Рыцарь Резервации. Том III (СИ) - Артемов Александр Александрович - Страница 45

Сверкнула вспышка и поляну заполнил огонь. Через несколько секунд осталось всего трое. Вырвавшись из плена они прыгнули, но двух располовинило прямо в полете. На секунду мелькнул золотой клинок, и вот Аки снова ушла в невидимость. Последнего добил уже я — пара взмахов и последняя тварь свернулась клубком.

— Не расслабляемся! — крикнул я, оглядываясь.

В прошлый раз лишняя секунда передышки стоила нам жизни. Только мы начали выдохнули, как буквально с неба на нас рухнул рой чудо-ос. Раскрутившись, они посыпались на нас со скоростью пуль.

Тогда выжила одна Аки, и только благодаря невидимости. Впрочем, и ее вскоре затянуло в зыбучие пески, где ее ждали жвала еще одной прожорливой твари.

Сойдясь спина к спине, мы вскинули оружие и стали ждать новой атаки. Но, кажется, все тихо.

— Тихо как в склепе, — проговорила Метта, прижавшись в дереву. Боевой раскрас, бронежилет и штурмовая винтовка — а она разоделась на все деньги.

Мы тоже постарались: на всех доспехи по высшему классу. Даже жалко пачкать такие кровью.

— Главное, чтобы не своей, — хихикнула Метта, нахлобучив разноцветный шутовской колпак с колокольчиками. — А то вы тут заигрались, я гляжу. Детишки…

Хмуро смерив ее взглядом, я вытащил карту.

— Двигаемся на север, там нас ждет транспорт, а там уже проедемся с ветерком. Погнали! — распорядился я, и мы, сохраняя боевой порядок, двинулись.

Джунгли сошлись над нашими головами. Заголосили птицы.

Первым шагал я и, прислушиваясь к каждому шороху, прокладывал путь. Затем двигался Женя с Милой на спине — огненный шторм дался ей тяжело. Саша с Шахом прикрывали тылы.

По пятам у нас шагала Метта и напевала:

— Дорогие дети! Ни за что на свете не ходите в Амрезонию гулять!

Еще пара схваток с чудами, и из-за зарослей показался транспорт — броневик, на крыше которого сидел юдо-ящер. Один-единственный.

— Как-то слишком просто… — пробормотала Саша. — Наверное, ловушка.

Я потер нос:

— Угу. Саша, приготовься…

И она наложила на лук сразу две магические стрелы.

— Шах, ну-ка швырни в ящерицу чего-нибудь потяжелее.

Тот не заставил просить себя дважды. Долбанул по земле, и в воздух подлетел здоровенный кусок почвы. Еще удар, и снаряд полетел прямехонько в юдо-ящера.

— Тебе бы в лапту играть, — хихикнула Саша. — Сразу бы стал чемпионом двора.

Бах! — и его разнесло еще на подлете. На землю рухнул гигантский хвост, а затем к нам повернулася и сам броневик. Глаза на кузове зажглись зелеными огнями. Ящер на кузове рыкнул.

— Это не броневик, Илья, — вздохнула Метта. — Юд, мать его!

В следующую секунду, выставив вперед огромный рог-ствол, тварь понеслась на нас во весь опор. Грохнул выстрел, и ствол сбоку от Аки разнесло в щепки. На конце хвоста заработала циркулярка.

— И такие бывают⁈ — выпучила глаза Мила.

И вдруг нас накрыло тенью. Размахивая крыльями, тот самый ящер рванул на нас сверху. У него из пасти застрекотал пулемет.

— Врассыпную! — крикнул я, и мы бросились в разные стороны.

Ящер влетел в дерево с магической стрелой в брюхе. Его дружок, получив от Саши снаряд в глаз, вспахал землю в метре от ног Жени. Перекувыркнувшись, я бросил под ноги монстру заклинание.

Сверкнуло, и землю сковало льдом. Взвывший юд плюхнулся на живот, а в следующую секунду у него из боков торчало три светящиеся стрелы. Засверкав, они сдетонировали, и брюхо юдо-завра разорвало.

Шах поднял молот, но пило-хвост монстра взметнулся как плеть. Женя с Милой и Сашей полетели на землю, но тут сверкнул золотой меч. Еще раз дернувшись, носорог упал обратно.

Добил его уже я — заледенев, тварь треснула. Нос-ствол безвольно повис.

Мы же снова сошлись спина к спине. Торопливое дыхание вырывалось изо рта облачком — похолодало, но вроде вокруг тихо, и только Метта напевала какую-то чушь:

— Напали на рыцарей чуды да юды! И остались от них только рожки да ножки!

