"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 (СИ) - Вальтер Макс - Страница 93

— Фанеркой заколотим, — отмахнулся Толя. — Это всё мелочи. Ох, едрит твою налево!

— Что⁈ — мгновенно оживился я.

— Да там градины размером с хороший мяч уже полетели.

И в этот момент раздался жуткий грохот сверху. Удары ледяных глыб, похоже, пытались пробить крышу, и очень даже хорошо, что она имела бетонное основание. Но обычным, на деревянном каркасе, покрытым металлом или тем же шифером сегодня точно хана.

— Ну просто замечательно, — вздохнул я. — Теперь ещё и кровлей заниматься придётся.

Природа бушевала всю ночь, а ближе к утру наступил такой холод, что вода на лестничных площадках подёрнулась льдом. Про улицу и говорить нечего.

Все эти глыбы, сковало в единую бугристую массу и пройти по ней даже пару метров, будет тем ещё испытанием. Но никто даже и не пробовал выбраться наружу, потому как ветер продолжал выть, совершенно не сбавляя оборотов. Да, он немного ослабил натиск, но всё ещё оставался достаточно сильным, чтобы сбить с ног человека. Поэтому лучше не рисковать понапрасну.

Лютый холод пронизывал всё тело до самых костей. Стены укрывали от ветра лишь частично, скорее, просто не давали сбить с ног, но на этом всё. Воздушные потоки без проблем проникали сквозь разбитые окна и казалось, что дует сразу отовсюду: снизу, сверху, сбоку. Одеяла напитались влагой и уже не помогали сохранять тепло, скорее, наоборот. Хотя без них становилось вообще невыносимо.

— Как так получилось, что мы с тобой остались одни во всём доме? — снова заговорил Толян. — Я бы сейчас не отказался от грелки во весь рост.

— На меня даже не смотри, я не стану к тебе прижиматься, — усмехнулся я в ответ. — А люди ещё утром все съехали и обозвали дом администрацией.

— Хоть бы секретаршу какую завёл, — буркнул в ответ он.

— Ага, это ты Вике сам тогда объяснять будешь.

— Я что, по-твоему, совсем на жизнь насрал?

Мы так и проговорили всю ночь ни о чём. Просто рассказывали истории из прошлого, потому как главное на таком холоде — не дать себе уснуть. Да и честно говоря, желания особого не возникало. Мебель имелась только в моём кабинете, но она сейчас не сильно отличалась сухостью, от пола.

Несколько раз, нашим положением интересовался Митяй — по рации, естественно. Связь, кстати, заработала совсем недавно, во время грозы не получалось услышать ничего, кроме треска в эфире.

Очень хотелось знать, как пережили стихию наши в Челябинске, но об этом, пока можно забыть. Из динамиков доносился лишь белый шум, тем не менее наши пытаются пробиться через помехи с периодичностью примерно раз в час. Экономят топливо в генераторах.

Ветер утих ближе к вечеру и нам наконец смогли передать сухие одеяла и еду. Для этих целей соорудили рогатку, при помощи которой к нам, из соседнего дома, через улицу, перекинули верёвку. Ну а дальше дело техники, только руками работать успевай. Данную систему сообщений постепенно наладили по всему району, хотя первооткрывателями оказались именно мы.

Несмотря на то, что ветер утих, странным образом холод усилился, и температура уже явно опустилась ниже нуля. Как только скрылось солнце, даже кожу на лице пощипывать начало, а ноги окончательно утратили чувствительность.

Чтобы не отморозить конечности, мы с Толей принялись гулять по ступеням. Вначале это казалось глупой затеей, но уже к третьему подъёму возникло огромное желание скинуть одеяло. Помогло, в общем, даже жарко стало.

— Что-то мне думается, это от града такой холод, — не совсем понятно выразился Толя. — Чувствуешь, на первом этаже гораздо холоднее?

— Так это физика — тёплый воздух всегда поднимается вверх.

— Ну, в масштабах природы, разница не должна быть настолько очевидной, а она градусов десять, точно тебе говорю.

— У тебя что, термометр в голове прошит?

— Спорим, на нижней площадке вино замёрзнет, а на девятом нет? — остановился тот и протянул мне руку, чтобы заключить пари.

— Тебе что, десять лет? — усмехнулся я, а затем кивнул и пожал ладонь. — Пары часов, думаю, хватит.

