Песец всегда прав (СИ) - Видум Инди - Страница 19

Беспалова-младшая ждала мать в гостиной их апартаментов, просматривая что-то на телефоне.

— Тася, ты почему не сказала про видео?

— Что бы это изменило?

— Да все. Разговор бы перестроили. Такую информацию нельзя скрывать. А еще ты раскрылась, показав ревность. Это недопустимо.

— А чего он целуется с кем попало? — вскинулась Беспалова-младшая.

— Он не целуется. Его поцеловали. По-твоему, он должен отбиваться от красивой девушки?

— Ничего она не красивая, — надулась Беспалова-младшая, — И старая.

Я решил, что дальше слушать их не буду: и тема слишком личная пошла, не для посторонних слушателей, и меня ожидали куда более интересные разговоры, которые хотелось зацепить хоть краем.

Когда я под невидимостью выходил из гостиницы, обнаружил, что метка Живетьевой начала двигаться по направлению к метке императора. Конечно, можно было предположить, что старушка решила просто проветриться, но я подозревал, что она едет на встречу с главным лицом страны.

Глава 10

К дворцу я подошел чуть раньше, чем подъехала Живетьева: как я и подумал, двигалась она на свидание с императором. Они так часто встречались, что будь Живетьева помоложе, многие заподозрили бы любовную связь. Но на самом деле, они хоть и являлись союзниками, но друг друга ненавидели и сцепятся между собой сразу, как интересы окончательно разойдутся. Я поставил бы на Живетьеву: она и умней, и опытней.

Водитель Живетьевой не торопился, поэтому я успел не только заскучать, но и перебраться на территорию дворца, где на меня никто не мог случайно наткнуться, а я прокачивал навыки ДРД и мог спокойно изучить сайты с нужными мне товарами, а заодно просмотреть ссылки Олега и согласовать выбранную им мебель для нашего дома в Верейске.

Вообще, парк при дворце оказался не только уютным местом, но и малопосещаемым: в ту беседку, что я облюбовал, не только никто не заглядывал, там даже мимо никто не проходил. Погода тоже не слишком способствовала отдыху на свежем воздухе: некомфортно низкая температура и реденький неприятный дождик, раздумывающий не перейти ли ему в такой же реденький и неприятный колючий снежок.

На погодные условия я не отвлекался — с тем, с чем не справлялась куртка, справлялись заклинания, так что никакого дискомфорта я не ощущал и мог спокойно заниматься своими делами в ожидании Живетьевой.

Просмотреть я успел только ссылки Олега, их оказалось неожиданно много — дядя решил закрыть вообще все проблемные места в нашем доме. Выбранные им варианты меня устроили полностью, так что я дал добро на покупку — пусть дом станет выглядеть жилым, а не временным убежищем.

Наконец Живетьева прибыла. Ее почему-то привезли не к главному входу, а к черному, и повели какими-то загогулистыми путями, причем она непрерывно зло ворчала себе под нос, но безадресно. Притянуть ее ругательства к самому императору или его семье не удалось бы при всем желании. Все-таки опыт — великое дело. Есть чему поучиться. Или талант? Этого тоже исключить нельзя.

Она дошла и начала разговор с наезда:

— Костенька, к чему такая конспирация? Мои старые кости таких длинных переходов не выдерживают.

— Арина Ивановна, дорогая, твоей бодрости могут позавидовать иные молодые особы, — ответил тяжеловесным комплиментом император. — А мне нужно срочно с тобой посоветоваться.

— Приехал бы ко мне в загородное поместье. Ой, о чём это я? Твоими руками оно было у меня отобрано, а потом вообще уничтожено, — сварливо сказала Живетьева.

— Постой, Арина Ивановна, уничтожила ты его сама.

— Я не просто так собиралась уничтожить, а с толком. А твой криворукий исполнитель все испортил. И осталась я и без недвижимости, и без источника целительской энергии. И все — из-за тебя, — она обиженно засопела. — А сейчас тебе, Костенька, видите ли, моя консультация потребовалась — и мне приходится все бросать и срываться из питомника.

— Почему из питомника?

