчиках мгновенно вспыхнули магические огоньки, а в воздухе запахло цветами. Девочка вскинула руки над головой, и в потолок взметнулись белоснежные соцветия жасмина.

— Маленькая садовая фея, — засмеялась госпожа Майер, входя вслед за детьми. — Не торопись, сначала дождёмся гостей, а потом и подаркам черёд придёт.

— А сказку расскажешь? — попросила степенная задумчивая Луиза. — Как и каждый год…

— Ну конечно, дорогая, — госпожа Майер ласково погладила ладонью разрумянившуюся щёчку дочери и присела на большой мягкий диван. — Куда же мы без сказки.

— Ура! — Мари тут же оккупировала колени матери, затолкала в рот марципановую конфету и приготовилась слушать.

— Снова эти сказки, — отмахнулся Фриц, опасно размахивая около ёлки деревянной саблей. — Девчонки вечно носятся со своими принцами!

Мальчик ворчал, но было видно, что он всё же прислушивается к давно знакомому сюжету о том, как добрая принцесса Пирлипат своей любовью спасла прекрасного принца, заколдованного злобной ведьмой Мышильдой в уродливую игрушку, а принц в Великой битве победил злобного Мышиного короля — чудовище с семью головами и тремя хвостами, который разорял замковые запасы, воровал сладости и конфеты и грозился укусить принцессу своими ядовитыми зубами.

«И принцесса тут же стала невестой принца. Рассказывают, что через год он увез ее в золотой карете, запряженной серебряными лошадьми, что на свадьбе у них плясали двадцать две тысячи нарядных кукол, сверкающих бриллиантами и жемчугом, а в стране той и по сей день всюду можно встретить сверкающие цукатные рощи, прозрачные марципановые замки — словом, всякие чудеса и диковинки…» — заканчивала мама сказку, Фриц лишь презрительно фыркал, а Софи и Мари мечтательно вздыхали.

Одна мечтала о доблестном принце, а другая, в силу возраста, о марципановой роще, в которой на деревьях растут самые настоящие конфеты в тонкой шоколадной оболочке с мягким миндальным вкусом и сердцевинкой из фруктового желе.

Но время шло и несло с собой большие перемены…

Глава 1. Тот самый день

— Анита, туже! — я ухватилась за прикроватный столбик так, что костяшки тонких пальцев побелели. — Тяни! Сегодня я должна быть идеальна.

— Да куда уж туже, госпожа! — воскликнула моя пухленькая курносая служанка, удобнее перехватывая атласные тесёмки. — Вы и так тростиночка, а тут и вовсе за дверь прятать можно.

— Нет предела совершенству, дорогая моя, — прокряхтела, ставя ноги ещё шире. — Сегодня такой день! Луиза приедет с супругом и его родителями. Фриц уже выдвинулся из Академии. Тут порталами пара часов пути. Придёт крёстный с племянником и, я очень надеюсь, чета Эттинген с сыном. Давно они к нам не приезжали, с тех пор как Эрик поступил в Академию северных магов. А между прочим, — я извернулась и заговорщицки подмигнула служанке, — мы с Эриком помолвлены с моих семи лет, Анита.

— С семи лет! — охнула горничная. — Светлейший Отец! Да уж вы, богатые, горазды придумывать себе проблемы! В семь лет кто ж понимает, что в браке? А ежели вы влюбитесь в другого юношу, госпожа?

— Брось, — я подошла к зеркалу и принялась изучать отражение, оглаживая ажурный корсет. — Эрик Флеттинген был красив и когда мне было семь лет, и когда мы танцевали на моём первом балу у его Величества, и четыре года назад, когда уезжал учиться и подарил мне моего милейшего Щелкунчика, — кивнула на зубастого солдатика, сидевшего на прикроватной тумбочке. — Широкоплечий брюнет с синими, словно бархатными глазами и такой восхитительной улыбкой… О-о… Ну и состояние, конечно. Эрик богат, а когда закончит Академию, станет ещё и влиятельным лордом Северного Совета. Если сегодня мы объявим о скорой свадьбе, Луиза позеленеет от зависти. С её тихоней Ламбрехтом никакого веселья – сиди себе, вышивай крестиком. А с Эриком… Верю, что наш брак будет полон самых ярких приключений!

— Ох и болтушка вы, госпожа! — засмеялась Анита. — Всё-то вам приключения подавай. А меж тем супружество – это ж про степенность, домашний очаг, и вы того очага станете хранительницей. Нам Пресветлая Мать что велела? Хранить свет…

— Свет, смирение, трепет, любовь, — отмахнулась я. — Знаю-знаю, но это всё легко можно сочетать при желании. Главное, что скоро я стану юной госпожой Эттинген, обладательницей огромного поместья и самого красивого мужа во всей империи!

В груди бурлило счастье, вперемешку с предвкушением. Я не сдержала счастливый смех, взяла солдатика в руки и, кружась по комнате, изобразила первый танец молодожёнов.

— «Вы просто восхитительны, моя дорогая супруга», — пробасила за куклу. — «Мои глаза сияют от любви к вам, дражайший супруг!» — ответила своим голосом и снова рассмеялась.

— Вертихвостка, — по-доброму усмехнулась Анита и, собрав ворох грязной одежды, вышла из комнаты.

Оставшись в комнате одна, я перевела дух и застыла перед зеркалом, снова уставившись на собственное отражение. Атласное серебристое платье в пол было словно соткано из звёзд. В светлых волосах мерцали заколки в виде снежинок, а щёки окрасил мягкий румянец. Кажется, ещё никогда Мари Фредерика Майер не была столь очаровательна.

Озорно подмигнула своему отражению и взяла с туалетного столика веер из слоновой кости и белоснежных перьев. Сегодня именно им я планировала волнительно обмахивать пылающее лицо, когда Эрик заговорит о свадьбе. Именно в этот день, несколько лет назад, он подарил мне солдатика, которого я назвала Щелкунчик за умение ловко колоть орешки, и сказал: «Пока я буду постигать знания, пусть этот верный солдат бережёт мою прекрасную Мари…» И что-то там ещё, но я не запомнила. В голове был розовый туман, а в ушах – звон свадебных колоколов.

И вот, месяц назад я официально вступила в брачный возраст. Родители всё шушукались за моей спиной, а при подготовке нарядов мама выбрала именно серебристый цвет и фасон, который когда-то выбрала для Луизы на её помолвку с Генри. Я всей кожей ощущала, что наше воссоединение должно случиться именно сегодня, в мой, с детства любимый праздник — День смены времён. Этот день должен был стать самым особенным.

— Ну что ж, пора, — кивнула своему отражению. — Навещу маму, почитаем с ней сказку, пока гости не собрались… Пресветлый Отец, возможно, это последняя сказка, что я услышу в качестве незамужней девы… Уи-и-и!

Я хихикнула и, оставив Щелкунчика на кровати, выпорхнула из комнаты.

В доме шли последние приготовления к празднику. Слуги то и дело сновали по коридорам, затапливали камины в гостевых комнатах и натирали до блеска золочёные ручки.