"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 (СИ) - Вальтер Макс - Страница 1157

— Приду? — удивился я. — Вы так говорите, будто я смогу вернуться домой живым и с нетронутым разумом.

Эгор скривился, словно я сказал что-то глупое.

— Ульрих, ну не надо этой драмы. Как думаешь, стал бы я тратить столько усилий на лечение твоих спутников, если бы просто решил вас убить? Мне, конечно, хотелось с тобой поболтать, но не до такой же степени! Будь я злодеем одной из глупых иллюзий про Броттора, или же антагонистом ваших земных фильмов, у меня не осталось бы выбора просто по законам жанра. Я бы вывалил детали своего зловещего плана перед поверженным героем, давая ему время и возможность собраться с силами и одним последним ударом превратить победу в поражение.

— По-моему, вы именно так и делаете! — пискнул Хартан, на всякий случай втянув голову в плечи.

Эгор не разозлился, а, наоборот, рассмеялся.

— Действительно, внешне очень похоже. Но, во-первых, я не собираюсь выбалтывать вам какие-то секреты, да и скидывать вас в Бездну Зазубренных Клыков, оставив выполнение приказа на верного приспешника, тоже не намерен.

— А какую именно судьбу вы нам всё-таки приготовили? — поинтересовался я.

Сейчас, когда непосредственная опасность отступила, в моей голове метались мысли о богине. Я пытался придумать хоть один-единственный вариант, как я смогу её освободить, но в голову ничего не приходило.

— Отпустить, — ответил Эгор. — Да, не удивляйся, просто отпустить. Отправить обратно домой в ваш замок, или же куда-то в глушь, чтобы развеять вашу скуку небольшой цепочкой приключений по дороге домой. В последнем нет смысла — ты сумеешь сориентироваться по известным маякам, а если и нет, то справишься с помощью доступной тебе пространственной магии.

— Но почему? — удивился я. — Не может же быть, что вы воспылали чувствами учителя по отношению к прилежному ученику и решили простить все прегрешения!

— А почему бы и нет? — усмехнулся маг. — Ты оказался одним из моих лучших студентов, дав мне немало поводов испытать гордость. Да и твои собственные ученики тоже очень неплохи, хотя, конечно, учёбой с некоторыми ученицами ты занимаешься слишком тесно. Но не буду отрицать, основная причина в другом. Ты — священник моей богини, а две твои женщины — её жрицы. С твоим блудливым нравом рано или поздно появятся новые жрицы, так что культ продолжит расширение. Убить вас всех стало бы большой глупостью. И даже не всех — смерь твоих пасынка и друга мне просто ничего не даст.

Меня неприятно царапнуло «моей богини», но я промолчал, лишь крепче сцепив зубы.

— Кончено, ты будешь одержим мыслью вернуться, — продолжил Эгор. — Продолжишь изучать науку и развивать собственную магию. Станешь по-настоящему могущественным, а рядом с тобой появится команда людей, каждый из которых сможет называться Повелителем Чар. Собственно, твоя жена могла бы носить это имя, если бы занялась исследованиями и научной работой, да и тёще… или кто она тебе теперь? Любовница? Вторая жена? Так вот, Мирене осталось идти не так уж далеко. Ты будешь жаждать реванша, предпримешь всё новые и новые попытки одолеть меня и освободить свою госпожу. И, конечно, тебе это не удастся, все необходимые меры я предприму. Ты попытаешься зайти с другой стороны — сделать культ Ирулин бесконечно могущественным, дать своей госпоже сил, подарить надежду вырваться из оков. Вот только то направление, в котором тебе придётся подталкивать мир — это именно то, что я хочу. И даже зная, что твои действия идут мне на пользу, ты не сможешь поступить как-то иначе. Другой, не обладающий твоей волей и упорством, мог бы сдаться, прекратить сопротивление, попытаться нанести мне ущерб хотя бы своим бездействием. Вот только кому, как не тебе, знать, что человек не всегда может выбирать свои поступки, если, конечно, он хочет остаться собой. Как считаешь, я прав?

Мне не хотелось доставлять ему удовольствия, так что я в который раз сцепил зубы. Эгора этот детский бунт заставил всего лишь засмеяться.

— Вы с самого начала контролировали ситуацию, — подала голос Кенира, — могли нас уничтожить в любой момент. Активировать триггер в разуме Ули, убить нас поодиночке. Я это прекрасно понимаю, но…

— Но? — заинтересованно спросил Эгор, взглянув на мою жену, словно увидел её впервые.

