Жестянка 2 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович - Страница 42

Да и размяться пора бы, вся задница болит. Я поднялся, с попутной разминкой плечевого пояса подошёл к «газону», забрался в кабину, вытащил из полевой сумки пакет, взвесил его на руке, засунул обратно и вернулся.

— Изучайте на здоровье, спорщики, — почти ласково сказал я. — И это, попробуйте контрольку отклеить, иногда получается. Доки на планшет перекладывайте.

Пикачёв зачем-то прокашлялся, затем, воровато осмотревшись, приоткрыл пакет, сунул руку и извлек пачку документов, каждый в своём файле.

— И чтобы без жирных пальцев мне там, шашлычники! — запоздало вспомнил я.

Бойцы согласно кивнули, в два движения опытно вытерли руки о штаны и с азартом принялись за дело. А моё внимание привлёк тощий файл, игривым розовым цветом выделяющийся в пачке бесцветных матовых собратьев.

От скуки взял пластик в руки. В файле хранился всего одна бумага. Опись? Вытащил, разглядел и какое-то время не мог даже пошевелиться.

Это была карта.

Или схема, та самая.

Такая же лежит у меня в кармане, сложенная вчетверо.

Почти такая же.

Всё, больше я в одиночестве ломать голову над загадкой карты-провокации не могу. Надо поговорить, поделиться мыслями и послушать свежие. В конце концов, отправляться для разъяснения перезревшей загадки Карты Сокровищ придётся именно нам, спасателям. Да и Казанникову нужно будет представить мало-мальски стройный вариант решения, ибо Дед очень не любит вываленного перед ним мешка задач и вопросов, над которыми подчиненные из-за лени или нерешительности не удосужились подумать заранее.

— Пауза, мужики, потом досмотрите… Возникли новые обстоятельства. Идём в машину, есть важная информация. И всего минут двадцать до старта.

Я сатрап, стервозный нудила, душнила и патентованный садист из американских сериалов. Именно это рельефно отпечаталось на лицах спорщиков и заставило меня нехорошо улыбнуться. Коллеги смешно выпучили глаза, не понимая, что более важное, чем разборки с лутом, могло произойти. Ничего, сейчас кое-что поймут.

— Мустафа, бумаги аккуратно уложи в планшет и забери его, — добавил я, вставая.

Смотрю я, тесная кабина нашего «газона», где в месте скопления людей только и возможно пообщаться без риска прослушки, постепенно превращается в Штаб специальных операций. Паранойя?

Да нет, именно из акустических утечек и сотканы слухи, побудившие молодежь рвануть в дальние дали. Что-то случайно услышали, немного добавили после собственных трезвых размышлений, ещё столько же откровенно приврали — и городские мальчишки сходят с ума.

Я достаточно быстро рассказал бойцам суть дела. Да тут и рассказывать-то, собственно, нечего. Есть карта, отражающая все имеющиеся знания. Пикачёв с Мустафой люди опытные, поисковики, всё поняли с лёту.

— Теперь мы сами точно знаем, что данная карта существует не в единственном экземпляре, — сказал я. — Сколько их всего? Вопрос.

Оба даже глаза от документа не подняли. Парни серьёзно задумались.

— Сравните обе карты, видите разницу? — предложил я, расправив на коленке свой, уже немного потрёпанный экземпляр.

— Что тут думать, на новой карте в правом верхнем углу есть значок RU, — сразу откликнулся Спика. — Для нас Смотрящие нарисовали, значит.

— А на моей вообще никакого значка нет, — подсказал я.

— Так они вообще разные по размеру! По высоте! — воскликнул Мустафа, накладывая листы один на другой. — Она чуть меньше!

— Мус, не тупи, а? — недовольно скривился Спика. — Они потому и разные, что сверху полоса отрезана вместе со значком.

— DE? — откликнулся тот.

— Сообразительный! — похвалил его Пикачёв. — Но зачем было отрывать?

Теперь уже Мустафа оторвался, не упустил шанс:

— Да чтоб не зажопили! Карту у фрица подрезали, а палиться не хочется, отвечать придётся.

— Логично, придётся, — согласился я. — За такое точно придётся. Но почему именно у немцев? Там вполне могла стоять доменная зона US. Или KZ.

