Песец всегда прав (СИ) - Видум Инди - Страница 1

Песец всегда прав

Глава 1

То ли Соблазнение по мне прилетело откатом, то ли младшая Беспалова слишком сильно меня задела, но эротические сны приснились и мне. Причем в них девушка выглядела куда более расположенной, чем в суровой действительности. Очень и очень расположенной. Настолько что позволяла испытывать на себе все теоретические знания, почерпнутые из злополучного модуля. Поднялся я в отвратительнейшем настроении, поэтому от души пожелал, чтобы Беспаловой досталось куда сильнее.

«Это потому, что ты не ведешь нормальную для твоего возраста жизнь», — авторитетно заявил Песец, когда я уже немного успокоился и занялся разминкой.

«Нормальная — это какая?»

«Это когда девушки не только в снах».

«Значит, возвращаюсь в Верейск, делаю торт и иду к Даше».

«Звучит как план. Но во-первых, тебе приоритетнее всю линию Оружия до третьего уровня добить, а во-вторых, снилась тебе не Даша».

«Потому что я разозлился».

«А чего злиться-то? Ее предложение — именно то, что ты хотел от помолвки».

«Но высказано всё было…» — я поморщился.

«Невежливо?»

«Именно. Ну и фиг с ней. Нужна она мне».

«Если не нужна, не смотри сны с ее участием».

«Можно подумать, это от меня зависит», — огрызнулся я, закончил разминку и отправился в душ. Холодный. Именно такой мне и был нужен. Песец же благоразумно замолчал и дал возможность успокоиться и выбросить все лишнее из головы.

Сегодня было очередное заседание княжеского Совета, на котором император озвучит предварительные выводы по расследованию. Сдается мне, все шишки свалят на удачно «сбежавшего» Эрнеста Арсеньевича, а все остальные, начиная с императора и заканчивая родом целителей, окажутся белыми и пушистыми, не имеющими никакого отношения к чужим злодейским замыслам.

Когда я высказал это предположение Шелагину-младшему, с которым мы поехали после завтрака на участок, он со мной согласился.

— У нас были неопровержимые доказательства, что напали на тебя и меня, поэтому императору пришлось это признать. А по остальным пунктам неоднократно было выражено сомнение, что Живетьев не соврал, говоря на камеру под диктовку. Князьям пока удобнее делать вид, что они верят. Основное движение пойдет на следующем Совете.

— А оно точно пойдет?

— Точно. Пока никто не понимает, на кого можно опереться. Многие рода находятся в состоянии давней вражды.

И он принялся объяснять, почему нужно не просто заручиться обещание поддержки, а получить что-то, что эту поддержку гарантирует. Той же Беспаловой теперь выгодно лоббировать наши интересы.

— У меня с ее дочерью разговора не получилось.

— А при чем тут это? Беспалова получила передышку, во время которой может осмотреться и подобрать более подходящего жениха для дочери. Или остановиться на тебе, если признают.

— В таких договорах две стороны, — заметил я. — Я могу отказаться.

— Можешь, — согласился Шелагин. — Но сейчас нам выгодней держаться вместе. Союз из трех-четырех князей император проигнорировать не сможет.

— Поэтому ему выгодно, чтобы они находились в состоянии постоянной вражды.

— Это так. Поэтому за нападения на поселения на границах смотрят сквозь пальцы. Мол, это не княжеская дружина была, а непонятные преступники. Границы, они же условные, ничем физически не разгорожены.

— Только на бумаге нарисованы, — скептически добавил я.

— Не только. Еще и реликвией ограничены. Если Прохоровы согласятся отдать кусок своей земли, это будет закреплено через реликвии, их и нашу.

Внезапно Песец не просто проявился, а проявил живейшую заинтересованность, вытянувшись в сторону Шелагина.

— Что еще делает реликвия? — спросил я, сообразив, что Песец заинтересовался этим вопросом не просто так.

— Много чего. Фиксирует применение боевой магии на территории, усиливает владельца, позволяет ему телепортироваться в любое место на своей территории, захватив при этом группу, позволяет связаться с другим князем. Но отец конкретно эту функцию не любит, говорит, она отдается очень неприятной вибрацией, поэтому князья обычно предпочитают общаться по телефону, а через реликвию — только в том случае, когда разговор должен гарантированно остаться между ними двумя. Такой разговор ни подслушать нельзя, ни записать, даже участнику.

