"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 (СИ) - Вальтер Макс - Страница 1733

* * *

Дни тянутся один за другим. Весна уступает место летней жаре, раскаляя улицы и здания города. Это вызывает у меня чувство дежавю, ведь именно в такую жару, на исходе знойного лета, я покинула город, выстрелив в хозяина Рэка. Стараюсь гнать от себя такие мысли: сейчас все по-другому, все иначе.

В бесконечно тянущейся обыденности прощупываю возможность найти Андрея. Хитростью и послушанием уже добилась того, чтобы меня одну отпускали по разным поручениям, без сопровождения Грига. Завожу знакомых среди работяг, которые стали относиться к девчонке с большим уважением. Среди них словно запах тлеющего запала ощущается неумолимая жажда перемен. Кажется, многие готовы рискнуть, разом навалиться на маховик истории, толкнуть его, привести в движение, пусть даже ценой своей жизни. Им надо лишь указать цель, дать надежду.

Глот тоже часто попадается мне на глаза. Ни разу после того, как он получил еще один шрам – совсем маленький, зато под самым сердцем – он не позволил себе усмешку или дурное высказывание в мой адрес. Всегда лишь сдержанный, едва заметный кивок вместо приветствия.

Несколько раз с наступлением темноты я пытаюсь заглянуть в каминный зал, но каждый раз мне что-то мешает. И вот сегодня снова – ночь опускается на оккупированную территорию, зной сменяется прохладой, в безмолвии, воцарившемся в большом доме, чудится безопасность. Иллюзия безопасности.

Как и в прошлый раз, я возвращаюсь через двор, со стороны уличных удобств. Над головой белесая дымка – следствие столкновения теплого и холодного воздуха. Сквозь туманную взвесь не видно звезд. Да и зачем мне на них смотреть? На одинокий, мерцающий огонек, пересекающий небосклон? Колонизированные миры, столкновения боевых эскадр, глобальная трансгалактическая сеть – все это в другом, не нашем мире. Мы живем в пыльном, пропахшем помоями городе.

Поворот направо, десять шагов по коридору. Мне никто не мешает, ни единого звука во всем доме. Арка, вход в зал. В центре бледный, желтый огонек. Я иду к нему медленно, но ни секунды не сомневаясь, что это правильный путь. Не удивляюсь, когда чувствую под ногами что-то мягкое, прохожу дальше. Оказавшись перед эйнером, будто запутавшемся в проводах, опускаюсь на колени.

Несколько минут я смотрю на него, потом протягиваю руку, осторожно касаюсь основного кабеля. Ощупываю его, потом остальные провода, будто это может как-то помочь мне, подсказать – что здесь сейчас происходит?

Поднимаюсь на ноги, обхожу пластиковые коробки, которые сама для себя называю системными блоками, так привычнее. Ни одного монитора, ни клавиатуры, ни какого-нибудь джойстика. Возвращаюсь к хозяину. Ощупываю его холодное, металлическое тело.

Почему он не боится? Ночует совсем рядом с людьми и не боится. Будто бессмертный. Сжимаю основание его корпуса, к которому крепится маленькая, уродливая голова. Потом отпускаю. “Я все равно разберусь с тобой, Зун. Разберусь со всеми вами”.

В мою ротовую полость имплантируют несколько рецепторов. Они маленькие, практически не ощущаются. Зато теперь хозяин, подключившись к интерфейсу энергоблока, может чувствовать вкус еды, которую я ем. По крайней мере он так думает.

Почему бы им не вывести эти рецепторы на иголки, которые можно тыкать в любую человеческую жратву, если так интересно! Но нет, эйнеры любят пробовать все через людей. Твари… Зун обещает проверить вечером работоспособность новой системы, а пока отправляет меня на склады.

Это хорошо. Я знаю, что сегодня в ангаре должно быть пусто, готовятся к приемке большой партии грузов. На площадке перед сооружением из рифленого металла еще кружится стайка рабочих, но внутри тишина. Прохожу чрево пустого склада насквозь, догоняя гулкое эхо собственных шагов. В павильоне-конторе один лишь пожилой мужчина, который отсюда, кажется, никогда и не выходит. Передаю ему то, что должна, но возвращаться домой не тороплюсь.

– Что-то еще? – он смотрит на меня с удивлением.

