Дыхание звезд (СИ) - Блонд Любовь - Страница 5

Взгляд студентки из надменно тут же превратился в крайне недовольный. Казалось, если бы не толпа, она бы набросилась на Астру и выцарапала глаза.

— Зато это имя носили принцессы! А тебя, космическую уборщицу, назвали звездочкой.

— Астрой, — поправила девушка и задрала нос по примеру горделивых студенток. — Астрой Сеттан. И я не против, чтобы ко мне обращались на вы.

4 глава

Мерзкие, злые, высокомерные студенты! Казалось, с каждый годом презрительных негодяев становилось все больше. Что ж, не поспоришь — они смогли попасть в самую крутую Академию на орбите Луны, а не протирать штаны в каком-нибудь захолустном колледже на Земле. Им открыты самые передовые профессии, но это не означает, что теперь они короли мира и можно относиться к другим, как к мусору!

— Означает, — проворчала Астра под нос, пробираясь сквозь поток веселых первокурсников. — Еще как означает.

У девушки не было никакого желания второй раз за день унижаться перед ректором, но слова Розы и Марты выглядели так убедительно, что огонек надежды продолжал гореть в душе, хоть его и потрепало после встречи с Изрисом. Возможно, кухонные королевы правы: на Земле к ней будут относиться совсем иначе. Она станет пусть обычной, но студенткой, получит профессию, найдет работу и как-нибудь обустроит жизнь. Это лучше, чем до конца дней дружить со шваброй и тайком пробираться рано утром в бассейн, пока никто не видит.

— Ректор Сатфорд занят, — почти прорычала верная секретарша важного господина, изображая из себя неприступную стену между великим и ужасным ректором и какими-то там студентами.

Надин только с виду могла показаться милой старушкой со странным макияжем. Она умела меняться на глазах, как только прибывали новые студенты. Среди них часто попадались детишки высокопоставленных чиновников и просто богачей, которые смогли пропихнуть дитятку благодаря связям и деньгам. И конечно же, эти студенты требовали персонального отношения, личных комнат со всеми удобствами, а еще лучше целый блок на станции. Они привыкли к роскоши и потаканиям, но Академии было совершенно наплевать на статус и деньги. В ее стенах, по словам Сатфорда, все равны.

Вот и сейчас в приемной сидело трое напыщенных первокурсников: два парня с гордо задранными носами и милая девчушка с таким брезгливым выражением лица, словно попала не в лучшую Академию, а в мусорный бак.

— Я подожду, Надин, спасибо, — улыбнулась Астра и встала в сторонке, не решаясь сесть на свободное место рядом со студентами.

— Это надолго. — Женщина едва заметно кивнула в сторону ожидающих. — Но если не спешишь, то жди.

Из-за двери с золотой табличкой послышался приглушенный смех и довольный голос Сатфорда. Если Астра не сошла с ума и прямо сейчас у нее не галлюцинации, то, выходит, ректор умеет смеяться? Вот это чудеса!

Дверь кабинета распахнулась, и смех полился в приемную. Удивилась даже Надин, вздернув густо накрашенные брови.

На пороге стоял невероятно красивый мужчина: высокий, подтянутый, широкоплечий, русые волосы аккуратно уложены, взгляд изумрудных глаз из-под густых бровей мог легко довести до дрожи любую девушку. От его вида веяло невозмутимостью, силой и каким-то магическим притяжением.

У Астры сперло дыхание, едва она на него взглянула. На его фоне Сатфорд, что был тайной мечтой многих девчонок в Академии, походил на расфуфыренного школьника. Всего лишь нелепая тень прекрасного незнакомца.

— Что ж, надеюсь, студенты тебя не сожрут, — произнес довольный ректор и похлопал мужчину по плечу. — Они у нас с зубками. Но, уверен, и ты не промах. — Его взгляд скользнул по приемной и остановился на Астре. — Сеттан, опять ты тут?

— Сеттан?

Невероятно мягкий и глубокий голос незнакомца эхом пронесся по приемной. Его внимательный взгляд остановился на ней, изучая, словно невиданную зверушку. Из-под ног начал исчезать пол, ладони вспотели, а голова закружилась, будто станция делала резкие маневры на орбите. Казалось, что мозг и тело больше не дружат друг с другом и теперь каждый живет своей жизнью.

