Рыцарь Резервации. Том III (СИ) - Артемов Александр Александрович - Страница 31

Подумаешь тоже, училка! И надо ей особо учиться стрелять у этого обнаглевшего тостера на ногах! Она поди их только напоказ носит.

— Ну хорошо! — зазвучал довольный голосок Сен у Томы за спиной. — Значит, скажу Илье Тимофеевичу, что ты отказалась помогать нам оборонять дом. Иди тогда кашеварь, на кухне такой как ты….

— Дай сюда пушку! — зарычала Тома и бросилась на автомат-бабищу с кулаками.

Хвать! Хвать! Хвать! — и всякий раз рука Томы хватала лишь воздух. Сен вертелась как юла и со скоростью молнии избегала любого касания.

— Эй, только без рук! — вскрикнула она, когда фокс попыталась схватить ее за ноги. — Хватай не меня, а пушку, бестолочь!

— Ну ты! Так не честно!

— Хорошо! Хорошо! Давай булочка, я же не буду тут весь день тебя ждать!

Скрипнув зубами, Тома скакнула на Сен как озверевшая волчица. Прыг в сторону! — и, оступившись, Тома покатилась по траве. Небо и земля перепутались, трава-солнце-дом-трава-солнце-дом… Фух! Хоровод замер, а Тома все пялилась в небо. И как так получилось?

— Ох-ах! — нависло над ней пустое личико с надписью «Прочь!». — А ведь пушка вот она…

Вжух! Вжух! — и револьвер на пальце слился в дрожащий диск.

— … крутится и ждет тебя. Вставай уж!

И она протянула ей руку. Выплюнув траву, Тома вскочила сама. Пушка снова покачивалась у бедра Сен.

— Чую, мы так долго будем телиться, — дернула головой автомат-бабища. — Давай я упрощу тебе задачу…

И она завела руки за голову.

— Хватай уже! Я и пальцем их не трону. Ну! — и вильнула бедрами. — Чего ждешь, рыжая булочка⁈ Пока я сама не выхватила их не понаделала в тебе дырок?

— Я тебе не булочка! — прошипела Тома. На этот раз она успеет!

Хвать воздух! — а бедро ушло вправо. Хвать снова! — бедро ушло влево.

Хвать! Хвать! Хвать! — все без толку. Завертевшись, автомат-бабища отпрыгнула. Револьверы, подскочив, вновь ударили ее по металлическим бедрам.

— Скукота… — похлопала Сен несуществующий рот. — Ладно, чтоб ты поняла, булочка. Стрелять мы не начнем до тех пор, пока ты не научишься выхватывать револьвер со скоростью пули, поняла? Еще раз! И вытри слезы!

К счастью, лестницу мы нашли довольно быстро, и вновь наш подъем продолжился. Однако по новым ступенькам мы смогли подняться уровней на десять, а затем снова окунулись в тихие и коридоры.

Пожалуй, даже слишком тихие. За окном уже совсем темнело, и плохо освещенных закоулков по углам было не счесть. А еще этот метроном…

Тук-тук… тук-тук… тук-тук… — скоро от него у меня уже голова пухла, а он знай себе — тук-тук… тук-тук… тук-тук…

— Илья, мне кажется, мы заблудились, — сказала Аки спустя еще минут десять ходьбы по коридорам. Ее глаза бегали как заведенные.

— Не глупи, — хмыкнул я. — Как можно заблудиться, если мы идем снизу-вверх?

Об этих словах я пожалел спустя еще какое-то время. Новой лестничной клетки мы не нашли и вынуждены были следовать на наш единственный ориентир — на стук метронома.

Тук-тук… тук-тук… тук-тук…

Еще чуть погодя он защелкал так сильно, что казалось вот-вот, и эта неутомимая машина покажется за поворотом. Но нет — вновь перед нами тянулся очередной коридор с набором пустых комнат, а над головой тянулись какие-то трубы, в нишах чернели узкие шахты, под сетчатым полом проходила еще куча коммуникаций и еще черт пойми что…

Тук-тук… тук-тук… тук-тук… стучал метроном, и больше ничего.

Мне показалось, что это стучат наши шаги, но они отчего-то стали совсем тихими. Как и дыхание, как и вообще все звуки. Я слышал один бесконечный тук-тук на все лады.

И как Вернер тут до сих пор не сошел с ума, слушая этот постоянный стук? Голос у него вроде бы нормальный, однако это ни о чем не говорит. Поди давно скурвился наш директор, вот и не показывается никому на глаза…

А может, ну его к черту? И на кой черт мне искать Вернера в этих пустых коридорах на ночь глядя⁈ Если он так хочет поболтать с глазу на глаз, то пусть звонит мне в усадьбу, а не водит меня по этим дурацким переходам.

