Великий диктатор. Книга третья (СИ) - "Alex Berest" - Страница 44

— Ага. Тебе возмутись. Быстренько затрещину прописывал.

— Так я и сейчас могу. Но не буду, — дипломатично свернул он наш спор о телесных наказаниях, увидев как моя рука нырнула во внутренний карман куртки. — Ты мне лучше скажи, чего это ты в обход меня и нашей компании делишки крутишь. Со стройкой и с цветами? А?

— Нужда закона не знает, — ответил я деду Кауко шведской поговоркой. — Ты меня постоянно обманываешь, вот я и не складываю яйца в одну корзину.

— Матти! Что ты такое несёшь? Когда и где я тебя обманул?

— С момента нашего возвращения из-за границы я не смог обналичить ни один чек подаренной тобой чековой книжки. «Счёт заблокирован» — отвечают мне.

— Ой! А ведь и правда! Я же не продлил срок действия вклада и его наверное заморозили. Матти, внучек, прости меня. Я не специально. Просто, после той болезни, в Копенгагене, я как сам не свой был.

— И строительную бригаду у меня забрал. Хотя ты клялся мне своим здоровьем, что это мои строители.

— Ну, ты должен был понять меня, — начал оправдываться дед. — У нас столько строек, а людей не хватает.

— Оно и видно, что болезнь тебе голову повредила. Мою бригаду забрал, а строители отца весь июнь без работы просидели.

— Кхм, — смущенно закряхтел старик. — Точно старею. Не додумал. Ладно. Я понял. Не имею к тебе претензий. Зарабатываешь где-то ещё, ну и ладно. Молодец. Я о другом хотел поговорить. Мы со Стокманнами посчитали всё и решили запустить в княжестве сеть магазинов по твоей идее.

— По моей? — не понял я.

— Да. По твоей. Где ты нам про американца рассказывал. Который магазин открыл «Всё по пять центов». Стокманны проверили, он свою идею не патентовал. Вот мы и решили открыть почти в каждом городе княжества лавку с товарами по двадцать пенни.

— Всё по двадцать пенни? Ну, хорошо. По обменному курсу — те же пять центов. А совет тебе какой нужен-то?

— Для получения налоговых послаблений нам надо открыть какое-нибудь училище или семинарию.

— Так у нас же есть два технических училища. В Улеаборге и Гельсингфорсе. Зачем ещё? — удивился я.

— Я же тебе говорю — для налоговых послаблений. Наши технические училища дают нам послабления для производств, а для торговли нужно еще. Так что? Открывать нам семинарию? Или лучше фельдшерскую школу при твоей медицинской лаборатории?

— А какая нам выгода с этих заведений? Что нам даст выпуск учителей или фельдшеров? Ну, кроме снижения налогов и сборов?

— Ты о чём, Матти? — настала пора удивляться старику.

— Ну сам смотри. Наши технические училища готовят специалистов для наших фабрик и заводов, и попутно мы получаем послабления. А педагогическая семинария и фельдшерская школа нам не нужны. Зачем нам в компанию учителя и фельдшеры? Или ты хочешь платные школы и больницы строить?

— Ну ты! — возмутился дедуля. — А что тогда ты предлагаешь? Ещё одно техническое училище? Так оно нам обойдётся как пять учительских семинарий.

— Нам нужно железнодорожное училище.

— Зачем и почему? — сразу насторожился дедуля.

— Потому что у нас в княжестве нет железнодорожных училищ. Ближайшее — в Санкт-Петербурге. А в железнодорожных специалистах мы остро нуждаемся. На наших уже построенных дорогах и на вашей угольной трассе. Да и директор для училища у нас уже есть.

— О! Это ты про херра Нюберга?

— Да. Именно про него. И самое главное, это училище будет нам приносить постоянный доход помимо налоговых льгот. Или хотя бы позволит свести расходы в ноль.

— Хм. Это интересно. Так, давай-ка поподробнее, — распорядился дед Кауко и, достав блокнот с карандашом, приготовился записывать.

