Черное золото (СИ) - Тыналин Алим - Страница 45

Я развернул план будущего поселка с жилыми домами, столовой, клубом, школой и больницей.

— Мы начинаем с нуля, в тайге, в экстремальных условиях. Но цель оправдывает временные трудности. Страна нуждается в нефти, товарищи. Особенно сейчас, когда индустриализация в разгаре.

Столяров, разглядывая план, спросил:

— А где будет размещаться партийный комитет? И помещение для собраний?

— Вот здесь, — я указал на здание в центре поселка. — Предусмотрен клуб с залом на двести мест для собраний и политзанятий. Рядом помещения для партийного и профсоюзного комитетов.

Карпов хмыкнул:

— На бумаге все гладко. А на деле?

— На деле мы уже подготовили площадку под первые капитальные строения, — я кивнул Рихтеру, и тот развернул график строительства. — К весне планируем завершить первую очередь жилых домов. Но для ускорения работ нам нужна помощь района.

— Какая именно помощь? — насторожился Сабуров.

— Рабочие руки, строительные материалы, содействие в организации снабжения, — я перечислял, загибая пальцы. — Взамен промысел готов обеспечить постоянной работой не менее трехсот жителей района с достойной оплатой. Кроме того, инфраструктура, которую мы создаем, будет служить всему району.

Фаизов скептически покачал головой:

— А как насчет татарских деревень? Ваша стройка затрагивает их интересы.

— Мы готовы привлекать к работе всех желающих, независимо от национальности, — твердо сказал я. — Более того, предлагаем заключить соглашение о поставках дров и продовольствия из окрестных деревень для нужд промысла.

Я перешел к конкретным цифрам:

— Нам требуется ежемесячно не менее двадцати кубометров дров, тонна мяса, пять тонн картофеля и овощей. Платить будем по государственным расценкам, но без посредников, напрямую поставщикам.

Глаза Фаизова заинтересованно блеснули:

— Это существенно помогло бы крестьянам.

— А что с партийно-политической работой? — не унимался Столяров. — Необходимо организовать ячейку, наладить агитацию…

— Полностью поддерживаю, — я повернулся к молодому партийцу. — Более того, предлагаю выделить помещение под красный уголок уже сейчас, не дожидаясь строительства клуба. И буду признателен за помощь в организации политзанятий.

Столяров явно не ожидал такой поддержки и слегка растерялся:

— Э… конечно. Мы направим инструктора.

— А профсоюзная организация? — подал голос Карпов.

— Организуйте выборы профкома в ближайшее время, — предложил я. — Мы обеспечим все условия. Более того, профсоюз должен участвовать в распределении жилья и путевок в дома отдыха, когда начнем их получать.

Карпов удовлетворенно кивнул, поглаживая усы.

Я почувствовал, что напряжение ослабевает. Пора переходить к конкретике:

— Товарищи, предлагаю заключить официальное соглашение между промыслом и районом. Подробно прописать взаимные обязательства, сроки, ресурсы. Это позволит избежать недоразумений в будущем.

Сабуров с минуту обдумывал предложение, затем медленно кивнул:

— Разумно. Но сначала хотелось бы осмотреть стройку, увидеть условия работы своими глазами.

— С удовольствием проведу экскурсию, — я поднялся из-за стола. — Покажу буровые, временный поселок, трассу будущего нефтепровода. Заодно увидите масштаб и значимость проекта.

Через десять минут мы уже шагали по заснеженной территории промысла. Я намеренно вел гостей сначала к действующим скважинам, чтобы впечатлить их реальными результатами.

— Вот она, наша гордость, — я указал на основную скважину, где из превентора контролируемой струей текла темная нефть, наполняя временное хранилище. — Дебит — сорок тонн в сутки. И это только начало.

Глаза Сабурова расширились при виде нефтяного потока:

— Впечатляет. И сколько таких скважин планируете?

— Не менее двадцати на первом этапе, — ответил я. — А в перспективе — несколько сотен по всему месторождению.

— И все будут давать столько нефти? — недоверчиво спросил Карпов.

