Паладин развивает территорию Том V (СИ) - "Greever" - Страница 42

Но никто не хотел подниматься, все они продолжали благодарить его, и, не сдержавшись, лорд ударил кулаком по каменной стене справа от себя, отчего та разлетелась на куски.

После этого он, не поднимая голову, произнёс:

— Мы нашли тех, кого они забрали с собой. Может, среди них есть ваши родственники, — сказав это, лорд обошёл стоявших на коленях и направился прочь из этого места.

Ему не хотелось быть больше ни аристократом, ни паладином, ни кем-либо ещё, у кого есть сила и власть, потому что с этими титулами слишком многие становились зависимыми от него.

Будь он такой же, как и другие дворяне, не было бы проблем, но сейчас каждый погибший солдат, простолюдин или крепостной заставляли его всё больше сомневаться в выбранном пути.

Глава 374

Новый день, новый враг!

Айронвуд кипел жизнью!

По широким тротуарам сновали люди с сумками, разноцветными бумажными пакетами и коробками в руках.

По дорогам ездили кареты и телеги вперемешку с грузовиками, которых становилось всё больше, создавая какую-то странную картину, словно в средневековом мире появился портал из современного и туда попала техника двадцатого века.

Ещё больше неразберихи создавали сами жители. Так, тут по улицам одновременно могли гулять львиноголовые представители расы зверолюдей в кожаной броне, эльфы, одетые в лёгкие полупрозрачные платья, и люди в дорогих костюмах в шляпах «Федора» или «котелках» на голове, обутые в лакированные туфли.

Среди них также можно было видеть аристократов в помпезных одеждах с потерянным взглядом, не понимающих, что происходит.

Вотчина Виктора принимала именно тот облик, который он хотел видеть.

Свободная от предрассудков и дающая каждому выглядеть так, как им хочется.

Новые лавки с товарами со всего континента открывались и закрывались в этом городе с такой частотой, что мэрия решила убрать обязательную регистрацию и создать отдел аренды, который займётся этим.

В их сферу входило не только предложить подходящее место, но и разработать варианты помощи для начинающих бизнесменов, чтобы те не оказались в трудной ситуации.

Помимо мэрии, дел прибавилось и у полиции. Лима Баркли, набравший немалый вес, за что его пилила жена и две дочери, теперь имел в подчинении тысячу двести сотрудников, днём и ночью следивших за порядком в городе, в котором опять начался приток жителей.

Численность Айронвуда, в связи с последними событиями упавшая до ста тысяч, вновь превысила сто пятьдесят тысяч жителей, и теперь это был настоящий мегаполис, где преступления происходили с завидной регулярностью.

Грабежи, разбои, воровство, мошенничество и даже убийства являлись неотъемлемой частью этого мира, и, конечно, даже такой влиятельный человек, как герцог Леомвиль, не мог это изменить.

Хотя их количество было несравнимо меньше, чем в любом другом месте, но шериф старался свести их к нулю.

Получив от господина приказ, он создал отделы, которые будут заниматься каждый своим видом преступлений, что помогало в поддержании порядка.

Благодаря такому разделению, полиция могла сосредоточиться на том, что они умеют лучше всего, а при помощи заклинателей решить очередную головоломку становилось ещё проще.

Улицы мало того, что патрулировались группами по три человека, в которые обязательно входили два рыцаря и маг, но в последнее время стали появляться ещё и полуорки, которые имели свои способности, недоступные другим расам.

Раса зверолюдей могла похвастаться так называемыми навыками «Животный инстинкт» и «Чутьё».

Оба они являлись скорее тем, что животные используют даже не осознавая их ценность, но, имея хорошо развитый интеллект, зверолюди научились применять их по необходимости.

Животный инстинкт давал возможность хорошо распознавать угрозу, а также опасность, что не позволяло никому напасть на них из засады.

Однако навык «чутьё» был куда полезнее для полиции, так как служил своеобразным детектором лжи. Пусть он не давал стопроцентной гарантии, но местным правоохранительным органам было достаточно, чтобы отвести предполагаемого преступника в участок и пытать там, пока не сознается.

