Звездные войны.Записки юного целителя (СИ) - Федина Юлия Александровна - Страница 44

– А как же воля императора?

– Она будет исполнена. «Железо» я передам моффу на верфях – честь по чести. Вот экипаж не отдам. Мое. Пусть Таркин себе новый формирует. За тот год, что потребуется для ремонта, должен управиться.

– Год? Все так серьезно?

– Серьезно, но не опасно. Не волнуйся. Лучше пойди поспи часик-другой.

– По-моему экипаж так не думает, - взгляд упал на истерично прыгающий комлинк главкома на столе.

Он не надрывается во весь голос только потому, что звук отключен. Я забыла упомянуть, что Вейдер сидит рядом со мной возле своего медитационного шара. Потому что двойняшки исхитрились-таки подхватить заразу и заболели. Некритично, но у меня намечается вторая кряду бессонная ночь. Сейчас дети спят, но стоит мне или отцу отойти от них более, чем на несколько шагов, как они просыпаются и начинают капризничать. Собственно, поэтому брата и сестру переместили в апартаменты лорда, а сам он здесь, а не на мостике.

Вейдер задумчиво посмотрел на комлинк, потом быстро распорядился, чтобы те, кому неймётся, явились к нему в покои. После чего задумчивый взгляд ситха вернулся ко мне. От чего-то сделалось не по себе.

– Что-то не так, милорд?

– Все так, не волнуйся. Просто сравнивал тебя с Падме.

– Меня? Но что сравнивать-то?

– Способность вторые сутки не отходить от постели заболевшего ребенка. Не думаю, что у сенатора было бы на это время. А тебе все же надо поспать. Сейчас найдем тебе замену.

Дарт Вейдер вышел в кабинет, но оставил дверь открытой. Чуть отодвигаю стул, чтобы можно видеть происходящее, не отвлекаясь от детей. Те вроде бы спали, но как сильные форсюзеры даже во сне чутко ощущали мое присутствие и без свидетеля спокойно болеть не желали.

Тем временем в кабинет вошел командир искалеченного «Вымогателя» Грифф с главным энергетиком и офицером контрразведки. Судя по бледному виду, завещания все трое уже написали. К слову, присутствие контрразведчика говорит о том, что наличие злого умысла в случившемся специалисты обнаружили. Только отследить до конца не смогли: судя по поджатым хвостам, сюда они отнюдь не арестовывать диверсанта явились.

– Милорд, случившаяся на борту авария… - начал Грифф севшим голосом.

Вопреки ожиданиям ситх докладчиков не перебивал. Внимательно выслушал всех троих. Хотя, на мой взгляд, слушать там нечего. Все трое рассказывают одно и тоже, пусть каждый со своей позиции: произошла череда мелких происшествий, которые не могли быть случайностью, но никаких следов внешнего воздействия не обнаружено. О том, что ситх мог двигать рычажки и нажимать кнопочки, глядя на монитор системы наблюдения, люди не в курсе. Вейдер же просвещать собравшихся не торопился. Я не сразу сообразила, что он банально компенсирует потраченные на общение с Палпатином и Таркином и сидение возле больных детей силы за счет страха и растерянности пришедших. Наконец лорд ситхов жестом остановил капитана, но только тогда, когда сказать что-либо по существу тому стало уже нечего.

– Дети есть?

– Да, милорд, - обреченно отзывается энергетик.

Благодарю Великую за то, что не могу прочесть, что именно успел подумать офицер в ответ на странный вопрос ситха.

– Значит, госпожу Стоун смените вы. Через три часа настанет ваша очередь, - Вейдер ткнул пальцем в сторону контрразведчика. – Инэри, объясни офицерам круг их задач. Вы же, Грифф, возвращайтесь на мостик. Курс на Куат. У меня нет претензий к действиям экипажа в чрезвычайных обстоятельствах.

Энергетика, папашу двух достаточно болезненных девочек-погодков, инструктировать особо не пришлось. Хотя уйти далеко у меня едва ли получится. Но есть надежда подремать немного где-нибудь рядом. В приемной милорда, например.

– Не валяй дурака. Ты устала и нуждаешься в отдыхе, - раздалось из кабинета. – У меня много работы, так что спальня свободна. Халат и полотенце в освежителе.

