Лейтенант космического флота (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 35

— Значит, в логах «Днепра» ваши требования появились каким-то чудом, — хмыкнул я.

Пират помрачнел, понял, что увиливать бесполезно. Все доказательства уже у нас.

— Извиняюсь, попутал, — сказал он. — Забыл.

— Мне поискать кого-то менее забывчивого? — спросил я.

— Нет, нет! Не надо, — усмехнулся чему-то пират. — У остальных память ещё хуже.

— Ну-ну… — буркнул я, жалея, что в присутствии мадам Фидлер не могу сломать ему палец или ударить по ухмыляющемуся лицу.

— Подумаешь, стопнули дальнобоя, ну… — сказал пират. — Никого же не убили.

Я посмотрел на него, как на идиота. Если он в самом деле не мог понять, что в этом такого, то нам не о чем разговаривать.

— Хватит кривляться, — холодно произнёс я. — Говори, откуда вы сюда заявились.

— К-22089, — понуро ответил пират.

Одна из соседних систем. Формально имперская, фактически — ничейная. Лететь туда… Минут пятнадцать в гипере, не больше. И это не торопясь, на средней скорости. Вот только там нет ни станции, ни обитаемых планет, только оранжевый карлик и несколько вращающихся вокруг него безжизненных булыжников. Номерная, с пятизначным индексом, то есть, не представляющая интереса ни для министерства колонизации, ни для учёных, ни для военных, ни для кого-либо ещё из официальных имперских структур.

— Там вы базируетесь? — удивился я.

Пират поиграл желваками. Каждый ответ из него приходилось вытягивать, и мне это не нравилось. Но в присутствии медика я был ограничен в методах допроса.

— Типа того, — сказал пират.

Пожалуй, стоит туда наведаться. Это будет в сотню раз эффективнее, чем висеть на орбите U-681 и ждать, пока новая партия искателей наживы прилетит к нам. Тем более, что К-22089 входит в нашу зону ответственности, в наш сектор. Главное, уломать капитана на эту авантюру. Сильно сомневаюсь, что у меня получится, но попробовать обязательно надо.

— И сколько вас там? — спросил я.

— Много. Тебе не сдюжить, лейтенант, — осклабился пират, и мне остро захотелось съездить ему по роже кулаком.

— Много? Значит, премия за них будет соответствующая, — вернул я ухмылку. — Уводите его.

Пират явно ожидал другой реакции, широко распахнул глаза.

— Не дёргайся, — рыкнул на него охранник, подошедший, чтобы увести его в палату.

Госпожа Фидлер посмотрела на меня с укоризной. Дверь палаты закрылась, пирата заперли внутри, и теперь в приёмной остались только мы трое, члены экипажа.

— Чересчур мягко вы с ними, госпожа старший мичман, — пожурил я её. — Это пираты, преступники.

— И всё же они тоже люди, — сказала она.

— Которые без зазрения совести убили бы нас всех, дай им только волю. А то и чего похуже, — буркнул я.

— Это не повод вести себя с ними так, — возразила медик.

— Лучшего обращения они не заслуживают, — возразил я.

Все такие… Щепетильные. Только белых перчаток не хватает. Боятся запачкаться, или что? Кровь пролить боятся? Это ведь пираты, люди, добровольно поставившие себя вне закона. Я не понимал, зачем с ними цацкаться.

— Откуда вы родом, госпожа старший мичман? — спросил я.

— Новый Шпицберген, колония Восемь, — ответила Фидлер. — А почему вы спрашиваете?

Вот и ответ. В крохотных колониях, где все друг друга знают, даже и насилия-то практически нет. Отсюда и возникают подобные пацифистские взгляды, хотя, дослужившись до старшего мичмана, она могла бы уже и привыкнуть к враждебности внешнего мира.

— Просто интересуюсь, Елена Вольдемаровна, — улыбнулся я. — На Старой Земле совсем другие порядки. Да и в Новой Москве тоже.

— Мы, к счастью, не на Старой Земле, — натянуто улыбнулась она.

— Это да… — вздохнул я.

Не для того я рвался к звёздам, с малых лет мечтая покинуть родную планету, очень слабо подходящую для комфортной жизни, особенно по сравнению с некоторыми колониями.

