Недалеко от идеала (СИ) - Романова Елена - Страница 6

– Почему ты выбрал ник «Квазар»? – сменила я тему, потому что от взгляда мужчины неприятный холодок бежал у меня вдоль позвоночника.

– Это английский термин. Образован от слова «quasi-stellar», что означает «похожий на звезду».

– Вот оно что, – протянула я. – А в жизни тебя как зовут?

– В жизни?

– По паспорту. Если это не секрет, конечно.

– Мое имя Итамар.

Белая фарфоровая кружка выскользнула из моей руки.

Оглохнув от взрыва осколков, я мигом оказалась на ногах и заметалась так, что перед глазами все заплясало.

– Я на минуту, – услышала собственный голос, который лишь казался спокойным.

Не помня себя, я добралась до барной стойки, наткнулась на официанта и вцепилась в него двумя руками:

– Где у вас запасной выход?!

За моей спиной умирала моя привычная, старая жизнь. Кажется, безвозвратно.

Сцена 8. У кавалера могут быть любые проблемы, кроме проблем с головой

Не стоило так налегать на чай с травами.

Вдавив педаль газа в пол, я с напряжением слушала гудки исходящего вызова на громкой связи. В груди тревожно билось сердце.

Это все невзаправду.

На каждом повороте мой пакет с чашками издавал неприятный звон, напоминая, что я теперь безработная.

С какой стати моя жизнь покатилась кувырком именно сейчас?

Едва не проехав на «красный», я резко затормозила. Телефон все еще выдавал протяжные гудки, вынуждая меня шипеть сквозь зубы страшные ругательства.

– Алло, – внезапно выдали динамики.

Еще секунду назад я бы обрадовалась, потому что страшно хотела нажаловаться хоть кому-нибудь, но сейчас идея рассказать Вадику о космическом императоре показалась несусветной глупостью.

Минуточку…

Включи критическое мышление, Марина.

Где-то извне раздался автомобильный гудок, и я тронулась с места.

– Добрый день, Вадим. Это Марина Шевцова.

– А-а-а, Марина, – издевательски протянул он. – Чего звонишь?

– Кажется, я только что видела Атора…

– Кого? – то ли не понял, то ли не расслышал Вадим.

– Ну этого придурка, который напал на меня. Вот он стоит на углу Карасунской и Митрофана Седина, у барбершопа «Черная кость».

– Не может быть! – воскликнул Вадик. – Мне бы сообщили. Он в первой краевой. Ты, Марина, опозналась!

– А-а-а, – наигранно протянула я. – И точно! У этого борода и усы… Просто похож. Ну похож, прям вылитый. Прости, Вадим. Ну до связи тогда, – и сбросила звонок.

В краевой больнице, значит.

Ну, зараза, держись!

Устрою я тебе космического императора, болезный. Кого ты ко мне подослал, Атор? Что пообещал взамен? Шутить удумал, ну у меня тоже юмор отменный. Черный, как деготь, и злой в придачу.

Свернув на Российскую улицу, я остановилась на обочине и распахнула бардачок – где-то завалялась старая обложка от Лешкиного студенческого билета.

То, что я хотела сделать, до сих пор не укладывалось в голове. Какая-то часть меня с насмешкой и скепсисом наблюдала за всем, что делает другая я, совершенно взвинченная, нервная и слетевшая с катушек. Эта хладнокровная и циничная я в глубине души надеялась, что ее иная половина струсит и прибегнет к иному более здравому поведению, иначе лежать нам с психическим Атором на соседних койках.

Поправив макияж и прическу, я вскоре заехала на небольшую парковку.

В искусстве лжи огромное значение играет уверенность. Я положила красную обложку в карман и бойко пошла в сторону приемного отделения.

– Добрый день, – поздоровалась с медсестрой. – Я из следственного комитета. Мне нужно пообщаться с поступившим к вам товарищем, который называет себя Атор, – и продемонстрировала удостоверение. – У меня мало времени.

Пока я шла, мне любезно разъяснили, что Атор идет на поправку и отменно кушает.

Чтоб его!

– Могу я поговорить с ним наедине? Тайна следствия, – сказала я, когда меня подвели к двери в его палату.

Отдельную палату, на минуточку.

Сученыш не спал. Сидел на своей койке с перебинтованной башкой и смотрел в окошко. Просто милейший шизофреник!

– Ну, держись, – я бросила сумочку на стул и встала перед ним, уперев руки в бока: – Я тебя сейчас добью, генерал Атор!