— Метта, если я приказал тебе не вмешиваться, это не значит, что нужно сходить с ума… — покачал я головой.

— Так, и что теперь с транспортом? — огляделась Мила. — Не хочешь же ты сказать, что…

— Походу. Топаем на своих двоих.

Судя по карте, идти еще километра три. Если бы дело касалось обычного леса, то ничего сложного. Но тут эти три километра под завязку набиты всякой чудо-юдской гадостью.

— Не отстаем, — скомандовал я. — Держимся на виду друг у друга.

Пустившись в путь, нам пришлось завалить еще десятка два самой разномастной живности — и самой гадкой среди них была троица огромных чудо-улитки, которые катались по джунглям словно огромные колеса.

А между деревьев бегала Метта и, позванивая колокольчиками, кричала:

— Ни за что на свете! Не ходите, дети, в Амерзонию гулять! Здесь злые чудо-завры, злые юдо-волки будут вас кусать, бить и обижать!

— Метта, да помолчи ты!

Завидев нас, твари рванули нам наперерез. Тут-то нам пришлось попотеть. Саша пускала стрелы как заведенная, а Мила подрывала монстров снизу. Еще немного льда и хороший удар молотом закончили дело. Скорлупа лопнула, а затем наши мечи порубили тварей как капусту.

Завыли рога, и вдруг из зарослей показались кентавры.

— Старые знакомые, — прошипела Саша и залепила первой твари стрелу прямо между глаз.

И так схватка кипела за схваткой, по нам стреляли из пулеметов, щелкали клыками и пытались дотянуться когтями, но мы наша группа продвигалась все ближе к цели, пока…

Стоять! — поднял я кулак, и группа встала. Впереди ворота. Вокруг никого.

— Как-то совсем тут все озверели, — пробурчала Мила. — То транспорт-юд, то черво-чуды лезут, то улитки. А ну-ка Шах… Шах⁈

Мы оглянулись. Шаха не было.

Сверкнула молния, джунгли потемнели. Вот-вот готовился разразиться ливень.

На ветке сидела Метта и, напевая себе под нос, бурчала:

— Шестеро их было, группа смельчаков. Одного забыли, и осталось пять.

— Где Шах⁈ — задрожала Мила, сделав шаг назад. — Он же замы…

И тут кусты разошлись. Мы тут же построились — мой меч вспыхнул, Женя отошел в тыл, Аки ушла в невидимость, лук Саши натянулся. Пламя загорелось на кончиках пальцев Милы и она зарычала.

Но — топ-топ, — и нам вышел юноша с белыми волосами и с мечом. На плечах доспехи, на лице улыбка до ушей. Когда он убрал волосы с глаз, на секунду мне показалось, что…

Эээ, как так⁈ А на мече родовой герб Марлинских!

Метта же завертелась колесом и пропела:

— Пятеро героев крутили топором. Вот беда, подруга — голову ей срубило и остались те дурни вчетвером!

— Илья? А… — открыла рот Мила при виде того, что Илья Марлинский держал за волосы.

Этого мига ему хватило — бросив отрубленную голову Шаха ей в руки, этот мерзавец полоснул девушку по горлу. Кровь брызнула фонтаном.

Бум! — и отскочив от моего сапога, ее голова остановилась. Остекленевшие глаза уперлись в меня, а затем посмотрели на Сашу.

Опять!

Саша отчаянно завизжала, а мудак рванул на нее. Оттолкнув девушку, я взмахнул мечом. В ответ вспыхнул ослепительный свет и опустилась тьма.

Очнулся я уже на земле. Проморгался и увидел, как Саша, что-то бормоча, пыталась подняться и нащупать голову подруги. На ней горели доспехи, но она ничего не замечала.

А вокруг никого — ни Аки, ни Жени, ни…

Ни этого злобного Марлинского, мать его! Зато был огонь, и он был везде. Здесь становилось жарко. Подняв глаза, сквозь поволоку я разглядел Устинова — он болтался у меня над головой как куль с мясом.

— Да блин… — простонал он. — Илюха, прости!

Через секунду парня с рыком утащили куда-то вверх, а ветви, охваченные дымом, сошлись.

— Четверо глупышек разозлили лесную тварь, — напевала Метта. — Она щелкнула пастью и их осталось три.

Мерзкий хлопок, и нас окропило кровавым дождем. А затем истрепанная туша Устинова грохнулась наземь.

Вдруг воздух пронзила светящаяся стрела. Я рванул вбок, а Саша снова натянула магический лук. Заревев она пускала стрелы, то вправо, то вправо и шаг за шагом пятилась все дальше.