— Пха-х, сорок минут, — ухмыльнулся головой тот.

Мы спустились на третий, где расположился мой кабинет. Здесь, в кладовке находился стратегический запас элитных напитков. Толя, не глядя, выудил две бутылки, и мы отправились проводить эксперимент.

Подъездную дверь, давно уже переделали, сейчас она находилась на месте окна на втором этаже, первый всё так же оставался закопанным. Сейчас его неслабо затопило. Вода стояла почти на промежуточной площадке, мы это сразу проверили — всё равно больше заняться нечем.

Но в качестве эксперимента я спустился ниже выхода на половину пролёта, где как раз начинался уровень воды. И ведь действительно, здесь было гораздо теплее, температура точно плюсовая, несмотря на более низкое расположение. По крайней мере, вода всё ещё оставалась в жидком состоянии. Стоило подняться на уровень грунта, как сразу же чувствовалось характерное для мороза пощипывание кожи.

Впрочем, это неудивительно, ведь зимой в подвалах тоже редко бывает минус. Однако ощущения и вправду странные.

Мы оставили бутылку на площадке перед дверью, а сами поднялись на верхний этаж и водрузили в угол вторую. Толя оказался прав, поднявшись даже на уровень шестого этажа, мороз ощущался гораздо мягче.

— Давай на чердак поднимемся? — предложил я.

— Зачем? — не сразу сообразил Толя.

— Посмотрим, крыша промёрзла или нет? — ответил я. — Там небольшая техническая прослойка, между основной кровлей и жилым этажом, она как раз отсекает холод. Но если ты прав, то самое верхнее перекрытие всё покажет. Его же теперь как следует льдом присыпало.

Толя молча кивнул и первым поднялся по вертикальной металлической лесенке, что вела на чердак. Затем откинул люк и исчез в лазе, откуда вскоре донёсся его приглушённый голос.

— Ты прав, здесь всё инеем покрылось. Поднимайся, это довольно красиво смотрится.

Я вскарабкался на чердак и действительно засмотрелся. Весь потолок искрился под лучом от небольшого карманного фонарика. А это значит, что именно градины виноваты в понижении температуры. Видимо, они очень холодные, раз производят такой эффект, да ещё при подобных масштабах. Но теперь хотя бы понятно, что оно ненадолго; вскоре солнце растопит лёд и, возможно, через пару дней всё снова вернётся в нормальное состояние.

— Эт самое, Глеб Николаевич, — шикнула рация, заставив нас с Толей улыбнуться, — с Челябинском связались.

— Что у них? — спросил я.

— Нормально, тоже по домам сидят и от холода трясутся, но все живы.

— Принял, конец связи, — вернул я и сунул рацию в нагрудный карман.

— Надеюсь, к завтрашнему дню станет гораздо теплее, — высказал мои мысли Толя. — Ладно, предлагаю выбрать место посуше и всё-таки попытаться поспать. Завтра со всем этим дерьмом разбираться будем.

— Да, пожалуй, соглашусь, — кивнул я. — Вроде ничего не делали, а устал как собака.

Интерлюдия. Не главный, но тоже значимый герой

— Нам сказали, что ты профессионал! — Андрей всячески пытался строить из себя «крёстного отца», вот только выглядело это немного комично.

Иногда он поднимал руку, чтобы остановить собеседника и часто поджимал губы, видимо, полагая, что таким образом смотрится более значимо. На самом деле это странно и даже нелепо наблюдать за подростком, который всячески изображает уставшего старика.

Чуть поодаль, на резной, позолоченной тахте во всю мощь храпела женщина, испуская отвратительный запах перегара. Её некогда красивое лицо раздулось, принимая стандартную, отёкшую форму, свойственную всем, кто злоупотребляет алкоголем. Изо рта тянулась вязкая слюна, халат распахнулся из-за нелепой позы и практически оголил грудь. Кстати, ещё вполне упругую, хотя, возможно, это коррекция силиконом позволяет ей сохранить былую форму.

Слева от «босса» находился ещё один пацан, на вид лет пятнадцати, может, чуть больше. Этот тоже вторил брату, строя из себя преступного авторитета, а заодно, похоже, и матери, потому как оттопырив мизинец, периодически прихлёбывал виски из толстого стакана.