Лейтенант космического флота (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 42

Вышли из гипера в точке назначения, Борисов справился. Вернулись на свою прежнюю орбиту, снова началась рутинная и однообразная служба, которая скрашивалась только посиделками в кают-компании и мелкими задачами по ремонту «Гремящего», которые никогда не заканчивались и которые я делал почти ежедневно, возвращая кораблю его лучшую форму. Отчёт о нашем походе в систему К-22089 отправился в штаб сектора в тот же день, как мы вернулись.

Вскоре мне по внутрисистемной связи прилетело сообщение.

Задание выполнено!

Баланс пополнен на 24000 имперских кредитных билетов!

+ социальный рейтинг!

Вот это радостно. Неплохая премия вдобавок к тому, что мы выручим за проданное пиратское барахло. Пожалуй, надо будет заглянуть к коменданту, пообщаться. Макаренко этим, кстати, тоже пренебрегал, он вообще нечасто показывался на станции. Мне приходилось отдуваться за двоих.

В системе всё было как всегда, спокойно, уныло, однообразно. Звезда продолжала синтез гелия из водорода, работяги ковыряли астероиды в поясе, станция висела символом имперской власти на этой окраине. Таможенники досматривали пролетающие иностранные суда, почтовые и курьерские боты сновали от окраин системы до станции и обратно. Жизнь текла своим чередом. Кроме того, что я вдруг заметил одну странность. Из системы исчезли все иностранные корабли, до нашего отбытия висевшие тут неделями.

Я даже поделился своими наблюдениями с капитаном.

— Странно, не правда ли? Ни одного иностранца. Только наши, — сказал я, изучив список кораблей, присутствующих в системе и передающих свои координаты.

— Бывает, — пожал плечами капитан Макаренко.

Мы оба снова находились на мостике.

— Раньше от них тут не протолкнуться было, — возразил я.

Лично мне это казалось очень и очень странным.

— А ещё раньше, до твоего прихода, тут вообще их почти не бывало, — сказал капитан. — Так это было, временное. Сезон у них, может, какой.

— Не знаю, не знаю… — пробормотал я. — Тут же не только туранцы были, тут вообще все паслись, как будто ждали чего. Или наблюдали. Шпионили.

— Это не наше дело уже, Лёша, — сказал Макаренко. — Шпионов пусть вон, на станции ловят, наше дело тут оружием бряцать. Мы и побряцали.

С одной стороны, капитан Макаренко тоже был прав, у нас была вполне конкретная и понятная задача, изображать имперское присутствие в системе. Контрразведка была епархией майора Игнатова, и лезть без спросу не стоило, но меня всё равно тревожила эта внезапная перемена обстановки. Как по старому поверью, согласно которому с корабля, который утонет, убегают все крысы.

Хотелось разузнать об этом деле поподробнее. Не удивлюсь, если все те иностранные корыта, пристыкованные к станции и неделями торчащие тут, снялись и ушли в один момент, как по приказу. Явно неспроста.

— Разрешите на станцию отлучиться, господин капитан? — спросил я.

— Пожалуйста, в свободное время, — сказал он. — Будешь там в баре, захвати мне Брепси, пару баночек.

Да хоть целый ящик. Мне не сложно. Может, полёт на станцию поможет мне унять эту внезапно возникшую тревогу. А может и нет.

Глава 22

Как только выдалась свободная минутка, я отправился на станцию. На нашем челноке, в компании ещё нескольких офицеров, желающих отдохнуть и отвлечься от несения службы. Вот только я летел туда не ради отдыха. Хотелось зайти к коменданту, к майору Игнатову, пообщаться с тем и с другим. Выяснить, что тут вообще происходит, что случилось в системе за время нашего отсутствия.

Всех остальных это нисколько не волновало. Судя по обрывкам разговоров, доносившимся до моего слуха, все куда больше переживали за чемпионат по спейсболу и результаты нашей сборной на квалификации. Я к спорту, за исключением личной физической подготовки, был равнодушен, и в обсуждение не вникал.

Челнок мягко и точно прильнул к указанному диспетчером шлюзу. Дверь раскрылась, открывая путь на станцию, теперь у всех нас было несколько часов, и я собирался провести их с пользой.

