Тени Льена. Книга 1 - Красовская Марианна - Страница 6

Эти невинные детишки тоже пойдут по следам родителей. Урождённые Оберлинги. Закон и порядок давно стали их вторым именем.

Боги, за что мне подобное испытание? Дрожащими от страха пальцами я поправила плотный полог вуали. Никто меня здесь не узнает. Кому придёт в голову искать воровку в самом дорогом кафе Льена? И зачем меня только сюда понесло…

Ну, что же. Я просила знака от Фатума – вот он, знак. Надо убираться из столицы. Слишком близко ко мне оказались эти страшные люди. Соберу вещи прямо сегодня, куплю билет… да куда угодно. Главное, подальше отсюда!

Косо поглядывая на Оберлингов, я жестом подозвала официанта.

– Будьте любезны, мой счёт.

Мой голос от испуга звучал неожиданно-низко. Старший из детей Оберлингов тут же ко мне развернулся, очень внимательно посмотрев. Софи строго одёрнула сына, и тот, кисло скривившись, ей что-то ответил. Я словно окаменела, пальцы мгновенно заледенели, по спине зябко скользнули струйки холодного пота.

Эта минута стоила мне десять лет жизни.

Нужно срочно отвлечься, не думать о чёртовых Оберлингах, иначе я просто не выдержу и убегу, как дворовая кошка от своры охотничьих псов. Как быстро заканчивалась глупая жизнь таких кошек, я знала прекрасно. Ну же, Лив, прекрати истерить и возьми себя в руки! Ты же не какая-то там хрупкая леди.

Среди теней старого Льена я своя по праву рождения, меня не трогают местные нищие и разбойники. Я родилась в подворотне, выросла на грязных улицах серой столицы. У меня есть даже есть свой пистолет, заказанный через подставное лицо в мастерских величайшего мастера Кимака. Мысль о тяжёлом и твердом стволе вдруг меня успокоила.

Огюст всегда любил пошутить на этот счёт: дескать, настоящую женщину пистолет защищает, а ствол обнадёживает… Интересно, вывернулся ли франкиец из моей западни? Нет. Совершенно неинтересно. Вот уж кому самое место в исправительном доме или тюрьме!

Счёт мне принесли очень быстро,

Расплатилась, вышла на улицу, жадно вдыхая воздух со вкусом дождя и дыма. Погода налаживалась, хоть было и ветрено, тучи быстро убегали куда-то к горам. Я немного постояла возле кофейни, пытаясь сосредоточиться и мучительно соображая, что всё же не так, а потом вспомнила: зонт! Я забыла забрать его у швейцара. А поскольку и чаевых не оставила, этот усатый мошенник не счёл необходимым напомнить мне об этом.

Заставить себя вернуться в кафе было невыносимо сложно. Но мой большой чёрный зонт – это не просто аксессуар. Переделанный подвальными мастерами Старого квартала, он вполне мог служить оружием. Пришлось возвращаться и тихо просить официанта о маленьком одолжении. И пока я ждала, замерев у порога, до меня неожиданно донеслись звуки разговора двух самых страшных людей королевства.

Братья Оберлинги неторопливо шли мимо меня в курительную комнату и едва слышно беседовали. Чёрная тень у двери не привлекла их внимания, и я мысленно поблагодарила Фатума – покровителя всех воров.

–… целое кладбище, Тьен. Впервые такое вижу.

– Что говорит Рози?

– Ничего не говорит. Она…

Официант подал мне зонт, и, бесшумно выскользнув из кафе, я отправилась в сторону дома. Пешком, разумеется, достаточно на сегодня расходов. К тому же был повод подумать, без спешки и без помех.

Кладбище? Какое кладбище? Что могло там произойти? Как я могу это использовать?

Если кто-то хозяйничает, допустим, на Белом кладбище, это интересно. Там хоронят аристократов средней руки, тех, у кого нет семейных склепов, и еще богатых торговцев и чиновников. Хоронят часто с кольцами, часами, запонками и золотыми зубами. Я никак не касаюсь этого промысла, не хватало мне с лопатой по могилам скакать, но, возможно, могла бы выкупить какие-нибудь ценности и потом перепродать наследникам. Или врагам этих самых наследников.

Очень ценная информация. Только что мне с ней делать теперь?