Я оглянулся. А позади те же самые коридоры, наводящие тоску, и половина из них уже тонула во тьме. Зуб даю, назад придется плутать ничуть не меньше, а то и как бы не больше…

— Зараза.

— Нет, Илья, только вперед, — вздохнула Метта. — Как бы нам заночевать тут не пришлось…

— Ты не знаешь, где мы?

— Нет. Это и есть эта «темная» секция. Планов этих переходов нет.

Тук-тук… тук-тук… тук-тук… — нет спасибо. Слушать это всю ночь, и врагу не пожелаешь!

Когда впереди замаячила лестница, мы обрадовались, но через один единственный пролет ее сменил новый коридор. Затем мы застучали каблуками по ступенькам и снова окунулись в переплетении проходов.

А там — новая тьма помещений, тук-тук там, тук-тук здесь, а по бокам куча коридоров, где света нет и в помине.

Остановившись, я пригляделся… Нет, туда я не сунусь ни за какие коврижки. Даже смотреть туда жутковато.

— Мне начинает казаться, что это место — просто случайный набор комнат, — сказал я, заглядывая за угол.

И да, снова коридоры и лестницы… Тишина и тук-тук… тук-тук… тук-тук… Сука…

— И я об этом подумала, — сказала Метта. — Ты сочтешь меня сумасшедшей, но мне кажется, что… ШИИР растет.

— Чего⁈ — оглянулся я на Метту, совсем забыв про конспирацию. — Что значит, растет?

Она помялась.

— Метта!

— Это гипотеза…

— Так, что за гипотезы? Говори прямо! За это я тебя и ценю.

— Хорошо… Вот вся эта долбанутая нумерация. Все эти дроби, черточки и прочее.

— Да, и что? Мало ли, что взбредет в голову местным чудакам.

— Илья, подумай — когда нумерация, например, улиц усложняется? Только в одном случае — когда город реконструируется и постоянно достраивается. Появляются новые дома, переулки и т.д.

— Ну да, обычное дело. Но не хочешь же ты сказать, что?..

— Угу, Илья, именно это я и хочу сказать — ШИИР реконструируется и растет. И вширь, и вверх, и вниз.

Я завис. Как так? Метта пожала плечами.

Тук-тук… тук-тук… тук-тук… — отдавалось у меня в голове. Черт, а это уже начинает страшно бесить!

Аки к слову тоже. На каждый тук! она вздрагивала и все сильнее сжимала мое предплечье.

Я закрыл глаза. Звук никуда не делся — только усилился. И даже вроде похолодало.

— … Илья! Илья проснись!!!

Открыл. Передо мной стояла Аки и в панике трясла ладошкой у меня перед лицом. Все лицо в слезах.

У меня тоже… странно, но это не мои.

— Ты… — охнула Аки и, зарыдав, бросилась мне на шею. — Илья!

— Ты чего? Испугалась⁈ — тепло улыбнулся я и, сжав ее руку, повел в прежнем направлении. — Выберемся. Сейчас отыщем этот дурацкий кабинет, а потом…

— Илья, что с тобой было? — пискнула Аки.

Нет, с ней явно что-то не так — трясется словно в истерике. Ба! да это и есть истерика!

— Ты просто стоял и… стоял. Ты долго стоял, Илья! Я уже думала…

У меня по спине побежали мурашки. Сколько-сколько я стоял?

— Почти час, Илья, — раздался голос Метты. — Я как могла пыталась достучаться, но…

— Зараза! — зашипел я, вытер слезы Аки, а затем поцеловал в щеку. — Все нормально, это… Пошли.

Коридоры… тук-тук… коридоры… тук-тук… а я все пытался собрать мысли в кучку, которые были сплошной тук-тук!

Я молчал, как и Аки. И что самое пугающее — Мета тоже молчала.

— Метта, так что ты говорила про рост ШИИРа? — попытался я отвлечь ее от тревожных мыслей. — Как ему это удается? Метта?

На секунду мне показалось, что она не откликнется, но наконец она вздохнула:

— … н-не спрашивай, я сама не знаю, каким образом этот объект постоянно меняется, а то и увеличивается в размерах. Но… черт! Даже яма, которую они, походу, постоянно раскапывают, говорит о том, что корабль разрастается. И вверх он растет быстрее, чем…

— Я понял. Ладно. Примем к сведению. По крайней мере это объясняет фразу Вернера «я подожду, но ШИИР ждать не любит».

— Повторяю, что это только гипотеза! И то, у меня столько вопросов!