Император Пограничья 1 (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич - Страница 47

Глава 21

Я изучал Владимира Трофимова, расслабленно сидящего напротив. Импозантный мужчина лет тридцати в хорошо сидящем костюме. Под мышкой угадывалась кобура с оружием — похоже, господин Трофимов предпочитал быть готовым ко всему.

— Любопытно, — протянул я, откидываясь на спинку сиденья. — И как же сам князь прознал обо мне? Я ведь, считай, только-только прибыл в город.

Владимир усмехнулся, сверкнув белозубой улыбкой.

— Князь всегда держит руку на Пульсе городской жизни, — произнёс он с намёком. — В буквальном смысле. Когда в Сергиевом Посаде объявляется мастер-артефактор невиданного уровня, слухи разлетаются быстро. А уж когда ваше имя, Прохор Игнатьевич, стало мелькать в Эфирнете, и его сиятельство заинтересовался.

Неплохая у него сеть осведомителей… Князь явно предпочитает контролировать ситуацию.

Собеседник меж тем продолжал:

— Его сиятельство изъявляет желание познакомиться с вами лично. Послезавтра граф Бутурлин даёт званый вечер, суаре для местных сливок общества. Князь Оболенский будет рад видеть вас среди гостей. Все детали в приглашении.

Он протянул мне конверт и многозначительно замолчал. Я вопросительно изогнул бровь, не торопясь принимать чужое предложение.

Трофимов тяжело вздохнул, явно не привыкший к подобной реакции.

— Понимаете, Прохор Игнатьевич, изначально князь не планировал посещать сие мероприятие, но узнав о вас, изменил планы. Уверен, в нейтральной обстановке вы сможете побеседовать о многом. Князь проявил к вам живейший интерес.

Я внимательно изучаю ситуацию, анализируя каждую деталь. Приглашение на званый вечер — классический манёвр, когда правитель хочет оценить потенциального союзника или противника в неформальной обстановке. В своё время я и сам использовал подобные приёмы.

Владимир — типичный порученец по щепетильным вопросам, отлично вышколенный и достаточно высокопоставленный, чтобы говорить от имени князя. Оружие под мышкой, идеально подогнанный костюм, уверенные манеры — скорее всего, из службы безопасности, а не просто посыльный. Такого не отправят с пустяковым поручением.

Интересно и упоминание о Пульсе города. Видимо, служба безопасности князя активно мониторит социальную сеть.

Что ж, расклад понятен. Князю нужен сильный артефактор, а я привлёк внимание своими успехами. Да настолько привлёк, что он смог убедить неизвестного мне графа расщедриться на приглашение для никому неизвестного боярина. Хотя, уверен, любопытством дело явно не ограничится. Оболенский специально изменил планы и лично явится на приём. Возможно, у него есть конкретное предложение. Наверняка, связанное с моим Талантом.

Пора принимать решение. Отказ воспримут как неуважение и вызов. Согласие же откроет путь к полезным связям, но и втянет в местные интриги. Впрочем, выбор очевиден — мне нужны ресурсы и полезные знакомства для развития Угрюмихи, а прямой контакт с князем это кратчайший путь.

Кивнув, я забрал конверт из рук Трофимова.

— Что ж, благодарю за приглашение. С радостью побеседую с его сиятельством. Уверен, нам будет, о чём потолковать.

Владимир расслабленно откинулся на сиденье, удовлетворённый ответом.

— Вот и славно. Полагаю, вам понравится вечер у Бутурлиных. Лучшее общество, достойные собеседники. А как вам в целом наш город, Прохор Игнатьевич? Успели ли уже составить впечатление?

Я невольно хмыкнул, припоминая вереницу событий, случившихся со мной в Сергиевом Посаде.

— О, впечатлений хватает, — протянул я с ироничной улыбкой. — Город у вас живописный, ничего не скажешь. И люди… занятные. Знаете, меня особенно впечатлил подход к делам в Реликтовом приказе. Работа там просто кипит. Главное — не перепутать, где учётные книги, а где винная карта.

Трофимов понимающе усмехнулся. Всё-таки, с ним можно было иметь дело — совсем неглупый человек.

— Полагаю, вы нашли способ упростить их систему делопроизводства?.. — проницательно заметил собеседник. — Признаться, давно пора было.

Тем временем, автомобиль плавно подъехал к моей гостинице. Я кивнул собеседнику на прощание и выбрался наружу. Что ж, отчасти мои планы изменились. Вместо тихого отъезда предстоит званый ужин с самим князем. Уверен, это будет весьма познавательно.