Если же Чёрное, то нечего там и ловить, разве что ношенные вещи. Но какое дело самим Оберлингам до рваных тряпок с тел городской бедноты?

Им бы нас только ловить и сажать в свои жуткие тюрьмы.

Страшные, страшные люди.

______

Примечание авторов: Оберлинги не относятся к 12 высшим родам. Они появились позже, однако верной службой и невероятной удачливостью в финансовых делах заслужили всеобщее уважение и почёт. Все Оберлинги – сильные маги и оборотни при высоких должностях.

Глава 4. Ненужные встречи

В совершенно растрёпанных чувствах я вернулась домой, снова переоделась. Тщательно пересчитала все деньги. Собрала, наконец, саквояж. Сегодня уехать уже не получится. Нужно избавиться от колец, тщательно проверить комнату и сделать вид, что я вышла буквально на пару часов. Следы за собой заметать я умела отлично. И документы, конечно, нужно купить документы для выезда из страны. Это самое главное.

Новый мой образ выглядел много проще: длинная чёрная юбка, потёртый плюшевый жакет с глубокими внутренними карманами, на плечи накинут платок. Волосы заплела в простую косу, удобная шляпка из чёрного же фетра. Переложила в карман пистолет, на бедре тонкими ремешками закрепила кинжал. Ботинки тоже надела совсем другие: из тех, что привыкла носить, собираясь на дело. С высокой шнуровкой, фиксирующей лодыжки, толстой грубой подошвой и металлическими накладками на носах. В них и бегать по лужам можно, и лягаться.

Дождавшись уже наконец темноты, отправилась к Хромому Хью, благо идти недалеко. Лавочка старьёвщика прячется в тёмном подвале одного из многоквартирных доходных домов.

Хромому Хью было глубоко плевать, какой знак изображён на старинном золотом перстне. Он знать не знал ни о каких заговорах и тайных обществах. Или знать не хотел? По крайней мере, он выжил же как-то в недрах Старого Льена и даже дожил до седин, что само по себе удивительно.

– Половина унции, хорошее золото, не подделка, – с удовлетворением на уродливом лице произнёс мне старьёвщик. – Дам хорошую цену: целых сорок сунов.

Я хотела поторговаться, но вспомнила, с каким отвращением ростовщик отшвырнул это кольцо, и быстренько передумала. Ну его. Хотя явно тут чистого золота не меньше, чем на империал.

Перстень с фиолетовым камнем Хью понравился больше, а когда я показала ему секрет, он и вовсе расщедрился на пять полновесных золотых монет. Уже прикинул, кому продаст такую забавную вещицу. Я забрала деньги, их тщательно пересчитала и, пряча добычу в кожаный старый кошель с заговором, как бы между прочим спросила:

– Хью, а ты часом не слышал, что там с нашим кладбищем?

– А что с кладбищем? – он тут же замер, нахмурившись.

– Я слышала, что там что-то странное произошло… – постаралась придать голосу тон как можно более равнодушный.

– Какая ты слухастая, – недовольно ответил Хью. – Ничего такого. На старом кладбище, которое за Яблоневым кварталом, кто-то разворошил могилы. Молодняк наш дуркует. С пьяных глаз, не иначе. Теням-то зачем, там сто лет никого не хоронят.

– Целое кладбище раскопали? – вспомнила я слова Оберлинга.

Ох, напрасно я так. Хью словно что-то почуял и сразу попятился, за собой закрывая прилавок и мне указывая на дверь.

– Я не знаю, не видал. Иди уже. Нашла тоже, чего полоскать. Кладбища ей…

Он выжидающе на меня уставился, а я кивнула и надвинула шляпку пониже на лоб, скрывая лицо.

– Ты не знаешь, Стряпчий клиентов берёт ещё?

– Не подох, крысов сын, – сообщил Хью. – Такие как он, по своей воле вперёд ногами не выезжают.

– Брось, Хью. В нашем деле полезно иметь такого полезного человека. Дай Фатум ему долгой жизни.

– Решила оставить насест, крошка Лив? – напряжённо спросил старый Хью, исподлобья сверкнув белёсыми глазами.

– А ты никак петуха услышал, дружище? – у меня дрогнули руки.

– Да кто его знает… Времена нынче такие, что как бы петухов не стащила какая залетная тварь. По ночам одна не ходи. Мало ли… Швах лисица за шею, и пёрышек не найдут. Всякое может случиться.