Она хотела было сказать: «Привет» красавцу, но язык забыл, как надо шевелиться. Пришлось скривить дурацкую ухмылку, хотя она определенно не планировала кривляться в присутствии строгого ректора.

— Ты — Астра Сеттан? — Мужчина растянул лучшую из всех улыбок, что ей доводилось видеть за всю жизнь. — Малявка Астра, это ты?

— Мы знакомы?

Она не узнала свой голос. Какое-то дрожащее блеяние вместо нормальной речи.

— Конечно, знакомы! Я Эдлер Блейкхом, был учеником твоей матери. Мы с тобой бегали по коридорам Академии, когда тебе было лет восемь. Что, совсем не помнишь?

Астра хаотично вспоминала всех, с кем дружила в детстве, но людей было так много, что именно этот Эдлер никак не отпечатался в памяти. Зато все присутствующие в приемной, в том числе и сам Сатфорд, с любопытством наблюдали за ней, ожидая историю из времен до первой волны.

— Простите, я вас не помню.

— И не помнишь, как чуть в бассейне не утопила? — рассмеялся Эдлер в напряженное от воспоминаний лицо. — А я помню твою привычку разбрасывать по комнате острые фигурки челноков, о которые я дважды пропарывал ногу. Между прочим, шрам до сих пор остался.

Кого Астра пыталась утопить в детстве? За ней столько студентов приглядывало, пока родители были заняты, что всех и не упомнишь. Хотя один парень вроде подходил под описание. И что-то про вопли о проколотой ноге она припоминала.

— Но разве вы тогда не были…

Она не решилась произнести вслух слово «худой», поэтому запнулась на полуслове.

— Тощий и вечно голодный? Ну да, такова участь студента. Но с тех пор прошло столько лет.

Эдлер подошел, бесцеремонно положил тяжелую руку на плечи и потащил в сторону выхода:

— Пошли, малявка Астра, покажешь, что и как тут у вас. Кто еще, как не лунная девочка, которая тут родилась и выросла, знает все о первой Академии?

— Но, я…

Астра испуганно обернулась в сторону Сатфорда, но заметила лишь его облегченный вздох.

— Успеешь еще, малявка, занятия начнутся только завтра.

— Но, я не…

— И покажи блок с комнатами преподавателей, — перебил мужчина. — Я так и не нашел, куда его перенесли. — Он еще крепче прижал ее к себе, отчего Астра покрылась густым румянцем до боли в лице. — Как же я рад тебя встретить, малявка!

В его дружеских объятиях она и в самом деле чувствовала себя малявкой: ни ростом не вышла, ни формами, как некоторые студентки. Даже волосы унаследовала от матери — непослушные и похожие на пакли. Они красиво выглядели только после душа, когда были мокрыми, а в повседневности и не поймешь, то ли локоны пытались завиваться, то ли давно не видели расчески.

Эдлера не смущал ни рост, ни волосы. Он тащил ее по коридорам, попутно вспоминая забавные эпизоды, связанные со студенческими годами. О том, как его просили присматривать за малявкой, а он понятия не имел, что делать с ребенком. Еще раз вспомнил, как наступил на чертову игрушку и о том, что родители Астры были самыми крутыми ребятами в Академии. Как раз на этом месте они вошли в оранжерею, и он остановился у памятника. Наконец он выпустил девушку из объятий и дотронулся до блестящей таблички.

— Самые крутые ребята, — повторил он. — Столько жизней спасли.

— Да уж, — вздохнула Астра в ответ. — Но хотелось бы, чтобы восхищались живыми, а не приходили к памятнику.

— Я соболезную. Хотя, уверен, что ты это слышала тысячу раз.

— Больше тысячи, — кинула она и поспешила перевести тему: — Так, а вы что тут делаете? Не учиться же прилетели?

Эдлер снова растянул обворожительную улыбку:

— Нет, что ты! Я буду вторым помощником третьей пятки декана Соугмана.

— Соугман? Летный факультет?

— Ну да. Я, на минуточку, пилот. Буду курировать молодых студентов и учить азам полетов.

— Вы? Не рановато ли?

— Молодежь — будущее Земли, — усмехнулся мужчина. — И не называй меня на вы, чувствую себя стариком.