Проводив взглядом отъезжающую машину, я направился в гостиницу. Надо обдумать линию поведения и подготовиться. Как бы то ни было, я собирался извлечь максимум пользы из сложившейся ситуации.

Утро следующего дня я начал с подготовки к новому ритуалу.

Увы, не всем можно было разжиться в Сергиевом Посаде, как ни крути. Реликты вроде тех же Чернотрав князь здесь продавать запретил. А вот зелья и снадобья из них имелись во многих лавках. Причём значительная часть этих эликсиров, судя по рекламным плакатам и этикеткам, были почему-то чётко нацелены на весьма специфические мужские проблемы — с непременным изображением усатого молодца в расцвете сил рядом с томно улыбающейся девицей, которая настолько устала, что лежала на диване, закинув ногу на спинку.

И всё же решением проблем с мужской потенцией алхимический рынок Сергиева Посада не исчерпывался. Здесь вполне хватало как боевых зелий, что обещали помочь отважному Стрельцу практически голыми руками оторвать голову Бздыху, так и укрепляющих снадобий для магов.

Я планировал одновременно со следующим ритуалом прокачать свои энергетические каналы, а для этого требовались особые зелья.

Для начала я приобрёл «Кровь земли», настоянную на Жилотраве.

Она здорово укрепляет кровеносную систему. А у магов кровь — главный проводник энергии. Чем крепче сосуды, тем больший поток можно через себя пропускать.

Следом прикупил «Костяную твердь».

Её варят из плодов Костяницы. Штука редкая, но оно того стоит. Для моего ритуала, позволяющего поглощать Эссенцию сверх лимитов, приходилось использовать кости в качестве этаких энергетических накопителей. Следовательно, укрепишь их — и удержишь больше энергии.

Ну и напоследок приобрёл «Чистый поток» на основе Тенелиста.

Он прочищает магические каналы от всякого энергетического шлака.

В общей сумме за три пузырька вышло семьдесят пять рублей, но их действие продлится в течение минимум полутора, а то и двух месяцев. Потом придётся закуп повторять.

И всё же игра стоила свеч. После такой накачки мой лимит повысится на три-четыре капли, а восстанавливаться я буду на день меньше. Плюс поток энергии пойдёт стабильнее, без рывков и проседаний.

Вернувшись в гостиницу, я заперся в своей комнате и принялся проводить ритуал, очертив соляной круг. Лучше бы, конечно, совершать его на улице, но не хотелось раскрывать секреты посторонним.

Это только со стороны кажется — выпил снадобье, и вся недолга. А ты попробуй с непривычки управляемым образом направить потоки энергии по новым руслам. Тут тебе и концентрация нужна, и недюжинная воля.

Однако я одолел этот барьер. Влил в себя все зелья и поглотил пять малых кристаллов Эссенции. Почуял, как Сила переполняет, струится по венам. Разом вобрал двадцать одну каплю, лишь три ушло в Скальда.

Завершив процесс, я глянул внутренним оком на свой магический резерв. Результат радовал — 61 капля. Прогресс, ничего не скажешь. Ещё два ритуала, и я разменяю сотню капель, шагнув на следующий ранг. Там, глядишь, и до архимага недалеко.

Следующий день я посвятил физическим тренировкам и изучению ассортимента тех лавок, где ещё не успел побывать. А вечером, заказав карету, отправился к дому Бутурлиных.

Усадьба поражала своим великолепием. Ухоженный внутренний сад, элегантный фасад, мраморные ступени — всё говорило о богатстве и изысканном вкусе хозяев. Кареты гостей одна за другой подъезжали к парадному входу, и разодетая публика чинно выходила, направляясь к дверям. За оградой толпились репортёры, жадно фотографируя и снимая на камеры происходящее, чтобы потом разместить в светской хронике.

На каменных ступенях гостей приветствовала дочь графа — юная девушка лет семнадцати в изящной тёплой шубке из светлого соболя, которая никак не могла быть его женой. Её русые волосы, отливающие медью в свете фонарей, были уложены в замысловатую причёску с нитями жемчуга. На бледном фарфоровом лице с тонкими чертами сияли большие голубые глаза, обрамлённые длинными ресницами. Тонкие губы, изогнутые в вежливой улыбке, подчёркивали аристократическую бледность. В мочках ушей поблёскивали крупные сапфиры, подобранные в тон к глазам.