Влюбляться нам нельзя - Фарди Кира - Страница 20

Но если в таком напряжении пройдет вся поездка, завтра приеду домой дохлой мочалкой.

От стука в дверь подпрыгиваю, вытаскиваю из-под кровати пакет с бельем, закидываю его в тумбочку.

– Поль, – кричит Ритка. – Пойдем на пляж, мальчишки уже там.

– А не холодно?

– Мы же не будем купаться. И потом, Влад включил сауну, замерзнем, мигом согреемся. Надевай купальник.

Я подчиняюсь веселому настроению. Мы с Риткой спускаемся по ступенькам к берегу озера. Ухоженный пляж золотится песком, деревянные шезлонги сложены ровными стопками под навесом. В воду ведут деревянные мостки.

– Э-э-э, красота! – раздается сзади крик.

Сашка разбегается и, как был, в шортах, ныряет с головой в воду. Солнечные брызги летят во все стороны, я замираю, невольно любуюсь теплым днем, озером и… Макаровым.

Глава 13

Сзади на меня набрасывается Ритка.

– Поль, Поль, ты чего? – она машет перед глазами ладонью.

Я встряхиваюсь и выхожу из ступора.

– Я? Просто… нравится.

– Что нравится? Поездка или Макаров? Ты т-а-а-а-к смотришь на него!

– Я? Да ни в жизнь!

Бросаю пакет с полотенцем на песок и бегу к шезлонгам. Раскладываю один, устраиваюсь на нем. У воды задувает ветерок, раздеваться не хочется. Так и сижу, не сняв шорты и футболку. Сашка фыркает, брызгается, широкими гребками устремляется к центру озера. Следом плывет Влад.

– Бррр! И как им не холодно? – зябко поводит плечами Ритка. – Загорать не будешь?

– Не-а. Так посижу.

Подружка плюхается на соседний шезлонг. Я наблюдаю за Сашкой, который плывет обратно. И вдруг опять что-то делается с моим зрением. Макаров, как дельфин, то показывается над водой, то исчезает. У берега становится на ноги, отбрасывает мокрые волосы с лица и счастливо смеется, играя ямочками. Капельки воды искрятся на кубиках живота, шорты плотно облепляют загорелые ноги. И когда успел?

И я представляю, как тоже прыгаю в воду. Мы сталкиваемся, выныриваем одновременно. Сашка смотрит на меня долгим взглядом, от которого пересыхает во рту, сбивается дыхание. Вот Макаров легко касается моей щеки, и я тянусь за лаской, как за глотком воздуха. Он понимает все без слов, нежно целует в губы, а потом…

– Поль, что с тобой? – Ритка кричит чуть ли не в ухо.

– Что? – с трудом перевожу на нее взгляд. – Я в порядке. А что?

– Ты превратилась в каменную статую, не отводишь глаз от Макарова.

– Неправда, – от смущения не знаю, куда спрятаться.

– Я до сих пор удивляюсь, ты и он – нонсенс.

– Почему?

– Он же твой враг. Ты ненавидела его до дрожи. Вспомни, как он измывался над Пашкой Гайдиным.

Я вздрагиваю: эта история нет-нет, да всплывает в памяти. И почему я ее сейчас отодвинула на задний план?

* * *

Пашка пришел в нашу школу в десятом классе. Маленький, щуплый, похожий на воробушка, он несмело вошел в класс и смущенно улыбнулся.

– О, у нас появился Гном, – заявил Влад, и все засмеялись.

Это прозвище прицепилось к Гайдину намертво, только и слышно было:

– Гном, иди сюда.

– Гном, принеси это.

– Гном, дай денег на пирожок.

Пашка не мог противостоять толпе насмешников, во главе которой стоял красавец Козловский. Макаров не вмешивался. Ему было фиолетово, чем занимаются одноклассники, лишь бы ему не мешали.

Пашка влюбился в Алису Стрельникову из медкласса. Просто таял на глазах, когда видел ее. Девушку он жутко раздражал, сначала она злилась, швыряла Пашкины подарочки и сувениры в мусорную корзину, а потом начала его использовать. Гайдин превратился в пажа принцессы: носил за нее сумку, делал домашку, занимал очередь в столовой.

– Я хочу чай, – заявляла Алиса. – Горячий и черный. Что-то замерзла.

– Я мигом.

Пашка, отстояв огромную очередь в буфет, приносил ей стакан. Она трогала стекло пальцем и кривилась:

– Я просила холодный и зеленый, а ты что принес?

