Сорняк (СИ) - Вторкин Евгений - Страница 60

— Зря ты себя коришь. Ведь благодаря сложившимся обстоятельствам ты смог спасти его.

— Нечем тут гордится. Это ведь могущественный альв. Проспался бы и сам себя вытащил. Хотя странно кое-что… Вроде я там всё осмотрел, но так и не обнаружил там его фею.

— А с чего ты решил, что она должна быть там?

Услышав мой вопрос, Гимн внимательно посмотрел на моё плечо и сидевшую на нём Лан.

— Неужели этот парнишка и есть тот самый друг, чья фея была похищена⁈

— Так и есть. Ты спас Аймона. Спасибо тебе за это…

Глаза Гимна засияли. Он замолчал и начал мечтательно смотреть вдаль. Продолжая поддерживать эту задумчивую тишину, мы двигались к выходу из лестничного прохода.

Из-за тянущегося молчания мне вспомнился образ туманного монстра, и чтобы не оказаться в опасной ситуации, я поспешил просканировать пещеру. Когда нашёл и исследовал тот самый проход, мне стало не по себе. Ведь как бы я не старался, никак не мог найти следы того пугающего существа. Там был лишь распластавшийся на полу гном, и больше никого.

Я продолжал свои поиски до момента выхода из тоннеля с лестницей. Стоило оказаться в пространстве с высокими потолками, как я тут же позабыл о всех тревогах. Я радовался, что наконец-то могу выпрямить спину и расправить плечи.

Как же хорошо, что я вновь могу дышать полной грудью.

А вот Гимн, похоже, не мог вздохнуть с облегчением. По стекающему со лба поту и замученному лицу было сразу понятно, о чём он думает.

Улыбнувшись, я подошёл к гному и забрал Аймона, чтоб тут же погрузить его себе на плечо.

Тем временем на другом плече началась суета. Лан взлетела, покружила над головой, попутно раздражая своим жужанием, а после плюхнулась на мягкую жопку мага. Устроилась на полупопиях парня, прямо как принцесса на подушках.

Обернувшись, я увидел, что гном отсоединил от пояса светильник и, подняв его над головой, теперь кружит на месте, пытаясь сориентироваться.

— Гимн, ты помнишь, куда идти? Или тебе подсказать?

— Не надо, я помню, что выход в той стороне.

— А чего тогда крутишься?

— Да так. Опасаюсь монстров, затаившихся в темноте…

Не найдя ни каких угроз, гном сделал ещё один разворот и направился к выходу.

— А тебя, Чад, не пугает вся эта неизвестность, которая нас окружает?

— Ещё как пугает. Я ведь только недавно осознал себя в этом мире. Для меня почти каждый неизвестный объект является пугающей неопределённостью.

— Раньше я завидовал вам, арсантам. Вы огромные и могучие, потому как изначально рождаетесь в совершенных телах. Но сейчас, когда смотрю на тебя, зависть не просыпается. Мне даже грустно осознавать, что ты совсем не приспособлен к суровым реалиям. Всё из-за того, что у арсантов нет детства. Думаю, если было бы у вас чуть больше времени, дабы накопить жизненный опыт, то вы бы так глупо не умирали. Наивные простаки…

— Ты до меня встречал арсантов?

— Да. Но, в основном, только мёртвых… Видишь ли, мясо арсантов способно излечить почти от любой болезни, а кровь является абсолютным противоядием. Даже благородные эльфы не чураются использовать вас в алхимических исследованиях. Среди людей есть присказка: лучший арсант на званом ужине, — это тот, кем был накрыт праздничный стол.

— Понятно…

Откровения гнома почему-то сильно расстроили меня, и я непроизвольно опустил голову.

— Кстати! Чад, а знаешь, чего я боюсь больше всего? Только обещай не смеяться.

— Ну?

Выйдя из-за угла, мы увидели свет свободы, в сторону которого мы и продолжили путь.

— Я боюсь детей. Потому как вообще не знаю, что можно ожидать от этих сорванцов. В головах молодняка может быть всё, что угодно. Вот он улыбается, смотря на тебя своими добрым глазками, и тебе начинает казаться, что он замечательный малыш. Но стоит отвернуться и потерять бдительность, как тебе тут же прилетит в затылок камень. Обернувшись, увидишь, что тот замечательный ребёнок стал больше походить уже на шакала, который громко смеётся и тычет в тебя пальцем.

