Ложная девятка 2 (СИ) - Риддер Аристарх - Страница 28

Уже через два дня в футбольном мире взорвалась самая настоящая бомба.

Президент УЕФА, мсье Жак Жорж, собрал пресс-конференцию и лично сообщил о том, что результат матча Португалия — СССР отменен и назначена переигровка, которая состоится в субботу десятого декабря на «Эрнст-Тельман-Штадион» в Карл-Маркс-Штадте, ГДР.

В качестве мотивировки этого решения мсье Жорж сообщил, что на результат матча повлияли судейские решения, которые не были следствием ошибки. Нет, президент УЕФА сообщил, что по результатам внутреннего расследования было неопровержимо установлено, что судейская бригада матча получила существенное материальное вознаграждение от неустановленных лиц.

Фактически Конрат с помощниками стали крайними. Все трое в итоге были пожизненно дисквалифицированы и даже получили тюремные сроки, правда, чисто символические.

Но и в накладе они тоже не остались. За молчание всем троим заплатили. Притом Конрат получил столько же, а его помощники даже больше.

В итоге почти все остались довольны. Руководство УЕФА сохранило свою шкуру, французские судьи — деньги, а СССР — второй шанс.

В минусе остались только португальцы. Они, и это Штази установило точно, были совершенно непричастны к хитрому плану руководителей УЕФА. Те и правда хотели повысить посещаемость турнира за счёт португальских фанатов. Таким способом француз Жак Жорж хотел сделать турнир на своей родине финансово более успешным.

И теперь непричастные португальцы фактически были наказаны за нечистоплотность французов.

Всё-таки не складываются у меня отношения с советским образованием. Только я пошёл в школу, как грянула новость.

Притом узнал я её прямо на уроке истории.

Дверь в класс внезапно открылась, и на пороге возникла лично Елена Ивановна, директор школы.

— Слава Сергеев! Быстро в мой кабинет, там тебя уже ждут. Будет переигровка!

Глава 15

В кабинете директора меня ждал массажист сборной Олег Андреевич Соколов. Мы с ним познакомились на сборах перед Португалией и он мне показался хорошим специалистом. Во всяком случае его сеансы массажа относительно неплохо помогали справляться с нагрузками Лобановского.

— Славка, привет, — поприветствовал он меня, — судя по твоей довольной лыбе ты уже знаешь последней новости.

— Ага, Олег Андреич, знаю. Но как?

— А вот так. Будет переигровка, на нейтральном поле. Почему никто толком не понимают. Но слухи ходят что там, — он поднял палец вверх, — нашли какие-то материалы на чинуш из УЕФА. И не только нашли, но и пустили в ход.

— А так можно было? — задал я риторический вопрос.

— А нам с тобой какая разница. Значит можно. Главное что мне Валентин Козьмич поручил привезти тебя на Восточную улицу. Там промежуточный сбор.

— Промежуточный?

— Да. Игра в середине декабря и на всё время до неё Малофеев и Иванов увозят команду на сбор.

— А куда хоть? Хотя чего гадать. Крым, Грузия. ЧТо-то такое. Да?

— Бери выше. Мы в Югославию летим. В Белград.

— В Белград? — удивлённо переспросил я, — ничего себе!

— Ага. Начальство решило что там лучшие условия для подготовки команды.

Ну, Белград так Белград. В приниче я не имел ничего против. Скорее даже я был за.

Притом двумя руками за.

Как ни крути, но Югославия поздней осенью и в начале зимы это совсем не то же самое чем даже Крым или Абхазия вместе со средней Азией. Там точно будет будет очень комфортно готовиться к матчу с Португалией.

Соколов был на машине, так что через десять минут я уже собирал вещи на служебной квартире отца. Привычка собираться быстро у меня уже давно выработалась, так что много времени это не заняло. Намного дольше я дозванивался до маминой школы и зиловского экспериментального цеха где работал отец.

И если с первым у меня проблем не возникло. В свою бывшую школу я дозвонился сразу же и там позвали маму к телефону. толт вот со вторым возникли проблемы.