Мои сослуживцы всей гурьбой повалили в бар, я направился в другую сторону. Теперь станция казалась какой-то пустой, кораблей тут было неожиданно мало, и посетителей, соответственно, тоже. Объективной причины для таких перемен я не находил.

Конечно, можно было бы пойти и поспрашивать в баре. Местные работники станции никуда не делись. Но начинать поиск информации со слухов и сплетен — затея так себе. Уж лучше я сперва узнаю официальную версию.

Возле кабинета коменданта, где часто собиралась целая очередь жаждущих пообщаться с Василием Яновичем, сегодня было пусто. Я постучал по серой металлической двери.

— Входите, — откликнулся комендант, и я немедленно вошёл в кабинет.

Уралов, какой-то весь измотанный и уставший, будто это он дежурил каждые сутки и мотался в соседнюю систему бить пиратов, вяло размешивал чай в стакане.

— Лейтенант… Доброго дня, — сказал он. — Видел ваши доклады. Отличная работа.

— Спасибо, Василий Янович, — кивнул я.

Прошёл вглубь кабинета, уселся на один из стульев. Мне комендант чаю не предложил. Я не обиделся.

— По делу или так просто зашли, проведать старика? — участливо спросил комендант.

— И то, и другое, Василий Янович, — улыбнулся я. — Как-то здесь нынче немноголюдно.

— Есть немного, — хмыкнул он.

— Я думал, что если проблема с пиратами решится, всё будет с точностью до наоборот, — сказал я.

— Думаю, дело в другом, — он вдруг достал из ящика стола вейп, затянулся, выдохнул тонкую струйку дыма в сторону вентиляции.

Я неодобрительно покосился на дым. Курильщиков в космосе было мало, их старались вообще не брать в экипаж. Но комендант был в своём праве, разумеется.

— В чём? — спросил я.

— Ваши предположения, лейтенант, — снова пыхнув вейпом, сказал Уралов.

Мне оставалось только пожать плечами.

— Смелее, — подбодрил комендант, явно скучающий сегодня.

— Все улетели посмотреть на чемпионат по спейсболу? — предположил я.

Василий Янович рассмеялся, ткнул в мою сторону вейпом.

— Неплохой вариант, мне хотелось бы, чтобы так оно и было, — произнёс он. — Но нет.

— Кажется, я чего-то не знаю, — осторожно проговорил я.

— Новости не читаете, да? — спросил он.

— Как-то было не до них, — произнёс я.

— Политикой тоже не интересуетесь? — хмыкнул Василий Янович.

— Не особо, — пожал я плечами.

— Зря, иначе политика заинтересуется тобой. Недавно… Имел место быть один, скажем так, дипломатический эксцесс… — произнёс комендант.

Я замер на месте. Хотелось услышать правду, и в то же время я боялся её услышать.

Уралов ещё раз пыхнул вейпом, глядя на меня с насмешливой улыбкой. В его взгляде читалась снисходительная забота.

— Это из-за корвета? — предположил я севшим голосом.

— Отчасти, — кивнул комендант.

— Василий Янович, не томите, — взмолился я.

— Ладно… Наши идио… Кхм. Дипломаты… Разорвали отношения с Тураном. Граница закрыта, — сказал комендант. — Странно даже, что вы ещё не в курсе. Военным это должны были довести в первую очередь.

— Возможно, передача была, когда мы находились в гипере, — хмыкнул я. — Или капитан не успел довести информацию до всех остальных.

— Может и так, — пыхнул вейпом комендант. — В любом случае, все пограничные системы опустели. И терпят, между прочим, колоссальные убытки.

Я вздохнул, провёл рукой по лицу. Всё это очень плохо пахло, смердело как отработанный биофильтр. Политика… Угораздило же. Пожалуй, стоит узнать поподробнее, что там вообще писали в новостях.

— Я понял, Василий Янович, спасибо, — произнёс я.

— Всегда пожалуйста, лейтенант, — криво улыбнулся он. — Заходите ещё. Как видите, свободного времени у меня теперь полно.

— Вы же не считаете, что это наши действия привели к… Такому результату? — спросил я напоследок.