— Ну, во-первых, училище надо расположить в Куопио. Что позволит использовать учеников на нашей дороге из Йоэнсуу через Оутокумпу в Куопио. Обозвать их работу — практикой, и даже можно какие-то деньги за это платить. Факультет механики, электротехники и железнодорожного дела — будет готовить, соответственно, механиков, электриков, машинистов, обходчиков, стрелочников и прочих технических специалистов. А вот факультет железнодорожной коммерции можно будет сделать платным и готовить бухгалтеров, помощников начальников вокзалов, проводников — и что там ещё Ян Магнус посоветует. Он в этом специалист. Вот и пусть тоже подзаработает с нашей помощью.

— Это ясно, — закончил строчить в блокнот дед. — С какого возраста учеников набирать?

— С тринадцати-четырнадцати. Заодно организовать получение образования за курс средней школы.

— Не думаю, что мы столько учеников найдём в Куопио.

— А зачем ограничиваться одним Куопио? Построим казармы, организуем полный пансион. Я могу кинуть клич среди моих пионеров. Да и так желающих будет вагон и малая тележка.

— Ха! Ха-ха-ха! Малая тележка. Надо будет запомнить. Но, затратно это будет.

— Так поначалу любой проект затратен. И, кроме самого училища. На его базе можно организовать переучивание уже имеющихся железнодорожных работников. А то — не пойми кто работает. А так, за малую денежку, все захотят получить документ о железнодорожном образовании.

— Да кому оно надо? — недоверчиво покачал головой дед.

— Нашим властям. У нас что, мой брат и твой внук Кауко просто так в парламенте сидит? Пускай отрабатывает вложенное в него. Провести через Эдускунту закон о соответствии профессии. А Мехелин в нашей переписке уже высказывал подобные идеи. Так что и Сенат одобрит. И никуда железнодорожные служащие не денутся. Им или к нам придётся ехать, или в Санкт-Петербург, где с них сдерут ещё больше, чем мы.

— Мда. Ладно. Попробуем. Надо будет и с херра Нюбергом поговорить, и с братьями Стокманнами. Давай, Матти, перекусим, что нам там собрали женщины. Да и на боковую. А то мне ночью в Таммерфорсе выходить.

— А ты чего туда едешь, кстати?

— Да из-за твоей же автосцепки. Твой дядька Бьорк и наш японец её наконец довели до ума. И она теперь не рассыпается. Вот и будем ставить на новые вагоны. Так что, куда ни плюнь, попадёшь в твои придумки. Да и профсоюз воду мутит, надо разобраться с этими треклятыми шведами.

— А что с ними не так? Ну, с профсоюзами и шведами?

— Ты же знаешь что сейчас в Швеции творится. Вот и бежит к нам народишко. Кого мы прямо в королевстве перевербовали, а кто сам приехал. И вроде, до начала беспорядков всё нормально было, а сейчас всем надо срочно вернуться и родных оттуда вывезти. И самое главное, профсоюз их поддерживает. А кем их заменить на время отсутствия я и ума не приложу.

— Ну вот тебе возможность попробовать заменить работников учениками наших училищ в виде практики. И тем платить не надо и этим хорошо сделаем. А вообще, давно пора у нас отпуска вводить.

— Это как вакации у чиновников, что ли? — сразу ухватил мысль дед Кауко.

— Ну, да. Правда, не такой длинный и без премии. Но оплачиваемый.

— И зачем нам это надо? Да ещё и оплачиваемый! Одни лишние траты и простаивания оборудования если все работать не будут. Никакие ученики не спасут.

— Так не сразу всех в одно время отпускать. А подгадывать под ремонт оборудования или завоз сырья. Да и трат никаких. Одна сплошная прибыль.

— Тебя, часом, оркестром на перроне не контузило, Матти? Чего ты несёшь? Откуда там прибыль?

— Давай считать, если не веришь. Возьмём для примера шестидневный отпуск. Плюс воскресенье — и того семь дней отдыха или свободного времени. Вполне хватит и в соседнюю Швецию съездить, и крышу у себя перекрыть или родственников навестить. И за эти шесть дней положить половинный минимальный оклад. Две с половиной марки.

— Пятнадцать марок как с куста. И откуда они возьмутся? — недовольно засопел дед.

— А ты сначала дослушай. Надо ввести отпускной налог в размере одного процента от суточного минимального заработка. Пять пенни в день. За триста рабочих дней — те же пятнадцать марок.

— Кха. Да кто же на такое согласится? — от удивления или возмущения дед даже поперхнулся воздухом. — Пять пенни — это немного, но рабочие тоже считать умеют.