Мой вид любви (ЛП) - Эш Никки - Страница 14

— Боже мой, могу я оставить тебя себе? — я откусываю ещё кусочек и снова стону.

Глаза Райана вылезают из орбит от страха, и я смеюсь.

— Успокойся, я не имела в виду буквально. Просто ты такой хороший повар. Я ни хрена не умею готовить. Поскольку мы с моими братьями и сёстрами старшие, родители, как правило, заказывают доставку, а по особым случаям мой папа готовит на гриле. Но обычно я питаюсь пиццей и хлопьями.

— Мне нравится готовить, — говорит Райан, откусывая кусочек. — Мой папа научил меня готовить, сказал, что мужчина должен знать, как позаботиться о себе. Если я дома и у меня есть время — люблю готовить. Это полезнее. Обычно я добавляю ветчину, но после вчерашнего я не был уверен будешь ли ты есть нечто подобное, учитывая твоё отношение к животным.

Я накалываю картофелину вилкой и отправляю в рот.

— О, как бы сильно я ни любила животных, я не могу жить без мяса. Но думаю, что мне, возможно, придётся на некоторое время отказаться от рыбы, просто пока не приду в себя после того, что произошло.

Райан фыркает от смеха и делает глоток апельсинового сока.

— Принято к сведению. Никакой рыбы, пока не поправишься.

— Моя мама знает, что я здесь.

Райан делает ещё глоток апельсинового сока, когда я говорю это, и выплевывает его, широко раскрыв глаза.

— Не с тобой. Не думаю, что мой отец упоминал, что дал тебе ключ. И я попросила её не говорить ему, где я.

— Он бы попытался убить меня, если бы узнал, что мы здесь наедине.

— Не-а, — я отмахиваюсь от его слов, откусывая кусочек от своей вкуснятины. — Я взрослая. К тому же, в трауре. Это был тяжелый год. Он был бы просто счастлив, что я, наконец, пытаюсь двигаться вперёд.

— Я бы на его месте предпочёл бы этого не знать.

— Что ж, надеюсь, мама ему не скажет, — я беру наши пустые тарелки и отношу их в раковину. — Итак, куда мы направляемся?

— Это сюрприз.

— Для того, чтобы ты расслабился или для меня, чтобы я начала двигаться дальше?

— И то, и другое, — отвечает он, его голос звучит слишком близко ко мне.

Я оглядываюсь через плечо и вижу Райана прямо за своей спиной. Он протягивает руку и ставит свою чашку в раковину, и я улавливаю дуновение его запаха. Всё. Твою мать. Мужчина. На нём не чувствуется никакого дорогого одеколона. Только гель для тела и всё. Я подавляю стон, споласкиваю посуду и закидываю её в посудомоечную машину. Мне серьёзно нужно взять себя в руки. Я знаю, это просто моё тело распознаёт, что поблизости находится сексуальный мужчина, но трудно игнорировать то, как я ловлю себя на том, что меня тянет к нему и я хочу действовать в соответствии с этими чувствами.

Поскольку грузовик Райана больше и комфортабельнее, он настаивает, чтобы мы поехали на нём, куда бы мы ни направлялись. В обмен я требую, чтобы я выбирала музыку. Он не в восторге, но соглашается. Поездка наполнена тем, что я пою под свои любимые джемы, в то время как Райан сетует, что у меня худший музыкальный вкус, известный человеку. Потрясающе. Поскольку мы встали раньше остальной Калифорнии, поездка проходит гладко, и уже через час мы паркуемся у паромного терминала Лонг-Бич.

— Мы сядем на паром до Каталины (прим. пер. — Скалистый остров в Тихом океане близ побережья Калифорнии.)? — спросила я.

— Ага.

Я хлопаю в ладоши.

— Всегда хотела побывать там, — я беру Райана за руку. — Поехали.

Как только мы садимся на паром, берём пару латте и направляемся к краю парома. Через несколько минут он отходит от терминала. Вода неспокойная, поэтому паром раскачивается. Я теряю равновесие, и Райан подхватывает меня, прежде чем я падаю на пол.

— Осторожнее, — бормочет он, кладя руки по обе стороны от меня.

— Всегда спасаешь, — шучу я.

Я прижимаюсь спиной к нему спереди, и, хотя мне немного холодно от ветра, его тело защищает меня от него в большей степени, сохраняя тепло. Я позволяю себе прислониться к его груди, наслаждаясь тем, как хорошо я себя чувствую, находясь в его руках.

— Посмотри туда, — Райан указывает налево, на дельфинов, плавающих у парома. Это красиво и волшебно. Я лезу в задний карман и достаю телефон, делая миллион снимков.