Перешагнув порог пещеры и оказавшись на улице, мы заметили, что лежащий на камне гном пребывает всё в той же самой позе — пузом кверху. Видимо, за это время он так и не пошевелился. Как и в прошлый раз, мы просто прошли мимо, не заостряя на спящем охраннике внимание.

— …

— Кстати, а ты слышал детский смех? Я считаю, что нет ничего более жуткого, чем детский смех… Бр-р-р. Вспоминаю и тут же мурашки по всей спине.

— Ну, не знаю.

— Ты не понимаешь. Вот представь. Непроглядная темнота, и такая же безмолвная тишина. Где-то там, вдали, слышится звонкий смех маленькой девочки. Тебе становится любопытно, и ты ступаешь посмотреть. Делаешь шаг и чувствуешь, что случайно на что-то наступил. Останавливаешься и опускаешь глаза. Вдруг смех замолкает. И ты в этой образовавшейся тишине осознаёшь страшное. Под твоей ногой детская кукла. Ты не просто наступил на чужую игрушку. Ты её раздавил. И пока ты осмысливаешь происходящее, рядом с тобой появляется маленький силуэт. Хозяйка куклы явилась, чтоб лично посмотреть на того, кто так безжалостно уничтожил её любимую игрушку. Дальше тебе ничего больше не остаётся, кроме как с лицом полным раскаяния смотреть на детские слёзы и пытаться придумать, как успокоить девочку.

— Гимн, хватит меня пугать! Ещё и таким искажённым голосом… Бр-р.

— Кстати, ты прав. Надо бы убрать маски в инвентарь. И светильник заодно.

Отойдя в сторону, гном присел на корточки и приложил светящуюся ладонь к земле. В ней тут же раскрылся портал инвентаря. Наблюдая за тем, как он прячет в него светильник, я поспешил стянуть с себя маску, подошёл и протянул ему.

— Гимн, ты это… достань ещё чего пожевать.

— Может, просто устроим привал?

— Нет. Давай вначале выберемся за пределы этого грёбанного леса и там уже полноценно отдохнём.

— Понял. Что тебе дать тогда перекусить? Вяленое мясо будешь?

— А у тебя сыр есть?

— Конечно, есть.

Гимн довольно быстро закончил ковыряться в инвентаре, и вскоре мы возобновили путь. Шли и на ходу запихивали в себя разные вкусности. Даже фея не осталась в стороне и присоединилась к трапезе. Она подлетела к моей шее и с ещё более сильным аппетитом продолжила уничтожать подаренное богиней ожерелье.

Я вертел головой по сторонам и с удовольствием разглядывал шипастые деревья векта. Видимо, за то короткое время, что мы провели в пещере, я каким-то чудесным образом умудрился соскучиться по этому виду. Удивительно, что мне действительно начал нравится этот мрачный пейзаж, состоящий из уродливо чёрных, голых от листьев деревьев. Даже иссохшая мёртвая земля выглядела по-особенному притягательно.

По мере нашего продвижения я почувствовал, как ко мне вновь стало возвращаться то старое чувство — навязчивое желание бросить всё и прибыть в определённое место. С каждым последующем шагом я всё отчётливее слышал манящий зов.

Но в этот раз я был в состоянии контролировать себя. Всё благодаря Аймону, который тогда научил распознавать навязанные мысли и не поддаваться их влиянию. Благодаря стараниям мага, я могу осмысленно думать даже под непрерывными нападками.

Вот только я сам не до конца понимаю, какой смысл сопротивляться? Может, стоит перестать упираться и ответить на зов?

— Гимн, можешь поделиться своим мнением по одному вопросу?

— Внимательно слушаю.

— Мне один очень старый человек рассказывал, что Хельта обожает одаривать всех своими подарками. Однако, её дары почти всегда находятся на грани между благословением и проклятием.

— Мудрая и великая мать богиня. Даже когда наделяет своих детей огромной силой, старается не нарушать баланс. Таким образом она воспитывает сердца избранных, делая их достойными её подарков.

— То есть, по-твоему, это нормально, что она нацепила на мою шею поводок, способный в любой момент отсечь мою голову?

— Какой поводок? На твоей шее больше нет ничего, и это доказывает, что ты прошёл испытание богини и заслужил её доверие.