То ли сказано это было тоном, не терпящим возражений, то ли сил у меня совсем не осталось, но я отправилась исполнять волю главкома без тени смущения. Даже успела осмотреться и заметить висящие в рамочках над прикроватной тумбочкой дипломы Корусанского имперского университета бакалавра военно-космического общегалактического права и инженера-конструктора малых и средних космических аппаратов.

Утром несмотря на прилив бодрости, побороть неловкость оказалось куда сложнее. Нет, не подумайте, лорда Вейдера в спальне не оказалось. Мало того, я позволила себе немного понежиться в куда как более широкой чем в моей каюте постели. От мысли о том, что хорошо все-таки быть главкомом имперского флота, плавно перешла к размышлениям о повседневных заботах предстоящего дня. Впрочем, у меня еще есть несколько минут блаженства в душе. Можно не торопиться, в Силе штиль: дети еще спят, причем гораздо спокойнее, чем с вечера, ситх бодр и деятелен, находится в одном из соседних помещений. Вот от мысли о лорде неловкость и возникла. Почему-то мысль о том, что он может зайти и увидеть, как я выхожу из душа в его халате, даже уши покраснели. Но деваться уже некуда. Паническая мысль пришла уже в освежителе, а верхняя одежда осталась в спальне.

Слава Великой, и после моего возвращения из душа Вейдера в спальне не оказалось. Облегченно выдыхаю и переодеваюсь в форму военврача. И осторожно возвращаю вейдеровский халат на место. При этом только сейчас разглядываю эту вещь. Судя по орнаменту а-ля иллюстрации курса «Основ ситхологии и техники борьбы со тьмой» для юнлингов, халатик Вейдеру Палпатин подарил. Даже проверила узоры на предмет накачки Силой. Нет, просто шитье. Хотя, наверное, не просто, а в какой-нибудь особенно сложной технике выполненное и непременно дорогущее.

Под мысли о вкусах Палпатина и его отношениях с учеником выхожу в кабинет. Вейдера там тоже нет. Прислушиваюсь к Силе, чтобы почувствовать ситха в малом конференц-зале по соседству. Совещание проводит. Подхожу к шару для медитаций. Дети спят, а у их постели дежурит давешний контрразведчик.

– Доброе утро, лейтенант. Все в порядке?

Спрашиваю об очевидном. Но у офицера нервно дергается щека.

– Да, мэм. Если летающие по помещению мелкие предметы – это нормально, то да.

– Для температурящего форсюзера это нормально. Вы зря волновались.

К слову, судя по безупречному порядку, все разбросанное непроизвольным телекинезом близняшек было аккуратно собрано и расставлено по местам.

– Все форсюзеры умеют двигать предметы не глядя?

– Практически все, лейтенант, простите, не знаю вашего имени. Только видеть предмет все же обязательно. Голопроекцию или во сне, но надо.

– Крикс Мадин, - чуть поспешно представился лейтенант.

Только голос у него при этом совсем упал. Еще бы. У него только что сложился очень неприятный пазл: он понял, как был выведен из строя реактор «Вымогателя», и кто способен это сделать. Меня при этом он не подозревает. Ну, да, мой уровень технической грамотности – это железное алиби. Как бы на почве непомерной догадливости парень глупости делать не начал.

Пока я лихорадочно придумывала предлог не дать Мадину уйти, выход сам ко мне пришел. В виде доктора Макруса.

– Я, конечно, не педиатр, но как-нибудь справлюсь, - привычно заворчал он. – А вас, госпожа младший целитель, хотел видеть главком.

Благодарно киваю и выхожу, стараясь не терять из вида Мадина. Впрочем, тот, если и задумался о суициде, то выбрал наиболее экзотичный его метод: вместе со мной оказался под дверьми зала для совещаний. Собирался ли Мадин предъявлять ситху-главкому обвинение в порче имперского имущества или просто спросить, зачем тот ИЗР испортил, хотел, не знаю. Но настроен он решительно. Мало того, намерен играть в открытую, что, вообще-то для человека его профессии не характерно. Подумать об этом не успела, потому что совещание у Вейдера закончилось.

Не успели старшие офицеры покинуть зал, как Мадин ринулся внутрь против течения. На то, чтобы доказать контрразведчику правомерность своих действий, ситху понадобилось около получаса. При этом ушел лейтенант хоть и сильно задумчивый, но на своих ногах.