– Алиса, ты сказала, что замерзла, – терялся Пашка.

– Замени.

И он снова бежал в буфет. Так Алиса развлекалась, а мы наблюдали со стороны, но не вмешивались: каждый по-своему сходит с ума. Нравится Гному, что его унижают, его забота.

Однажды Алиса потребовала кофе. Гайдин тут же исполнил желание любимой, а на обратном пути столкнулся с Макаровым и вылил напиток тому на кроссовки и брюки.

Сашка крякнул, разглядывая свои ноги, Гайдин вжал голову в плечи.

– Ты, Гном, на кого прешь? – прошипел сквозь зубы Макаров и сел.

– Знаешь, сколько эти кроссы стоят? – схватил за шиворот Пашку приятель Макарова, Мишка Кутузов.

– Прости, Саш, я не хотел, – залепетал тот.

Алиса тут же подбежала к Саше.

– Приветики.

Она села рядом за стол, просунула пальцы под локоть Макарову, положила голову на плечо.

– Это твой парень? – покосился на нее Сашка.

– А что? – покраснела Алиса, убрала прядь за ухо, а потом рявкнула на Пашку: – Гном, немедленно вытри кроссовки! – и сунула салфетку в руку Пашке.

– Но… это… я случайно.

– Поговори у меня.

Все, кто был в столовой, встали полукругом. Кто-то вытащил телефон и начал снимать. Я занервничала и крикнула:

– Это унижение! Прекратите!

– А ты сходи, пожалуйся папочке, – окрысилась на меня Алиса.

Ритка ткнула кулаком в бок.

– Не лезь! Хочешь сама попасть под раздачу?

– Вытирай! – уже веселилась Стрельникова, заглядывая в лицо Сашке.

Пашка присел, его руки дрожали, но Макаров убрал ногу.

– Это невесело. Есть кое-что поинтересней, – он подмигнул приятелям. – Держите его.

Ритка потащила меня в класс. По дороге мы заглянули в учительскую и позвали Марину Николаевну. Остальное узнали из видео, которое снял приятель Макарова и выложил в сеть.

Белого от страха Пашку приволокли на школьный стадион и привязали за ноги и за руки к футбольным воротам. Тут же нашелся мяч. Сашка небрежно подкидывал его на руке, но смотрел на Алису.

– На что спорим? – хохотнула она, нисколько не смущаясь.

– Если я в него попаду первым, он будет моим. А если ты…

– Лады. Только я тренировалась в женской футбольной команде. Победа будет за мной! – закричала она и первая ударила по мячу.

Пашка замычал, задергался. Зрители не поняли, что случилось, но гола не получилось, мяч улетел за штангу. Макаров тоже промахнулся. Никто поверить не мог, что Сашка промазал, но факт оставался фактом. Прибежала Пифа, а за ней учитель физкультуры. Пашку спасли.

Я возненавидела Макарова еще больше. К обычной неприязни примешивалось теперь чувство гадливости. Обижать слабого недостойно мужчины – а уж издеваться над ним – тем более.

Удивительным было другое: с этого дня Пашка почему-то стал полноценным членом компашки Макарова. Но для меня это уже было не важно. Еще один подхалим.

* * *

– Не напоминай, – я передергиваюсь.

– Вот и я о том же, – Ритка садится ровно, не сводя глаз с купающихся парней. – Ты просто на дерьмо исходила от одного только вида Макарова, а теперь вы вместе. Удивительно!

«А уж как мне удивительно, – вспыхиваю я. – Сама себя не узнаю. Проклятый ПМС замучил».

– Проехали. И вообще, холодно.

Ритка набрасывает мне на плечи полотенце.

– Когда ты сказала, что вы с Сашкой встречаетесь, я выпала в осадок. Влад тоже не поверил. – А теперь?

Задаю вопрос с замиранием сердца. Вдруг зря мы с Макаровым изображаем пару? Эти двое давно про нас все знают, можно и не притворяться. Но Ритка не услышала подвоха.

– Смотрю на вас и поражаюсь, – пожимает плечами она. – И когда ты разглядела в нем мужчину?

– А что с ним не так? Что? – взрываюсь я.

Почему-то становится обидно за Сашку. Пусть у него оценки так себе, зато в остальном он хорош. Я вскакиваю, хватаю вещи и бегу к дому. Злюсь на себя за излишнюю горячность. Ритка несется за мной.