Хотя Виктор и старался избавиться от такого подхода, но на текущий момент лучшей идеи у него не было, так как у большинства преступников просто нет причин сотрудничать, если их просто посадить в камеру, где будут кормить и у них всегда будет крыша над головой.

Как ему сказал однажды губернатор: нельзя отобрать у человека свободу, если на этой свободе кроме голода и сна под открытым небом его ничего не ждёт.

Если бы он просто перенёс все законы Земли сюда, это бы не сработало, а наоборот, сделало только хуже.

Добропорядочные люди только больше бы боялись тюрьмы, просиживая в которой они будут терять ценное время, в то время как уголовники наоборот станут считать это своеобразным оплачиваемым отпуском.

На данном этапе эта политика работала, чего было достаточно для большинства жителей, на чьё мнение и опирался лорд.

И в сегодняшний осенний день, когда с деревьев начала опадать листва, а на новом календаре, который был составлен Виктором, появилась дата первое сентября, это было наиболее очевидно.

В Айронвуде, к шестнадцати школам в разных районах города, тысячи людей стекались отовсюду, чтобы поучаствовать в первом учебном дне, когда старшие дети возвращаются к занятиям, а младшие идут на свои первые уроки.

Лорд в этом также собирался принять участие, потому что его самый взрослый ребёнок решил отправиться в школу.

Иггдрасиль уже давно просился, но Виктор всё ждал, когда тот научится создавать марионетку, которая не вызовет подозрений у людей.

Чтобы этого добиться, древу жизни пришлось не просто создать существо с обликом человека, но сделать его таким же хрупким и отделить большую часть себя, чтобы зверолюди и эльфы в школе не сошли с ума, желая приблизиться к нему.

Благо с ним была его мать, которая в своей памяти перенесла с Земли чертежи роботов, по которым он смог создать идеальный сосуд.

Марионетка сидела в карете напротив Виктора и Луны, разглядывая свои руки, потому что Иггдрасилю пришлось отсечь почти всю ману, поступающую в тело, и сосредоточить её лишь в глазах и мышечных волокнах, сделанных из разных растений.

Хотя из-за этого жизнь марионетки была чрезвычайно коротка и составляла всего лишь десять или двенадцать часов, но только так удалось сохранить тонкий баланс, позволявший не привлекать к себе внимания особо чувствительных к энергии древа рас.

Виктор, одетый в привычный мундир, сидел, скрестив руки на груди, рядом с Луной в зелёном платье, разглядывая мальчика.

Подумав об этом существе, которое являлось сердцем жизни этого континента, он никак не мог понять, почему тот так хочет в школу.

Вспоминая своё детство, лорд точно знал, что не хотел бы вновь попасть в учебное заведение, потому что не любил их уже с первого класса.

— Игги, почему ты хочешь в школу? — обращаясь уменьшительно-ласкательным прозвищем, данным древу Луной, спросил он.

Мальчик, оторвавшись от созерцания своих рук, которые положил на колени, и глядя бирюзовыми глазами на одноглазого мужчину, произнёс то, что действительно могло шокировать кого угодно.

— Там есть девочка, с которой я хочу подружиться!

Виктор приподнялся с места и удивлённо посмотрел на супругу, которая была удивлена не меньше, так как понятия не имела, что её ребёнок уже имел романтические чувства в таком возрасте.

Однако лорд, в отличие от неё, скорее был горд тем, что у него рос мужчина, и с улыбкой на лице приблизившись к ребёнку, заговорщицким тоном спросил:

— Кто она? Отец может тебе дать пару советов!

Иггдрасиль, снисходительно посмотрев на Виктора, пренебрежительно ответил:

— Не думаю, что хочу получать советы от человека, у которого столько жён. Она мне нравится как друг, но, если захочу чего-то большего, точно не буду спрашивать у того, кто не может выбрать только одну и женится на всех красавицах, которых встречает.