Кодекс Охотника. Книга XXXII (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 10

— Саша! — услышал я встревоженный крик Андросова, когда отработанным движением стряхнул кровь Гипериона с клинка и пошел вперед. Неторопливо и расслабленно.

— Никому не двигаться, я сам! — на моём лице образовалась веселая улыбка. Я пристально посмотрел на Гидру и решил кое-что ей сказать. — Не хочешь уходить? Что ж… Поступим по-другому. Я убью тебя. Снова, и ты опять будешь служить мне. Но на этот раз — больше никаких предложений о сделках. Теперь ты моя. Навечно!

Многочисленные головы, изгибая длинные шеи, подались назад, набирая разгон, чтобы стремительно броситься вперед. Когтистые лапы вгрызлись в твердый камень, когда тварь начала готовиться к прыжку. Всё её огромное черное тело свернулось как пружина, смертельно опасная пружина, готовая распрямиться и убить зазнавшегося Охотника.

Я шел вперед, улыбаясь, и вот уже пересёк невидимую границу, попав в зону поражения твари. И Гидра среагировала. Огромные головы медленно опустились на землю и вытянулись в моём направлении. Тварь улеглась на брюхо, а тело её расслабилось. Глаза были закрыты, а вся туша медленно подрагивала и дрожала. От ужаса…

Я звонко рассмеялся, продолжая идти вперед.

— Ну надо же! А ты молодец! — я похлопал по ближайшей башке, и огромный глаз, размером с колесо большого карьерного самосвала, на мгновение открылся, но быстро закрылся, стоило ему только встретиться со мной взглядом.

— Твой долг закрыт. Уходи! — я еще раз хлопнул её по голове, но на этот раз отпустил животное. Тело растворилось в воздухе, а вся моя заёмная энергия плюс полученная от Титана, снова вернулась обратно ко мне в тело, а её душа улетела на просторы Многомерной Вселенной. Думаю сейчас, где-то далеко, в глубокой и мрачной пещере появилась на свет маленькая гидрочка. И если ей повезет, то у неё останутся воспоминания об этой жизни и она запомнит главное правило: «Прожить жизнь нужно так, чтобы в её конце за тобой не пришел Орден Охотников.» И будет тебе счастье. Но, это неточно…

Я вздохнул и огляделся. Мои соратники смотрели на меня глазами, совсем не меньшими, чем глаза отправленной на перерождение Гидры.

Я улыбнулся и хлопнул в ладоши.

— Представление окончено! Спасибо за внимание! — и отвесил им шутливый поклон. — Господа! Прямо сейчас все летим в имение. Надеюсь, банька уже нагрета, мясо шкворчит на решетке, а напитки охладились. Сегодня мы славно поработали! Время отдыхать!

Глава 5

Всё-таки скучал я по полноценному отдыху, в котором участвовали я и мои братья, в том мире. Гулянки с Охотниками — это были эпичные мероприятия, совсем ненамного отличающиеся от наших эпичных же сражений. По крайней мере, анекдотов и шуток про наше застолье было гораздо-гораздо больше.

Причём, был один очевидный плюс — в результате наших пьянок никто не умирал. Да, пострадавшие были, но какое же застолье без хорошей драки? Причём, что самое смешное, отличались, в основном, не боевые братья, а наши Старейшины, которые, сидя у себя в подвалах, заваленных свитками и книгами, явно скучали по прошлым весёлым денёчкам. Ну и оттопыривались в момент научных споров про высокие материи. А когда эти споры щедро сдабривались алкоголем, вот тогда и происходило самое интересное.

Ну, с другой стороны, местные мои гвардейцы тоже потихоньку становились на правильный путь. Хотя, вот как раз между ними драк не наблюдалось. Может, это потому, что все силы они оставляли на многочисленных тренировках, на которых гонял их Волк. И ребятам хотелось просто посидеть и выпить. Ну, не знаю. В общем, меня всё устраивало и всех устраивало. Самое главное, жен и девушек моих ребят тоже всё устраивало, потому что бухали мы под присмотром, прямо на территории имения, и привлечь каких-либо лиц женского пола лёгкого поведения было весьма проблематично.

Ну, а закуска была, как всегда, конечно, на уровне, как и напитки, что выставлялись на столах. К слову, Бухич, после моего призыва на войну, кроме снаряжения, а именно брони и артефактов, притарабанил с собой нехилую такую батарею разномастного пойла, похоже, опустошив запасы глубоких подвалов императорского дворца. Как он правильно сказал, чем лучше битва, тем эпичнее праздник после неё. И с этим я был абсолютно согласен, уточнив, не намылит ли ему Лиза шею. Потому что даже на мой неискушённый взгляд, многие из этих бутылок выглядели, как какая-то охренительно древняя и редкая вещь.