— Но мне показалось, что тогда, в конце… Что мы с Ули вас всё-таки достали. Пробили не только защиту, но и тело, уничтожили сердце и голову. То, что мы провалились — понятно, но именно тут я не могу понять где.

— Ты совершенно права, девочка, — польщённо улыбнулся Эгор. — Я действительно мог вас уничтожить в любой момент, просто-напросто застав врасплох и не дав развернуть защитные чары и артефакты. Но и насчёт последних атак твою правоту тоже признаю. Вы действительно меня достали, очень изобретательно использовав мои силы против меня самого. И если бы я сражался честно, то, конечно, погиб бы. Конечно, я принял меры, чтобы такая гибель не стала бы окончательной, но, сама понимаешь, это крайний случай и до подобного лучше не доводить.

— Сражался честно? — удивлённо воскликнул я. — А вы разве когда-то так делали?

Эгор у меня никогда не ассоциировался с человеком, придерживающимся правил, ну а в данном случае я просто не понимал о чём речь.

— Ты прав, очень редко, — кивнул Повелитель Чар. — Любое сражение — не турнир, а придерживаться каких-то правил следует лишь тогда, когда их нарушение приведёт к нежелательному результату. Моя цель заключалась в удовлетворении интереса, а не в предоставлении вам возможности меня убить. То есть жульничеством свои действия я бы не назвал, но и Керуват бы их точно не одобрила.

— Я всё равно не понимаю, почему последние атаки не удались, — сказал я. — У меня не получилось заметить никаких чар или мер противодействия, да и в этом случае ваша одежда не пострадала бы.

— Видимо, я недостаточно ясно выразился, — ответил Эгор. — Атаки удались. Они меня настигли и должны были бы убить. Именно в отсутствии результата заключается то, что я назвал «нечестностью». Не делайте такие лица, всё расскажу и покажу. Я всё ещё человек, так что испытываю порою низменные желания — в том числе и желание похвастаться. Вы, в конце концов, единственные мои гости за много лет, так что глупо упускать такую возможность.

Признаюсь, пусть мои мысли всё метались по кругу в попытках найти хоть какой-то способ помочь богине, но сейчас мне стало по-настоящему интересно. Настолько, что я даже задержал дыхание.

— Всё дело в том, что Цитадель Ашрад — место моей силы, — продолжал Эгор. — И с тех пор, как у меня появился стабильный источник фел, она стала неким подобием Царства.

При словах об «источнике фел», я до боли сжал кулаки, прекрасно понимая, кого он имеет в виду.

— В Царствах богов правят понятия и концепции — тебе, Ульрих, об этом рассказывать не надо. Но так как я не бог, то и не подчиняюсь божественным ограничениям, а значит, могу устанавливать концептуальные правила произвольно. Вернее, почти произвольно — кое-какие рамки всё-таки остаются. Не буду вываливать на вас все секреты, но в данном случае речь идёт об фундаментальном правиле — мне не может быть причинён никакой вред. То есть вы не могли навредить мне ни телесно, ни ментально, ни морально, какие бы методы воздействия ни использовали. Магия ли, физические ли воздействия, либо же божественные силы — против меня это бесполезно.

Я открыл рот, чтобы возразить — меня настолько охватило отчаяние от его слов, что захотелось вступить в бесполезный спор, подловив его на слове, словно это смогло бы что-то изменить.

— Ты, наверное, хочешь сказать, что вы нанесли мне вред, — угадал мои мысли Эгор. — Порвали одежду, разрушили одно из пространств Цитадели, превратили в металлический лом моих големов, верно?

Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

— Во время экспериментов я не считаю затраты на материалы и реактивы «вредом», наоборот, считаю, что так они исполняют своё предназначение. А сегодня происходил по сути эксперимент, проверка возможностей моего почти что ученика, и на такое не жалко никаких затрат. Но в данном случае дело не в этом. Вред не может быть нанесён мне, а не моему имуществу. Я не собирался очерчивать концепции слишком широкие рамки — это привело бы к каким-нибудь лазейкам. К примеру, тот факт, что ты, Ульрих, являешься моей собственностью, мог бы сделать тебя неуязвимым. К тому же, как такового ущерба моё имущество не получило. Големов Цитадель уже восстанавливает, а пространство… Смотри сам.