Телефон был катастрофически занят. Такое ощущение что там просто забыли положить трубку на рычаг. Потом правда мне ответили. Хриплый мужской голос сообщил что товарищ Сергеев на совещании у директора завода.

Конечно, на этом можно было и остановиться и оставить записку возле телефона.

Но вместо этого я позвонил в приёмную товарища Сайкина. Её телефон был в телефонной книге, отец записал его на форзаце.

Само собой это была наглость. Но мне очень хотелось как можно быстрее сообщить новости отцу.

До приёмной я дозвонился куда быстрее чем до цеха отца. И к моему удивлению секретарша, которая сначала отвечала мне донельзя недовольным голосом быстро сменила тон и сказала подождать.

Ну а через пару секунд я уже услышал голос отца.

— Слава привет. Что-то случилось?

— Случилось пап, случилось! Я сейчас дома, собираю вещи. Как поговорю с тобой поеду на Торпедовскую базу, а оттуда полечу в Югославию, в Белград.

— Какой Белград? Зачем тебе в Белград?

— На сборы! Будет переигровка и я в составе сборной!

Людмила Сергеевна Березова, секретарша товарища Сайкина, хорошо знала что её начальник сыграл достаточно большую роль в судьбе главной торпедовской звезды. Без преувеличения Сайкин считал себя крестным Ярослава Сергеева.

И как и любая хорошая секретарша она знала когда и по какому поводу можно отвлекать начальство если у того совещание.

Звонок младшего Сергеева однозначно входил в число таких вот поводов. Тем более парень сказал ей зачем он звонит.

И когда из-за дверей кабинета Валерия Тимофеевича раздалось самое настоящее ура женщина улыбнулась. Она точно подняла своему шефу настроение.

А оно у Сайкина было поганое с того самого злополучного матча. И Валерий Тимофеевич даже пару раз срывался на ни в чем не повинную Березову.

Через двадцать минут двери открылись и из кабинета директора ЗиЛа начали выходить участники совещания. И все как один они улыбались. Сергеев так и вовсе был счастлив.

Как и Сайкин, который вслед за остальными вышел из своего кабинета. Притом не с пустыми руками.

— Людочка, ты просто чудо! У меня лучший секретарь Союза. Вот честно.

— Спасибо Валерий Тимофеевич, — улыбнулась Березова, — мне очень приятно.

— Пожалуйста, и у меня для тебя небольшой подарок. За хорошую работу грех не поблагодарить.

Сайкин исчез в своём кабинете и появился снова держа в руке блок Винстона.

— Прошу, — с улыбкой Сайкин протянул блок своей секретарше. Та, будучи заядлой курильщицей даже не думала отказываться.

— Ой спасибо, вы меня балуете.

— Это тебе спасибо, заслужила.

Сайкин вернулся в совй кабинет, а через десять минут по всему ЗиЛу прошло сообщение о том что сборная будет еще раз играть с Португалией и о том что наш парень, именно так и никак иначе, будет в составе.

Эффект это сообщение возымело самый хороший. Ни в тот день, ни в два следующих на заводе, на огромном городе в городе, не было ни одного происшествия, а производительность труда повысилась как после побед Торпедо.

Как говориться, новая метла всегда метет по новому. Вот и метла Малофеева, Валентин Козьмич в итоге стал только помощником, правда освобожденным, не была исключением.

Несмотря на то что результат последнего матча с Португалией отменили, для Валерия Васильевич ничего не поменялось. Его сменил Малофеев.

И сборная Эдуарда Васильевича существенно отличалась от команды Лобановского.

Список вызванных на сборы футболистов выглядел следующим образом:

Вратари: Ринат Дасаев (Спартак), Вячеслав Чанов (Торпедо), Михаил Бирюков (Зенит), Сергей Краковский (Днепр Днепропетровск)

Защитники: Андрей Зыгмантович (Динамо Минск), Александр Бубнов (Спартак), Сергей Боровский (Динамо Минск), Сергей Алейников (Динамо Минск), Виктор Кузнецов (Днепр Днепропетровск), Василий Жупиков (Торпедо Москва), Анатолий Демьяненко (Динамо Киев), Александр Чивадзе (Динамо Тбилиси)