Сделай сам 1 (СИ) - Буланов Константин Николаевич - Страница 43

Обвал идёт по всем фронтам. Ни у кого нет живых денег для удержания уровня былого производства и выплаты зарплат, отчего куча мастерового люда теряет либо рабочие места, либо до половины своего оклада. Потому те немногие, у кого имеются наличные, вполне себе могут сейчас воспользоваться моментом и обеспечить себя на будущее каким-нибудь «вкусным» предприятием. Не вечно же этот кризис будет длиться!

Для нас таким вот лакомым кусочком и стал завод земледельческих машин товарищества «М. Гельферих-Саде». Чтобы, так сказать, был полный комплект разом — трактор и весь положенный инструментарий к нему. Там ведь не только сборочные производства, но и инструментальный цех с литейками да кузней нормальные такие по своим масштабам. Как раз отлично дополнили бы таковые у ХПЗ для помощи в выпуске наших тракторов.

И денег-то, главное, нам на него сейчас хватает. Не лям с четвертью надо платить, а «всего» 700 тысяч рублей за все 100% акций. Да и те никто не отдаст. Имею в виду все 100%. Выкупить возможно было только 70%, которыми владел сам почивший Гельферих. Что мы и сделали, не откладывая это дело в долгий ящик.

Ой как сильно обижалась на нас мама́! Мы ведь сотню тысяч для того слямзили с её бюджета на перестройку уже более крупного из двух наших доходных домов. Она только обо всём договорилась со строителями, только подобрала материалы внутренней отделки, только морально настроилась скандалить со всеми квартиросъёмщиками. И тут мы нарисовались такие, блин, красивые с протянутой рукой.

Пообещали после отдариться брошью с изумрудами, как только всё наладится и деньги потекут рекой. Но ждать их, скорее, приходилось не от проектов в родном отечестве, а из США, где уже через пару месяцев должен был начаться выпуск нашей «бюджетной» модели легковушки с 4-цилиндровым двигателем и развозного фургона на ½ тонны. Практически Форд-А или ГАЗ-А — кому как больше нравится, по своей общей конструкции, но выполненный на чуть более лучшем технологическом уровне и с большим вниманием к качеству выделки. До США терзающий нас кризис ещё не добрался, отчего промышленная жизнь там била ключом. И денежки у многих водились. Дай-то бог заработать успеем.

Я же в это время… Конечно же ругался с Мосиным и Кази! А чем мне ещё прикажете заниматься по возвращению домой? Эти технические динозавры ни в какую не желали воспринимать мои оружейные инновации всерьёз. Привыкли, блин, жить по-старому. И работать так же — по-старому. Чтобы, значит, годами всё обсуждать, мусолить, перетирать, согласовывать и всё такое делать, дабы после работяги с пеной у рта всё срочно-срочно изготавливали, ничего при этом не успевая!

Производство отечественных 3-линейных винтовок прямой тому пример. Девять лет длился на неё конкурс! Девять! А после все отечественные оружейные заводы дружно стахановскими методами разворачивали у себя её валовой выпуск. Хотя того Стаханова, должно быть, ещё даже и в планах у родителей нет!

В общем, реально очень долго запрягают, чтобы после быстро-быстро ехать, нарушая при этом все возможные правила дорожного движения. Бесит! Прям, бесит!

— Да как вы не понимаете, Сергей Иванович! За этим оружием — будущее! — Это я трясу перед носом у Мосина своими «набросками» на тему пистолета-пулемета.

Решив, что этап дорогущих чисто фрезерованных «машинок» нам совсем не нужен, я сразу постарался перейти к этапу дешёвейшей штамповки военного времени. А то когда всего один автоматик стоит как целый автомобиль — это всегда становится слишком больно бюджету любого государства. А мне ведь не только за свой личный карман, но и за страну обидно так-то! Вот и тыкаю пальцами в то, что почти на 40 лет раньше может стать главным мобилизационным оружием в России, как когда-то таким стал ППШ[1].