Но на это Бухич тоже нашёл, что ответить. А именно, что большинство винного погреба было собрано им самим, и если он не успел это допить за своё прошлое правление, то что ему мешает это сделать сейчас? Ну на том и порешили.

Пир шёл горой, народ веселился, гуляли все, кроме меня. Меня же почему-то алкоголь не брал. Не брал, от слова совсем. Хотя это не было неожиданностью. В прошлом мире я тоже замечал за собой такую особенность. Когда моя голова занята чем-то другим, а именно беспокойством о будущем мира и человечества, организм ставил предохранитель. И в момент залития спиртосодержащего раствора себе в глотку он успевал нейтрализоваться ещё до попадания в желудок. Поначалу я злился, а потом привык, понимая, что мой организм, разум, и главное — душа, иногда гораздо умнее, чем я сам.

Собственно, всё, что изменилось — я перестал переводить дорогие спиртные напитки, перейдя на компот и чай. Когда веселье перешло совершенно во что-то неудержимое, я не стал портить людям праздник своей кислой мордой, а потихоньку допил свой чай с мёдом. В последний раз забежал в парилку, ополоснулся, румяный и свежий вышел на улицу, чтобы немного посидеть, подышать под ярким звездным небом Иркутска и поразмыслить о своих дальнейших действиях. Я всё ещё не до конца отошёл от внезапного прихода Кодекса.

Первое, что я сделал после окончания битвы, я метнулся в «Доблесть» и поднялся в башню Кодекса, с удовлетворением осмотрев голубое пламя Кодекса, которое уже почти достигло десяти сантиметров. Это было очередное подтверждение того, что Кодекс уже на пути в этот мир. Немного помедитировав, я попытался связаться с Хранителем, но безуспешно. Я всё также оставался закрытым, но с одним нюансом.

Пока не очень прочная связь с Многомерной Вселенной была установлена и, как я уже сказал, никуда не денется, если никто не нарушит её силой. Вот именно об этом моменте, о происках сволочных врагов, я и задумался. Кто, и главное — как, хочет осуществить вторжение в этот мир? На данный момент я знал про троих. Ну, точнее уже про четверых. Неназываемый и Мудрейший, Костяной Скульптор. И представители Инферно, которые каким-то образом нарисовались в тюрьме Хранилища. К слову, из них из всех лучше всего как раз получилось у Инферно, которые открыли «форточку» наружу, при этом умело скрываясь от лишнего внимания. Молодцы, чего уж.

Можно ли отнести к недоброжелателям хитрожопого Локи, который решил сделать Ульриха своим инструментом? Я не знаю, но за скобки, на всякий случай, вынесу его.

Что я никогда не любил, так это ждать, пока кто-то или что-то нападёт на меня первым. Отдавать инициативу врагу я точно не собирался. Чревато это, когда против тебя выступают божественная сущность. А иногда и не одна. Быть в положении защищающегося, как показала практика — тебе вполне могут надавать по щам. А ты этого даже не заметишь. В общем, я Охотник и привык играть первым номером. А это значит, что по врагам нужно бить превентивно. Более, точно понимая, как это сделать.

Когда я, свежий и улыбающийся, зашёл домой в усадьбу и заглянул на кухню, чтобы попить водички, я увидел на холодильнике приколотый листочек, и на нём было написано «Катя». Я достал листок из-под магнитика, скомкал и бросил его в урну, при этом улыбаясь. Всё-таки мои супруги это что-то с чем-то. Я понятия не имею, как они умудряются договариваться и не ревновать. Но они чётко понимали очерёдность бурных ночей со своим супругом. При этом, ни в коем случае не позволяя превратить это в свальный грех.

Когда я зашёл в спальню к Катерине, она с улыбкой отложила в сторону книжку. Взлохматила волосы, скинула бретельку красивого пеньюара с плеча и игриво посмотрела на меня. Ещё один диссонанс. Глядя сейчас на эту прекрасную девушку, сложно было предположить, что она является одним из самых сильных бойцов этого мира, имеющую в питомцах чёрного дракона и повелевающая тьмой, как будто рождена для этого. Ночь предстояла быть весёлой. И я планировал насладиться этим по полной программе.