"Фантастика 2024-187". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 164

— Босс, примкнуть к элите общества будет с вашей стороны благоразумным поступком. Дело в том, что лишь на основе доступных мне статей уголовного и гражданского процессуальных кодексов Российской Империи я бы мог выдвинуть против вас, как минимум, семь тяжких обвинений, за которые вам грозит пожизненная каторга, даже смертная казнь. Так что, с большой степенью вероятности, по возвращении из Тобольска вас ожидает уголовное преследование.

— Это по каким-же статьям «железяка» ты собираешься отправить меня на скамью подсудимых⁈ — воскликнул я в голос.

— Никуда я вас отправлять не собираюсь, так что рамсы прошу не путать, командир. Просто анализирую ситуацию, чтобы понять, откуда может исходить опасность для моего оператора.

Ух ты, борзанул, так борзанул «прошу рамсы не путать». Откуда только набрался подобной терминологии? Впрочем, вопрос риторический, ибо вся моя память в полном распоряжении Искина — сам же и предоставил ему неограниченный допуск к своим ментальным хранилищам.

— Ладно, не обижайся, невольно вырвалось у меня. Пардонте, коли обидел. — Тут же поймал себя на мысли, что извиняюсь перед хоть и сложным, но все-таки, бездушным механизмом. Хотя, насчет бездушности Николая у меня в последнее время возникли вполне обоснованные сомнения. Помимо упомянутого мной чувства юмора, у него присутствует вполне развитая интуиция, иначе он не стал бы заниматься моделированием иллюзорных ситуаций, из-за которых я по имперским законам должен отправиться, как минимум, на каторгу, как максимум, на виселицу.

— Я не обижаюсь, босс, поскольку чувство обиды какой-то там железяке неведомо…

— Ну всё, Колян, бросай заниматься ерундой, за железяку я извинился! Если что, не бери в голову, к тому же, «железякой» я называл свой армейский тактический модуль в первой своей жизни.

— Ха! Нашли с чем сравнить! Да ваш модуль мне в подметки не годится!

— Ну всё, ты хороший… нет, ты лучший, так что давай замнем тему. Давай-ка поведай, за какие такие грехи я могу оказаться на скамье подсудимых?

— Во всяком случае не за то, что ваш реципиент занимался в туалете рукоблудием, — схохмил «железяка», — но если у вас в мозгах покопается ментат уровня «мастера иллюзий», вся ваша тайная подноготная выползет наружу и будет принята к рассмотрению следственными органами. Так что, согласитесь, каторги вам не миновать, а может быть чего и похуже.

— А тебе-то что за дело? Ну, поменяешь хозяина, на другого магически одаренного, не все ли тебе равно, на чьей руке находится твой носитель?

— Не все равно, мэтр, ибо мое духовное состояние находится не только в прямой зависимости от развития магического Средоточия оператора, также от его мировоззрения. На данный момент именно вы являетесь наилучшим разумным индивидуумом на эту роль.

— Это с какого же перепугу? — Разумеется, я был польщен словами Ника, но хотелось бы понять причины столь приятной для меня оценки моих способностей быть его хозяином.

— Тут множество факторов, но самыми главными из них ваш неограниченный потенциал магического развития, босс. Иными словами, мне весьма комфортно находиться в постоянном контакте с вашим астральным телом. Такое впечатление, что меня создавали именно под ваш ментальный образ. Так что не переживайте, если что, будем защищаться от ментальных магических атак совместными усилиями. С невысокой долей вероятности, у нас что-то может и получиться.

— Ну это если они меня поймают…

— Непременно поймают, — категорически заявил Искин. — Я тут, пока вы с Машей приятно проводили время, а потом удовлетворяли физиологические потребности в сне, покопался в Глобальной Сети и много всякого-интересного нарыл. К примеру получил допуск на ряд закрытых для постороннего посещения ресурсов нескольких магических сообществ российских и зарубежных. На основании проведенного анализа, имею сообщить, что вам не следует кичиться своими чародейскими возможностями. Признаю, что они весьма достойные, однако против любой силы сыщется другая, превосходящая её, если не сыщется, несколько не самых сильных чародеев, в режиме ментальной синергии или эгрегорной связи способны одолеть практически самого крутого одиночку.