«Твою мать! — Песец задрал хвост и принялся возбужденно носиться по видимому мне пространству. — Это же… Это же… А энергию они аккумулируют?»

— Энергию они аккумулируют? — продублировал я вопрос Песца вслух.

— Скорее всего, да, — ответил Шелагин, — потому что отец никогда не говорил, что реликвию надо как-то подзаряжать.

«Они даже не в курсе, что часть энергии отправляется в главный артефакт. Тоже мне, реликвия. Система военных артефактов, закамуфлированных красивой оберткой».

«Точно военных?» — удивился я.

«Точно. Из времени моего создания она. Причем не просто из времени, а мой создатель к этому руку приложил. Там куда больше функций, чем сейчас известно. Впрочем, чего удивляться? Про Полигон вы тоже ничего не знали. Смотрю, ничего стоящего ваши артефакторы так и не смогли сделать за это время».

Он выглядел слишком довольным, чтобы я не захотел сбить с него спесь.

«Зато ваши столько стоящего сделали, что чуть все живое не уничтожили».

«Так вопрос стоял: мы или нас, — возмутился Песец. — И потом это явно не артефакторы, это что-то измененное из магии Жизни. И еще неизвестно, кто именно запустил».

«Может вас как раз и выбили?»

«Э нет, — активно замотал он головой. — Не нас. Иначе реликвии бы не отзывались. Она на кровь завязаны, их бы просто не смогли использовать».

«Первоначальная кровь уже была на сто раз разбавлена», — скептически сказал я.

«На определенный уникальный фактор, который передается по наследству. По мужской линии. Как бы ни хотелось княгине Беспаловой передачу по женской — не выйдет».

«То есть вариант с объединением княжеств Прохоровых и Шелагиных не сработал бы?»

«А вот в этом я не уверен. Не зря же Живетьева что-то там мухлевала с реликвиями. Она умеет любую информацию оборачивать на свою пользу, по картинкам разобралась с целительскими записями, по картинкам могла разобраться и с артефакторскими».

«Но дом твоего создателя только недавно вскрыли, — напомнил я. — Кстати, на раскопках при нас никакого сейфа не извлекали».

«Его и без вас не извлекали. Потому что сейф был в основном доме. А в тот дом, что мы раскапывали, Зырянов приходил, когда ему нужно было побыть в одиночестве или заняться любимым делом без посторонних».

«Ты же говорил, что не помнишь, была ли у него семья?»

«Я почти ничего личного не помню, — согласился Песец. — Но желание побыть в одиночестве, понаслаждаться тишиной и подумать в полном спокойствии — это особенности характера, который мне передали».

«То есть ты думаешь, что Живетьева добралась до его записей?»

«До его или до военных. Там тоже наверняка было все расписано в схемах. Те оболочки, которые на реликвиях сейчас, — новодел. Изначальные были куда проще на внешний вид. Это я на основании того, что в императорской сокровищнице видел. Возможно, у других они без украшений, но я сомневаюсь. И кстати, с основного артефакта любой из тех, что к нему цепляется, можно отключить, а можно и перепривязать. Если бы императорская семья это знала, ни одна княжеская реликвия больше не работала бы».

Но император этого не знал, иначе действующих князей не осталось бы. А что касается внешнего вида — так у князей ничего простого и быть не могло…

«А главный артефакт отключить можно?»

«Отключить нельзя — перепривязать можно, — сказал Песец, ненадолго задумавшись. — Теоретически. Потому что нужна кровь либо императора, либо потомков моего создателя».

«То есть Зырянова?»

«Точно не скажу. Ты воспринимаешь фамилию, как Зырянов, но в реальности она может быть другой. А если она окажется другой, то потомка будет найти очень и очень сложно. Но чисто теоретически можно попробовать с кровью того Зырянова, что тебе известен. Не исключаю, что подойдет. В любом случае он из тебя столько крови выпил, что ты из него пару миллилитров сцедить для проверки можешь. А если не подойдет, будем пробовать всех попадающихся Зыряновых. Но осторожно. Потому что испортить легко, а исправить — не с твоими нынешними умениями».