— AU, BR, BY, JP, CN… — продолжил Хайдаров, вспоминая на ходу.

— CA, UK, FR, CN, UA… — подхватил Спика. — Это что ж получается, бродяги? Если добыть полный комплект карт, то мы узнаем и сколько стран забросили на Жестянку, так?

— Получается, что не получается, давай без фантазий. Ты же не рассчитываешь «добыть» ещё и ключ от «секретки» в ЦУП-е? — поморщился я. — А теперь давайте поговорим обо всех этих рейдах за бриллиантами. Мустафа, края карты подержи… И руки отодвинь.

Я сложил ладони на укороченной карте так, чтобы прикрыть ими всю пустую среднюю часть, южную часть с поселениями и Черные горы.

— Что видите?

— Я понял! — крикнул Мустафа.

— Что ты там понял? — как-то даже возмутился Пикачёв. И, резко изменив интонацию, важно продолжил:

— На карте нет надписей, нет названий!

— Топонимов, — поправил я, мы же сейчас почти научным трудом занимаемся.

— Просто группа кривовато нарисованных домиков и прямой путь от них, ну, чуть ниже, к берегу реки! — всё-таки сказал своё слово Хайдаров. — Нигде же не написано, что это Мёртвый город!

— Сучий потрох… В натуре, это реальная подстава! О-хо-хо! — ахнул Спика. — чем не Передел, командир!

— Точно. Вот они и побежали по кратчайшему пути, то есть прямо от города. Один за другим, как кабанчики в лесу, хотя там их ничто не ждёт. Полную карту-то они не видели.

В отличие от нас, Хайдаров ещё сомневался.

— Не представляю, где и как можно положить совсекретную карту, а потом ещё что-то сверху так, чтобы случайный человек без допуска мог увидеть только этот уголок.

Мы со Спикой принялись придумывать варианты, но как-то криво.

— А если это был не краешек карты на столе у какого-то дефолтного лошка, или ещё где-то, а просто обрывок? Бумажный, физический! — вдруг осенило Пикачёва.

Вот это уже что-то новое!

— Молодец, молодой Волкодав! — я хотел поощрительно хлопнуть его по плечу, но понял, что левой рукой не дотянусь. Хлопнул по спине, с трудом протиснув правую через кости Мустафы. — Вот что значит мозговой штурм команды профессионалов!

— Вот такой я человек! — убедившись, что ироническая улыбка с моего лица исчезла, Пикачёв вскинул нос.

— Значит, карта существует, как минимум, в трёх экземплярах? Все они отдельно вброшены каждому наличному домену, но у кого-то в Переделкино на руках есть обрывок, всего лишь уголок. Существует и сама карта без этого обрывка, если принять версию Спики.

— Именно, Мустафа! Слухи не враки, они должны быть на чём-то основаны, — подтвердил я.

— А основная часть где? Найдём?

— Полной ясности не будет никогда, товарищ Пикачёв, — назидательно молвил я голосом умудрённого жизнью древнегреческого аксакала. — Учитесь действовать в условиях частичной неопределённости.

Стало понятно, что теперь уже точно придётся организовывать экспедицию к конечной точке, указанной на картах. К тому самому жирному крестику на противоположном берегу Большой реки. Можно не сомневаться, что Казанников, изучив доклад, украшенный весьма интересными подробностями и выводами, не просто даст группе добро на дальний рейд, а конкретно пригрузит нас дополнительными задачами — он, как никто другой, умеет заглянуть глубже в суть вещей.

— Пацаны, смотрите, кто к нам колёса катит! — Спика торопливо открыл пассажирскую дверь.

Тоненькая стройная Оксанка в только что купленном в Переделкино облегающем красном платьице до середины в меру крутого бедра, медленной походкой самой сексуальной манекенщицы на районе подошла к грузовику и сладким голосом спросила:

— Мальчики, а что вы тут делаете, закрывшись и без света, а? Надеюсь, ничего предосудительного? Угостите даму спичкой! И вообще, мы там скучаем… Вы подойдёте? Ждём!

Хотел я ей сказать, что рядом с ними в каменном очаге горкой лежат вполне пригодные для прикуривания угли и тлеющие ветки, но вовремя заметил, как у подброшенных тестостероном подчиненных от вожделения побледнели носы.