Паладин развивает территорию Том V (СИ) - "Greever" - Страница 27

Волмар был одним из немногих, кто даже не подозревал, кем являлся летавший с драконом рыцарь, убивший Папу, однако прямо сейчас для него всё начало вставать на свои места.

В его голове упорядочивалось всё, что происходило в королевстве и на войне, а также все те вещи, которые казались странными, как, например, переезд самых сильных существ континента в Балтес.

Шедшие в сторону лорда люди остановились и в страхе сделали шаг назад от существа с крыльями и мечом в руках, а ужас в сердце Лимария и Пелоса лишь усилился, ведь они также, как все, поняли, кем является человек, которого так разозлили.

Собравшиеся встали полукругом в десяти шагах от Виктора, ожидая его дальнейших действий и страшась их.

Лиония и Клиоса обошли герцога и встали за его спиной, рядом с Хильдой, чтобы не попасть под его горячую руку, в то время как остальные испуганно ожидали действий существа перед ними.

Для них он больше не являлся герцогом, лордом, аристократом, да и вообще человеком. Теперь это существо, которое сродни чудовищу, способному убить любого по собственному желанию, и каждый пытался вспомнить, не оскорбил ли он его ненароком.

Виктор не собирался никого успокаивать, наоборот, он планировал отпечатать этот страх в головах и даже на костях присутствующих.

Вложив всю свою злость и ненависть, он распространил ауру такой чудовищной силы, что всех, кто стоял перед ним, включая Лами и Свейна, прижало к земле так, что они своими лицами ломали прочную каменную породу.

Единственными, кого он не тронул, были Лиония и Клиосса. Также стоять осталась Хильда, но её защитил Хугин, который взобрался ей на голову и стоял, расправив крылья.

Акрист, прижатый рядом с Лилим, в страхе смотрел в глаза своей женщины, лежащей рядом с ним, которая была напугана, а он был не в состоянии защитить её.

Но хуже всего было тем рыцарям, которые прибыли с Пелосом, так как свою силу в их сторону Виктор совершенно не контролировал и после начального удара продолжал увеличивать напор, ломая их кости, отчего те вскоре начали лопаться, как пакетики с красной жидкостью, образуя кровавое кольцо.

Лимарий и Крейн хоть и были прижаты, но их лорд пощадил ради их дальнейших страданий, ведь он не собирался дать им умереть ближайшие пару сотен лет и тем более не собирался отпускать их души в круговорот реинкарнаций, позволяя им возродиться в других мирах.

Пока все лежали, боясь издать хотя бы звук, Виктор прошёл между ними, оставляя на каменной земле горящие следы своих ботинок и обжигая лица тем, кто оказывался рядом с его мечом, включая Звёздного мага, который даже не пытался защититься.

Лами мог сопротивляться, но боялся это делать, зная, что следом может прибыть дракон, который явно не по силам такому заклинателю, как он.

Лорд подошёл к Лимарию, лежащему за спинами соратников и недалеко от целой кровавой кашицы, оставшейся от простых солдат, поднял его своей аурой в воздух и, поднеся к себе, обратился к нему.

— Я убью всю твою семью. Мужчин, женщин, стариков и детей. Я сожгу любое упоминание о твоём роде. Но ты будешь жить, и я ни за что не позволю тебе умереть!

Виктор видел, с какой ненавистью Морисон смотрит на него, но это было даже хорошо, ведь очень скоро тот будет молить о смерти.

Когда лорд собирался взять Пелоса, ветер вокруг начал утихать, однако это было не природным явлением, так как снежинки, летавшие вокруг, также стали замедляться и вскоре вовсе замерли, а следом за этим со спины раздался знакомый старческий голос Мира.

— Молодой человек, вы заставляете этого старика вмешиваться. Неужели хотите стать кровожадным убийцей? Разве это…

Его прервал Виктор, который продолжал смотреть в глаза застывшего герцога.

— Всё это твоя вина. Ты виновник всего происходящего на этой планете и с людьми, живущими на ней! Ты создал богов, и они из-за тебя совратили паладинов. Вот результат твоих действий!