Он с изумлением раскрыл рот.

– Ты?! – вздрогнул. – Ты что здесь забыла?

– Кого ты ко мне подослал?

– Кого? – переспросил он.

– Запугать меня хочешь?

– Чего?

– Слушай ты, – ткнула в него пальцем. – Звони своему дружку и говори ему, чтобы оставил меня в покое!

– Какому дружку? – бледнея, прошептал Атор.

– Итамару своему.

– О, космические силы, – испуганно произнес Атор. – Что ты наделала? Ты оскорбила его? Ты… ты даже не знаешь, на что он способен, пустоголовая! Он прибыл один, но стоит ему призвать сюда армию и своих генералов… Ты хоть соображаешь?

– Ну хватит уже… – устало вздохнула я. – Вы из одного дурдома с ним, что ли?

– Марин, ты лучше… гм, моли его о прощении. Что бы ты ни сделала… Ты же не ударила его? Это… гм, совсем плохо. Совсем, понимаешь?

Я устало опустилась на край кровати.

– Ты и правда не притворяешься? – спросила обреченно. – Ну и что теперь делать-то?

– Убеди его в том, что ты ему подходишь, иначе Земле конец.

– Классно, – я поднялась. – Ну, ты лечись, в общем. За башку прости. Эх, – и махнула рукой: – Выздоравливай!

Сцена 9. Когда один кавалер хуже другого

– Вадим, я боюсь возвращаться домой. Ты не мог бы…

– А-а-а, – и такие торжествующие смешки, – понятно-понятно, Мариш. Приглашаешь к себе?

– Я… ты… ну…

– Поезд-то ушел, конфетка. Я с тобой, когда по серьезному хотел, ты нос воротила… А теперь только секс…

– Я по работе, Вадим. У меня тут кое-что случилось…

– Ну, конечно-конечно, Мариш. Ты типа не такая, да? Знаю я вас одинокие бабы после тридцати. Нравлюсь?

– Мог бы ты проводить меня до дома?

– Намек понял.

– Да нет же… Я просто… у подъезда.

– Тратиться не буду. Если хочешь вина и жраки, купи сама.

– Просто до двери проводи…

– Презики хоть есть? Не дешевые они сейчас… ну, это ладно, я куплю.

– Да, ты, блин, охре…

– Хорошо, вина тоже возьму. Ты приготовь тогда чего-нибудь. Я жрать хочу после смены.

– Да не надо уже…

– Выезжаю.

Я бросила телефон в сумочку и уткнулась лбом в руль.

Устала смертельно. У меня еще никогда не было вот так, чтобы все с ног на голову. Даже, когда с Сергеем разводилась, все как-то складывалось, а сейчас просто бред какой-то.

Пришлось ждать Вадика почти два часа. Когда он показался на горизонте с пакетом, в котором угадывалась бутылка, я сжала зубы.

– О, у тебя машина есть, – присвистнул Вадим. – Может, и прощу тебя. Пойдем?

Я скривилась, но пошла рядом, озираясь по сторонам.

– У тебя пистолет с собой?

– А? – взглянул на меня Вадик, понимающе ухмыляясь. – Хочешь подержать?

Я закатила глаза.

Мы благополучно дошли до подъезда, а затем и до двери в мою квартиру.

Я повернулась к Вадиму и протянула ему руку.

– Спасибо тебе большое, что приехал.

– В смысле? – не понял он. – Открывай, давай.

– Вадим, – моя рука опустилась. – Я испугалась просто. Атор подослал ко мне какого-то своего дружка. Он знает, где я живу.

– Открывай, – обижено заревел Вадим. – Ты меня использовать собралась, что ли? Я типа тебе бутылку купил, это пять соток почти. Ты дура совсем. А гандоны шесть соток. Я че зря опять потратился? Давай, хату открывай, дура. Ты мне должна. Не врубаешь, а?

Я сглотнула, прижимаясь спиной к двери.

Запустила руку в карман, нащупала ключи.

– Быстрее, давай, – Вадим нетерпеливо перемялся с ноги на ногу, – я таблетку выпил.

Святые угодники.

Почему это происходит именно со мной?

– Тебя в подъезде что ли отмудохать? – грубо бросил Вадим, совершенно теряя человеческий облик.

Он схватился рукой, пропахшей сигаретами, за мой подбородок. Я четко уловила момент, когда его сальные губы потянулись к моим, и зажмурилась.