Когда они исчезают, я поворачиваю камеру.

— Скажи «сыр», — я убеждаюсь, что мы с Райаном оба в кадре. Он опускает взгляд, его глаза впиваются в мои через камеру. — Улыбнись, — я тыкаю его в бок другой рукой, и на его лице появляется лёгкая улыбка. Я делаю снимок, затем ловлю момент, чтобы взглянуть на получившееся фото. За последний год я не сделала ни одной фотографии, последняя сделана, когда я была с Йеном на День Благодарения. Моё лицо немного похудело из-за того, что я не так много ем, и у меня появились небольшие фиолетовые круги под глазами от недосыпа, но моя улыбка настоящая, а щеки розовые. Впервые за долгое время я выгляжу по-настоящему счастливой.

По прибытии мы берём гольф-кар и отправляемся на нём исследовать остров. Райан ведёт одной рукой, другой придерживает меня. Я не знаю, когда это случилось, что держаться за руки стало для нас нормой, но мне это нравится — его сильная рука в моей.

Мы обедаем, любуясь пристанью для яхт, а потом гуляем по Кресент-стрит, рассматривая витрины.

— Такое красивое, — я показываю на красивое ожерелье из ракушек. Никогда не видела ничего подобного. — Цвета такие яркие. Оно напоминает мне счастье, — оно отражает то, что я чувствую.

— Оно должно стать твоим.

— Э… Может быть, я вернусь, — я иду вернуть его на витрину, но Райан забирает его у меня и несёт к кассе.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

Не отвечая мне, он просит кассира подойти и покупает украшение. Расплатившись, он говорит:

— Повернись.

Я делаю, как говорит Райан, он убирает мои волосы в сторону. Надевает на меня ожерелье и застёгивает его сзади. Я нахожу зеркало, чтобы полюбоваться им. Когда же мой взгляд останавливается на зеркале, моё сердце замирает. Ожерелье поистине потрясающие, но не оно привлекает моё внимание. Мы с Райаном так хорошо смотримся вместе. Его пухлые губы и моя улыбка. Его грубость и моя мягкость. Я крошечная, а он огромный. Но каким-то образом я могу это представить — Райана и меня. Я судорожно сглатываю и ненадолго закрываю глаза, отбрасывая эту мысль в сторону.

— Что ты думаешь? — спрашивает он, заставляя меня приоткрыть глаза.

— Оно прекрасно.

— На тебе оно смотрится идеально.

Я поворачиваюсь к нему лицом.

— Спасибо, — встав на цыпочки, я целую его в щеку, но он явно не ожидал этого от меня, поэтому слегка отодвигается. Мои губы касаются уголка его рта, его лёгкая щетина щекочет мою кожу.

— Нам лучше поторопиться, — произносит Райан, прочищая горло и отступая назад.

Я хочу снова притянуть его к себе и поцеловать, потеряться в нём, но этого не делаю. Вместо этого я натягиваю улыбку и спрашиваю:

— Что дальше?

После того, как мы закончили разглядывать витрины, у нас был потрясающий обед из морепродуктов (да, я не отказалась от рыбы. Я ужасный человек), а потом мы останавливаемся, чтобы съесть по мороженому, прежде чем отправимся обратно на паром.

— Куда мы направляемся дальше? — спрашиваю я, когда мы высаживаемся.

Райан смеётся.

— Кто сказал, что будет, что-то ещё?

Я наклоняю голову набок и кладу руку на бедро, слегка выпячивая его.

— Это сюрприз.

— Я начинаю по-настоящему любить сюрпризы.

Час спустя мы подъезжаем к Университету Сан-Диего. Я никогда не была здесь лично. Те несколько раз, когда я навещала Йена, мы останавливались в отеле или он показывал мне свою базу.

Кампус невероятно великолепный и массивный, намного больше, чем мой университет дома. Моё сердце бешено колотится в груди при мысли о том, чтобы поехать сюда. Следовать своей мечте. Одно дело двигаться вперёд, но своими глазами увидеть, каким может быть моё будущее, — это совсем другая история. Держу пари, именно поэтому Райан привёз меня сюда.

Он находит парковку для посетителей и выскакивает, чтобы заплатить по счетчику. Мне, наверное, стоит выйти, но я буквально прилипла к сидению. Боясь столкнуться с этой мечтой один на один. Но затем Райан открывает дверь и с тёплой улыбкой протягивает мне руку, чтобы помочь выйти из машины, и я делаю глубокий, успокаивающий вдох. Я сделаю это не одна, потому что Райан со мной. И от этой мысли по моему телу разливается тепло.