И, нет. К достославному ППШ или же к не менее достославному ППС[2] моё оружейное творчество не имеет практически никакого отношения. Сваркой мы хоть и активно балуемся нынче, чтобы в обозримом будущем перейти на массовый цельносварной автомобильный кузов, внешний вид любого оружия она сильно портит. А времена сейчас отнюдь не СССР-овские. На внешний вид смотрят очень-очень строго. Приходится это учитывать! И делать не только максимально дешёво и технологично, но также хоть как-то красиво.

Потому пошёл я по пути шведов — путём лишь штамповки и шпенек. У них вечно с военным бюджетом была напряжёнка, вот и выдумывали постоянно, как и на чём возможно максимально сэкономить и чтоб при этом оружия хватило надолго в плане сроков его эксплуатации в войсках.

Так родился когда-то в моём далёком прошлом или же в пока ещё не наступившем будущем М-45 «Карл Густов», что простоял у них на вооружении больше полувека. Лишь в середине 2000-х вроде как совсем списали.

Фрезерных работ там было чуть побольше, чем у того же ППШ. Но именно что чуть и максимально простых деталей, доброй четверти которых даже точное соблюдение размеров было ни к чему при производстве. Они там просто играли роль усилителей конструкции, чтоб ту, значит, не вело и не крутило. Потому он меня, как технолога, и привлёк к себе когда-то. Стало просто интересно оценить действительно достойную работу так сказать коллег из северного королевства, разве что работавших в несколько другом направлении.

Всего одна большая выштамповка согнутая вокруг трубы и загнутая снизу двумя бортиками образовывала собой всё «тело» данного оружия. Цепляй на него задний буфер затвора с этим самым затвором, ударно-спусковой механизм с пистолетной рукояткой, да сам ствол. И всё готово! Ну, это с моей, автомобилестроительной, точки зрения. У оружейников мысли на его счёт могли быть несколько другими. И таки они были!

— Я не отрицаю того, что предлагаемый тобою проект действительно выглядит достойно с точки зрения отработки его механики действия, — повертев мои художества в своих руках и так и эдак, выдал своё экспертное заключение Сергей Иванович. — И даже грязи он у тебя боится в куда меньшей степени, нежели моя винтовка. Тут ты большущий молодец! Правильно суть наших с тобой прежних бесед уловил! Чтобы его заклинить, надо будет очень сильно постараться. Хвалю!

— Так в чём же проблема? — едва не взвыл я, так как прежде уже получил от собеседника твёрдый отказ пытаться продвигать его на вооружение российской армии.

— Проблема состоит в том, что армии такое оружие ни к чему. Не проходит оно по утверждённой номенклатуре вооружения! К тому же, сам должен понимать. Патрон, — грустно вздохнул оружейник.

— А ведь я вас когда-то предупреждал! — аж ткнул я обвинительно пальцем в Мосина, напомнив ему о нескольких наших прежних дискуссиях, в которых я какими только ругательскими словами ни склонял нагановский револьверный патрон. И ведь всё оказалось впустую! Приняли его и рады, блин! Сталина на них нет! На этих вредителей от армии!

— Да чего уж теперь говорить, — печально отмахнулся от меня рукой управляющий Сестрорецкого оружейного завода.

К началу лета 1901 года он тоже по этому револьверному патрону уже всё понял и осознал. Да, непосредственно для револьвера, он действительно был хорош. Особенно в том плане, что благодаря своим уникальным особенностям позволял дольше сохранять оружие в полностью исправном состоянии. Что для армии мирного времени — сплошная экономия.

Вот только на этом все его положительные стороны и заканчивались. Можно сказать, уникальный патрон для одного уникального револьвера. Единственное, куда ещё вышло приспособить его гильзу — это под изготовление ещё более уникального патрона нашей малокалиберной целевой винтовки. И на этом всё. Прочие же оружейные эксперименты мы делали уже с пистолетным патроном Маузера. Тут-то до Мосина и дошло всё то, что я ему пытался втолковать, начиная ещё с 1894 года, когда в продаже появились патроны к пистолету Борхардта C-93, являвшиеся базой для всех прочих современных немецких пистолетных патронов.

Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что какой-то прогресс уже произошёл! Не 9 лет прошло, как для винтовки, а всего 7!