— Некоторые даже больше, — я показал на геологическую карту, которую предусмотрительно взял с собой. — По оценкам наших специалистов, это крупнейшее месторождение в стране.

Эта фраза произвела должное впечатление. Даже скептически настроенный Фаизов с уважением посмотрел на карту.

Дальше мы осмотрели временный поселок. Я не скрывал проблем: тесноту бараков, отсутствие полноценной столовой, примитивную баню. Но тут же показывал размеченную территорию будущего постоянного поселка, где уже велась подготовка фундаментов для первых домов.

— К весне первые семьи смогут переселиться в нормальное жилье, — пообещал я. — А пока делаем что можем в таежных условиях.

У трассы будущего нефтепровода мы встретили бригаду землекопов под руководством колоритного бригадира Тимофеева, бородатого великана в потертом полушубке. Он степенно поздоровался с районным начальством и подробно, со знанием дела, объяснил технологию рытья траншеи в промерзшем грунте.

— Трудно, конечно, — гудел его бас. — Но справляемся. Норму перевыполняем. Кормят хорошо, платят вовремя.

Эти простые слова произвели на Карпова большее впечатление, чем все мои аргументы. Профсоюзный лидер одобрительно кивал, что-то записывая в блокнот.

Завершили экскурсию у строящейся узкоколейки, где рабочие укладывали первые секции рельсов на подготовленное полотно.

— Дорога жизни, — пояснил я. — По ней будем доставлять все необходимое для промысла и вывозить нефть до завершения строительства трубопровода.

Сабуров внимательно наблюдал за работой:

— А местных привлекаете?

— Конечно, — я указал на группу татар, работавших на укладке шпал. — Вон, бригада из Куакбаша. Бригадир Ахметзянов, толковый мужик, до революции на железной дороге работал.

Фаизов с интересом посмотрел в указанном направлении и даже обменялся несколькими фразами по-татарски с рабочими.

Когда мы вернулись в штабную палатку, настроение делегации заметно изменилось. Сабуров уже не выглядел таким суровым, Карпов разговорился с Рихтером о технических деталях строительства, а Столяров увлеченно составлял план политзанятий.

— Что ж, товарищ Краснов, — подвел итог Сабуров, снова усаживаясь за стол. — Масштаб работ действительно впечатляет. И значение для района, безусловно, огромное. Но процедуры надо соблюдать.

— Абсолютно с вами согласен, — кивнул я. — Предлагаю следующее: мы предоставляем всю необходимую документацию в райисполком и получаем официальное разрешение на проведение работ. Одновременно заключаем соглашение о сотрудничестве. Выгода будет взаимной.

— Разумный подход, — Сабуров повернулся к коллегам. — Какие мнения, товарищи?

— Необходимо срочно организовать партячейку на промысле, — заявил Столяров. — И проводить регулярные политзанятия.

— Согласен, — я кивнул. — Глушков, подготовьте списки коммунистов и сочувствующих. Выделите помещение под красный уголок.

— Профсоюзную организацию тоже надо создать, — напомнил Карпов. — И наладить культурно-массовую работу.

— Безусловно, — поддержал я. — Лапин, найдите гармонь и организуйте художественную самодеятельность. Для начала хотя бы стенгазету и хор.

— А как насчет привлечения местного населения? — поинтересовался Фаизов. — Особенно из татарских деревень?

— Составим список необходимых специальностей, — ответил я. — И объявим набор через сельсоветы. Платить будем по тарифным ставкам, без задержек.

Сабуров удовлетворенно кивнул:

— Хорошо. Подготовьте документы к завтрашнему дню. Я отправлю нарочного. А на следующей неделе пришлем комиссию для более детальной проверки.

На том и порешили. Напряжение окончательно спало, и даже суровый Карпов расщедрился на улыбку, когда Лапин предложил по второй кружке чая.

Перед отъездом Сабуров отвел меня в сторону:

— Послушайте, Краснов. Я ведь не против развития района. Наоборот, всеми руками за. Но нужно соблюдать порядок. Мы тут власть представляем, понимаете?

— Понимаю, Павел Тимофеевич, — искренне ответил я. — И признаю свою ошибку. Слишком увлекся технической стороной, упустил организационную. Исправимся.