Я присаживаюсь рядом, на соседний стул. С опаской оглядываюсь на дверь.

– Вы ведь знакомы с тем человеком, который вживляет энергоблоки?

Пожилой догадывается о том, что мне нужно, еще до того, как я заканчиваю фразу. Он встает, приоткрывает дверь, проверяя – нет ли кого снаружи. Закрывает и снова садится рядом со мной.

– И думать забудь. Живешь хорошо, хозяин не обижает. Чего еще надо?

– Можете договориться с ним, чтобы… – упрямо продолжаю я, сжимая и разжимая кулак левой руки, – Это не глупость. Мне для дела нужно.

– Для дела… – вздыхает дядька, – С чего ты вообще взяла, что он не только вживляет, но и наоборот?

– Подсказали.

Старик раздраженно трясет головой, закрывает оба ноутбука, отключает эйнерский сервер.

– С кем попало, – он переходит на шепот, – этот человек связываться не будет. Операции делает только проверенным людям. Но раз тебе подсказали, значит знаешь таких людей.

Смотрит на меня выжидающе, и я, поразмыслив, решаюсь – все равно кроме имени выдать ничего не смогу.

– Андрей. Его зовут Андрей.

Мужчина кивает – “запомню, передам”.

– Обещать ничего не буду. Если что узнаю, при встрече скажу. А сейчас уматывай отсюда! Живо!

Пулей выскакиваю из ангара. Я даже не рассчитывала чего-то добиться, но видимо, чем-то расположила его к себе. Может наглостью, а может… Все равно мужику терять нечего. Удовлетворение приятно щекочет в груди, добавляет адреналина в кровь. Дело сдвинулось!

Я сразу замечаю – в доме что-то не так. Таня и Авер оделись во все чистое. Грига нет в комнате, зато по коридору снуют лакеи и охранники.

– Что за суета?

– Вечеринка у них, – отвечает аристократка, – Такое редко, но случается.

Хорошее настроение моментально улетучивается, хочется забиться в угол и сделать вид, будто меня не существует вовсе. Но я понимаю – вечеринка не обойдет меня стороной. Через полчаса, после того, как уходят Таня и Авер, присылают и за мной.

В камине горит огонь, на диванах несколько эйнеров в игрушечных шкурах. Вдоль стен стоят их носители. Меня сначала не замечают, потом “Франкенштейн” оборачивается, одаривая взглядом красных глаз.

– Иди сюда, Ника.

Даже окажись я полностью раздетой в толпе работяг, все равно чувствовала бы себя более уютно, чем под взглядами чужих, устремленных с разных сторон. Меня заставляют сесть между гостями, Зун забирается на спину.

– Угощайся, – передо мной выставлен столик, заставленный фруктами, ягодами, какими-то мясными и сырными деликатесами, отдельно стоят бокалы и несколько бутылок, – Ты должна будешь попробовать как можно больше.

Обедала я давно, но от одной только мысли об этом гастрономическом эксперименте к горлу подступает тошнота. И все же я беру что-то, не глядя, наугад, отправляю в рот. Потом еще. И еще… Нужно перетерпеть. Совладать с эмоциями, отвращением. Место Зуна на моем горбу занимает кто-то другой, его сменяет третий… И я уже равнодушно замечаю, как в дальнем конце зала раздетые Авер и Таня вытворяют то, что им приказывают сидящие на плечах эйнеры.

Когда меня отпускают, я выхожу на улицу. Шатаясь иду через двор, но до туалета дойти не успеваю – падаю на четвереньки. Меня выворачивает. Спазмы долгие, мучительные, тело будто хочет исторгнуть всю прошлую жизнь, все воспоминания. Что ж, значит, так тому и быть. Предать забвению все, оставив лишь сегодняшний день и одну единственную цель – подобрать ниточку у таких, как Рэк и Зун, чтобы пройти по ней до конца, до самого сердца их цивилизации. И когда я закончу этот путь, моя рука не дрогнет.

* * *

– Адрес запомнишь? – старик в конторе показывает мне обрывок бумаги, тут же его сминает, поджигает, бросив себе под ноги, – Если надумаешь, предупреди через меня за несколько дней. Операция займет минут сорок, так что сама рассчитывай. А это… На, держи. Весточка тебе от Андрея, через знакомых передали. Как прочтешь – тоже сожги. Сразу же! Поняла?