Остальных пиратов я опросил выборочно, снова приходилось на них давить и угрожать, но все сошлись на том, что прибыли они с К-22089, и либо они сговорились дать такой ответ, либо на самом деле их база располагалась там, в безлюдной системе. Я склонялся к тому, что пиратское гнездо и впрямь находится где-то там.

Скрепка выдала мне краткую справку. Пригодных для жизни планет нет, полезных ресурсов нет, стратегической ценности не представляет, так как граничит только с нашими, имперскими, системами, по сути, находится внутри пространства Империи. Таких систем, как К-22089 — миллионы. И находилась эта система всего в четырёх световых годах от нашей родной U-681.Рукой подать. Можно слетать за одну вахту туда и обратно, приключение на двадцать минут.

Но идти сейчас к капитану за разрешением на такую авантюру… Крайне сомнительное предприятие. Макаренко пойдёт на любые уловки, лишь бы никуда не уходить с насиженного места. Разве что из штаба сектора придёт приказ, не оставляющий ему другого выбора.

Вот только достучаться до штаба в обход капитана Макаренко весьма и весьма проблематично. Да и не принято обращаться к начальству через голову командира. Неуважение, явное и неприкрытое. И если капитана Сахарова банально не за что было уважать, к Макаренко я относился гораздо лучше. Однако, варианты у меня в голове всё-таки были. Придётся, правда, немного подождать, но я не думаю, что пираты переменят свою дислокацию.

Так что спустя некоторое время я выловил капитана Макаренко в кают-компании. Он как раз пил чай с пирожными, а я знал, что во время приёма пищи гораздо проще получить согласие на какую-либо просьбу. Потому что человек сыт, доволен и не думает о плохом. Капитан вроде бы пребывал в благостном настроении, во всяком случае, кремовые пирожные он уплетал за обе щеки.

— Разрешите обратиться, господин капитан, — произнёс я, наливая себе кофе.

— Это кают-компания, Алексей, можно без формальностей, — сказал он.

— Хорошо…

Лично я такое панибратство не одобрял даже в кают-компании, капитану желательно держать некоторую дистанцию. Макаренко же, судя по всему, пытался таким образом завоевать всеобщую симпатию.

В кают-компании мы были не одни, здесь сидел ещё старшина Вишняков, но он вытянулся в кресле и полулежал с закрытыми глазами, скорее всего, спал.

— Отпустите меня на станцию. На пару часов, — попросил я.

— Что-то случилось? — спросил он, прихлёбывая чай.

Я уселся напротив него с чашкой кофе, он подвинул в мою сторону блюдо с оставшимися пирожными. Я к ним даже не притронулся.

— Нет, ничего не случилось, — сказал я. — Просто мне нужно проветрить мозги, освежиться.

Ждать до следующего полноценного выходного будет слишком долго. Будет лучше, если я сделаю всё прямо сейчас, не откладывая. Иначе потом будет поздно. Если можно не откладывать, то лучше не откладывать, а то подобные дела имеют свойство накапливаться.

— Понимаю, понимаю… — вздохнул капитан. — Мне тоже иногда хочется, знаешь, убраться куда-нибудь подальше отсюда. В отпуск, домой…

Его взгляд затуманился, стал мечтательным, мысленно капитан Макаренко пребывал за сотни световых лет отсюда, очень далеко. Даже не хотелось его оттуда выдёргивать. Каждому из нас был знаком этот взгляд, все мы порой уносились таким образом в далёкие дали.

— Если и впрямь нужно, бери челнок, да и лети, — сказал вдруг капитан. — Главное, к началу своей вахты вернись.

— Благодарю, господин капитан! — воскликнул я.

Вот за это я его и уважал, Макаренко при всём своём равнодушии к службе хотя бы не корчил из себя тирана и не пытался разводить уставщину на пустом месте. Обратись я таким образом к Сахарову, в лучшем случае, получил бы словесную выволочку.

— Ступай уже, — усмехнулся он.

Два раза меня упрашивать не придётся. Я залпом допил кофе, убрал чашку в мойку-стерилизатор, попрощался с капитаном и старшиной, а затем быстрым летящим шагом вышел из кают-компании.

Если сделать всё в темпе, то я могу успеть прямо сейчас, так что я помчался к нашему челноку. Пожалуй, можно даже не вызывать пилота, а сесть за штурвал самому, так и быстрее, и надёжнее. Доступ старшего помощника позволял мне и это в том числе.