— Там сейчас самые нормальные условия, — ответила Живетьева. — Я там почти столько же жила, как и здесь, вот и озаботилась и удобствами, и защитой. Хочешь меня вот так сдергивать — выделяй участок для строительства. В следующий раз — вообще не приеду.

— Может, удастся уговорить Песцова продать?

— Смысла нет. Там только на ликвидацию последствий взрыва уйдет в два раза больше денег, чем на само строительство. Да и не факт, что там до сих пор ничего не взрывается.

— До сих пор? — недоуменно переспросил император.

— А что ты хотел, Костенька? Древние делали качественные вещи. Когда я с Илюшей в свое бывшее пристанище ездила, там продолжало все гореть и взрываться. Так что нет, мне другое что-то нужно. Можно не участок, можно поместье из выморочных.

И она зачастила фамилиями, которые мне ничего не говорили, зато говорили императору. Он вздыхал, поругивался, всячески уворачивался от обещаний и прямо говорил, что приглашал собеседницу не для этого. Живетьева была непреклонна, утверждая, что сообщник ее с жильем подставил и теперь должен хоть как-то решить эту проблему. Наконец император сдался и предложил свой вариант, который не устроил Живетьеву из-за небольшого размера участка, удаленности от Дальграда и плохих дорог, к нему ведущих. Из этого я сделал вывод, что она пришла, уже вооруженная информацией обо всех близлежащих участках, со строениями и без. Император не сдавался, но Живетьева по разным причинам забраковала и остальные предложенные им варианты.

— Ну пойми, Арина Ивановна, — взмолился император, — ты слишком дорогие варианты хочешь. Меня не поймут, если я тебе такое подарю.

— Оформи как продажу, велика проблема, Костенька? Любопытствующим отвечать, что сумма сделки не разглашается. Ладно, бывшее поместье Извольских, оно в аренду сдано и срок там не скоро подойдет, но Пашниных-то вообще пустым стоит, а за ним требуется уход и присмотр. Скажешь, не сплошные убытки для казны?

— Подарить не подарю, продать — могу, — сдался император и назвал сумму.

— Костенька, да где же такие деньги берут за полуразвалившиеся здания? — возмущенно охнула Живетьева.

В реальности со зданием вряд ли что-то случилось, потому что дальше пошел торг, завершившийся победой Живетьевой, которая сбила цену вдвое. Судя по ее довольному голосу, на такой успех она не рассчитывала, хотя так выразительно перечисляла недостатки будущей покупки, как будто облазила ее вдоль и поперек.

— Все, Арина Ивановна, этот вопрос закрыли, пора и к моему перейти.

— Ты секретарю-то распорядись документики подготовить… — намекнула Живетьева. — Чтобы мне уж совсем успокоиться и ни о чем постороннем не думать в разговоре с тобой. А то, бывает, мысли совсем не туда улетают. Стара я уже стала, голова ой как плохо работает.

— Прибедняешься, Арина Ивановна. У меня бы так голова работала, а я куда моложе.

Наступило выразительное молчание, и император опять сдался — вызвал секретаря и приказал ему приготовить документы на передачу имения под Дальградом.

— Теперь все, Арина Ивановна? Давай тогда к делу перейдем. Твои целители напортачили, а ты им укорот не даешь.

— Э нет, Костенька, всё они правильно делают. Им же было сказано: при возможности. А возможности такой нет, чтобы тебя не подставить. Ты же в курсе, что княжества прислали своих целителей для контроля, а Шелагины вообще Зимина наняли?

— Про Зимина не знал. Нужно его срочно куда-нибудь с миссией отправить.

— Да поздно уже, — мрачно сказала Живетьева. — Илюша Фадеева в пух и прах разнес, и видео их боя в сети просматриваются очень активно. Убрав шелагинского внука с соревнований, ты окажешься в грязи по уши. Зачем тебе это? Нужно гибче действовать. Так, чтобы все уверились, что ты действуешь не в своих интересах, а в интересах страны.

— Я и так в интересах страны действую, Арина Ивановна, — возмутился император.

— Костенька, уж со мной-то ты можешь быть откровенен. Действуешь ты в своих интересах, собирая всю власть под себя. При этом кучу родов, сильных магически, множишь на ноль.