Мир шёл между замершими людьми и, обойдя лорда, глядя ему в лицо, опечалено замотав головой, заговорил.

— Теперь ты всё знаешь, но я всего лишь хотел спасти людей от истребления демонами.

Виктор не собирался слушать оправдания старика.

— Ты нарушил естественный ход событий. Если бы людей уничтожили, значит, так и должно быть! Если же нет, они нашли бы способ справиться без твоего вмешательства и стали сильнее благодаря этому. Это естественно для людей, мы так устроены, что война и сражения делают нас сильнее!

Мир стоял, слушая обвинения в свой адрес, не зная, как ему возразить, ведь всё это было правдой.

Паладины существовали до появления конкретно его вселенной, а стало быть, и до рождения самого Мира.

Являясь наблюдателями, они ни во что не вмешивались и лишь следили за тем, чтобы не нарушался естественный ход вещей, однако созданные боги обладали невероятной силой и умом.

Они совратили паладинов, в результате чего те стали посредниками между людьми и богами, питаясь душами умерших.

Это было тем, что они должны были предотвращать — нарушение естественного хода событий.

Души всегда должны перетекать из одной вселенной в другую, перерождаясь и становясь лучше с каждой последующей жизнью.

Концом всего должно стать очищение души настолько, что она сможет завершить своё существование, познав все секреты всех вселенных, чтобы стать новой вселенной, в которой появятся новые секреты для следующих душ.

Когда же и эта вселенная закончит своё существование, она вновь переродится в душу живого создания и начнёт новый жизненный цикл.

Мир этого не мог знать, как и Виктор, так как они всего лишь части гигантского механизма, который им не дано обозреть со стороны.

Но что хорошо понимал старик, это невозможность позволить паладину пасть так низко, чтобы тот убивал женщин и детей, поэтому он явился сюда.

Протянув ладонь, он положил её на плечо Виктора, после чего всё плато изменилось на знакомую поляну, где вокруг него стояли тысячи молодых парней и девушек, одетых в белые льняные одежды.

Всех их лорд хорошо знал, ведь это были его погибшие солдаты и лица которых он никогда бы не забыл.

Глядя на них, он обратился к Миру.

— Хочешь меня разжалобить? Показать, как меня ценят мои погибшие товарищи?

Старик спокойно ответил.

— Зачем? Они сами тебе это скажут. Я лишь хотел показать, что погибшие не уходят в небытие, а пойдут дальше по пути реинкарнации и окажутся в другом мире, где им может повезти больше или меньше. Единственное, что важно, это какой урок они извлекут до перехода.

Люди, стоявшие на поляне, заметив своего господина, были счастливы, и по их лицам не было видно, что они сожалеют о смерти, которая настигла их из-за того, что последовали за ним.

Мир, оглядевшись по сторонам, добавил.

— Здесь только те, кто сам захотел остаться, чтобы поддержать тебя и не позволить твоей жажде крови сбить с пути. Когда они понадобятся, эти души готовы прийти на помощь. — сказав это, старик начал растворяться в воздухе, в конце добавив: — Ведь ты уже пользовался их помощью раньше!

Виктор вспомнил лица парней, которые ждали, когда он с их помощью активирует навык «Триумвират» и который он очень не хотел использовать больше.

Однако именно помочь своему господину было желанием людей, погибших и ждавших возможности сделать для него нечто большее.

Паладин взмахнул мечом и рассеял это пространство, вернувшись на плато, где время постепенно начинало свой ход, и вскоре ветер начал обдувать его, а перед ним продолжал висеть Лимарий.

Разглядывая его какое-то время, он отбросил герцога в сторону, а затем рассеял свою ауру, позволяя остальным подняться.

Пока все поднимались на ноги, лорд уже не так сурово, как раньше, но всё также серьёзно сообщил им о своих планах.

— Отныне семья Леомвиль должна быть защищена всеми вами. Ширано и империя предоставят легендарных рыцарей и верховных магов для защиты каждого члена моей семьи. — сказав это, Виктор шёл в сторону Клиоссы и Лионии, которые были, наверно, единственными, кто не боялся смотреть ему в глаза.