— Вот тут ты, пожалуй прав, — у меня возникло непроизвольное желание почесать макушку, но наткнувшись пальцами на гладкую пластиковую поверхность шлема, мысленно обложил себя непотребными эпитетами. — Вынужден признать, Николай, твое одобрение моей задумки стать князем, еще сильнее подвигло меня примкнуть к местному бомонду. Ясен пень, возвращаться в Дубки обычным пейзаном мне категорически не рекомендуется Так что будем добиваться признания моей принадлежности к роду князей Засекиных. Благо, анализу подвергается всего лишь кровь, а с ней у моего реципиента всё чики-пуки. Если бы каким-то образом проверяли духовную принадлежность… впрочем о плохом даже думать не хочется.

По гладкой ровной дороге уже к двенадцати часам я был в Тобольске. Пока ехал, Николай подготовил интерактивную карту наиболее удобного маршрута в центральную часть города, где, собственно, и располагается здание местного Дворянского собрания. Но не напрямую, а с заездом в региональное отделение Имперского Финансового банка. Вне всяких сомнений, хлопоты по моему восстановлению в княжеском звании потребуют финансовых затрат, так что обналичить чек, выданный в свое время Шуваловым-Волынским будет нелишним. Если не хватит, реализую у какого-нибудь местного барыги «жемчужину» или две.

Гнедого оставил на стоянке перед зданием банка, фундаментальным сооружением, построенном в стиле именуемым в моей родной реальности Сталинским Ампиром. Эдакая башня, облицованная мрамором, гранитом и керамическими барельефами с изображениями древнегреческих богов, героев и разного рода античных батальных сцен.

Перед тем, как войти внутрь через огромные вращающиеся двери я, по установившейся привычке, просканировал здание на предмет магических и немагических охранных систем. И что не удивительно, наткнулся на непроницаемую глухую стену, не позволяющую моему астральному взгляду проникнуть внутрь данного учреждения. Определенно, здесь поработал весьма и весьма одаренный артефактор, специализирующийся именно на создании сложных комбинированных охранных систем. Скорее всего, этот мастер был не один.

Впрочем, долго и пристально разглядывать многослойную комплексную структуру чародейской защиты банка я не стал — примут за злоумышленника, доказывай потом, что ты не верблюд. Наверняка, помимо причудливо переплетенных заклинаний, окружающее пространство контролируется дежурной группой одаренных. Поэтому избыточное внимание какого-то левого типа к охранным системам банка может быть расценено как акт агрессии. И все-таки, я отдал приказ Николаю, по возможности, скопировать, все сторожевые заклинания, для их последующего изучения. Слава Богу, с некоторых пор в моем распоряжении имеется мощный вычислитель, и самому ломать голову, чтобы разобраться с тем или иным конструктом нет надобности.

В банке надолго не задержался. Приняли меня вежливо, оперативно просканировали предъявленный чек на предмет вероятной подделки. Убедившись в подлинности платежного документа, без лишней тягомотины в стиле: «А для чего тебе столько денег? А давай-ка положи часть суммы на банковский счет с наилучшим процентом дохода для вкладчиков», выдали восемь стандартных упаковок двадцатипятирублевых банкнот.

— Пересчитывать будете, господин Силаев? — задала вопрос обслуживавшая меня симпатичная девушка.

— Спасибо, Дарья, — имя её прочитал на приколотом к аппетитной такой груди бейдже, — я вполне доверяю вашему банку. — Не рассказывать же ей, что каждая пачка и каждая купюра мной уже просканированы и проверены самым тщательнейшим образом. В результате никаких претензий к банку у меня не возникло.

Далее мой путь был предопределен недавно принятым мной решением. Возможно, кому-то оно покажется спонтанным и не очень обдуманным, но иных вариантов своего безоблачного будущего я просто не вижу. Так что в скором времени, надеюсь, меня ожидает встреча с официальным фюрером здешнего бомонда господином Тумановым-Амурским Юрием Аркадьевичем.