Молот Солнца: Камень Нируби (СИ) - Смит Дейлор - Страница 52

Охотится на них сейчас он не собирался, да и не был он здесь, в этой деревне, истребителем птерков, а был самым обычным гостем и устанавливать тут свои правила не собирался.

И птерки в небе как будто знали это. В какой-то момент, как только Джал произнес свою последнюю фразу, они оба сложили крылья и двумя молниями бросились вниз.

— В укрытие! — привычно закричал Ягрр Фру, выхватив меч. — Птерки! Всем в укрытие!

Его, понятное дело, никто не понял, кроме Джала и Битера Сью. Мальчишка моментально нырнул под навес, мимо которого они как раз проходили, а Джал тут же поставил бочонок на землю и уселся на него, держа в руке меч, который «одолжил» у убитого им на берегу зеленомордого.

Но птерков ни Ягрр, ни Джал, ни тем более его бочонок «вилуски» сейчас не интересовали. Ящеры стремительно приблизились к земле, но не рухнули на нее камнями, а над самой землей расправили крылья, спланировали и ринулись к луже, в которой возились дети. Заметив наконец атаку летающих ящеров, они с визгом бросились врассыпную, успев спрятаться кто куда — кто-то под навес к Битеру Сью, кто-то заскочил в ближайший дом, сложенный из хвороста, а кто-то бросился к воротам, под защиту вооруженной стражи.

Но повезло не всем. Один из птерков схватил лапами зазевавшегося мальчишку-грила и моментально взмыл с ним в небеса, упруго размахивая широченными крыльями. В один миг он превратился в черную точку на фоне красного диска неправдоподобно большой луны.

Второй птерк ухватил было другого мальчишку — юркого рыжего неандера, и даже приподнял его над землей, но далеко улететь ему не позволил Джал. Продолжая сидеть на своем бочонке, он выхватил из-за пояса кинжал, подкинул его, перехватил за лезвие и с силой метнул в птерка.

Ш-ш-ших…

Попал! Как и всегда, впрочем. Кинжал вошел в горло птерку мягко и глубоко, по самую рукоятку, высунувшись с обратной стороны на целую ладонь. Птерк задрал голову и противно забулькал. Крылья его обвисли, и он сразу же завалился на землю, придавив своим телом мальчишку.

Ягрр Фру метнулся вперед и одним мощным ударом отрубил трясущуюся в агонии голову птерка. Увидел торчащую под крылом босую ногу мальчишки, ухватился за щиколотку и выволок его из-под ящера. Отшвырнул в сторону. Быстро приметился и вогнал меч в то место, где у птерков обычно находится сердце. Ящер мелко затрепыхался, но почти сразу стих.

Ягрр Фру осмотрелся. Приставил ко лбу ладонь, пытаясь рассмотреть в небе улетевшего птерка вместе с его грузом. Но там уже никого не было. К нему подошли Пирр и Сак, который все так же держал на плече тушу убитого ящера. Они тоже взглянули на небо.

— Рэй Ягрр спасать ребенок, — сообщил Пирр. Как будто о погоде разговор завел. — Рэй Ягрр большой воин.

— Я знаю! — сказал Ягрр Фру возмущенно. — А вот ваша стража — полное дерьмо! Они даже луки свои с плеч не сняли… Второму мальчишке скорее всего конец. Птерки обычно сбрасывают свою добычу с высоты, а потом поедают еще теплый труп.

— Рэй Ягрр должен видеть вождь…

— Рэй Ягрр хотеть пожрать и выпить, — угрюмо прорычал Ягрр Фру. — И теплую бабу в постель…

Было непонятно, поняли ли Пирр с Саком его слова или же нет, но они сразу направились куда-то вглубь деревни, и Ягрру Фру пришлось идти за ними. Джал подхватил свой бочонок, махнул рукой Битеру Сью: «Пошли…», и они двинулись следом.

Шум у ворот привлек внимание жителей деревни, и они повыходили из своих домов. Нет, не домов даже — язык не поворачивался назвать так их утлые жилища — а скорее домишек, стены которых были сплетены из прутьев. Они с большим удивлением и даже недоверием взирали на вечерних гостей.

Население здесь было разношерстным, но это Ягрр Фру и так уже понял по играющим у ворот детям. Женщин было немало, и лица у них были обветренные и сильно загорелые, но это был не бронзовый южный загар, а слегка сероватый, какой обычно покрывает жителей северных широт. Поверх серых платьев, на рукавах и подолах которых красной нитью были вышиты незамысловатые узоры, они носили накидки из волкогоньих шкур.

Такие же накидки были на мужчинах, и было ясно, что в волкогонах леса Плоского Острова недостатка не испытывают. Все мужчины были вооружены, но очень разномастно — кто мечом, кто топором, кто саблей. Было видно, что все это оружие выковано разными мастерами и было, скорее всего, украдено или добыто в бою.

Улиц как таковых в деревне не было, и Пирр с Саком вели гостей извилистыми тропками между домиков. И шли они явно к самому центру деревни.

Так и вышло. Посреди деревни располагалась большая поляна с кострищем, обложенным крупными обгорелыми валунами. А за кострищем возвышался дом, и он казался здесь единственным, кому вполне соответствовало это слово — сложенный из ровных бревен, в окнах поблескивали стекла, а двухскатная крыша устелена толстым слоем дерна, усыпанном цветами.

А еще у этого дома было крыльцо — единственное во всей деревне. Широкое и достаточно высокое, на три ступени. На крыльце у двустворчатых дверей стоял стражник с алебардой в руках и с интересом рассматривал гостей. Выглядел он колоритно: накидка, сшитая из шкур двух ягуаров, была наброшена прямо на голый торс, и голова одного ягуара лежала у него на одном могучем плече, а голова второго — на другом могучем плече. Сам стражник был обрит наголо, а кожу черепа украшала татуировка в виде все той же головы ягуара, глаза которого смотрели на пришельцев с лютой злобой. На подбородке у стражника тоже была татуировка в виде двух длинных клыков, выходящих у него изо рта.

Сак скинул тушу ящера на крыльцо, показал на нее и что-то сказал стражу. Тот коротко ответил, отворил одну створку и исчез внутри дома. Впрочем, тут же вернулся, распахнул перед ними двери и отодвинул алебарду в сторону. Немного пригнувшись, они вошли внутрь.

Несмотря на то, что в комнате, в которой они оказались, имелось сразу четыре окна, здесь царил сумрак — занавески из плотной серой ткани на окнах были задернуты и не давали свету снаружи проникать сюда. Да и темнело на улице достаточно быстро.

Мебели в комнате Ягрр Фру не увидел никакой — ни кровати тебе, ни стола, ни даже завалящего стула. Зато посреди комнаты, прямо на полу, было расстелено большое круглое покрывало с геометрическими узорами, похожими на те, что Ягрр видел на платьях местных женщин. На покрывале стояла посуда, полная какой-то еды, и пахла она весьма аппетитно.

Видел здесь Ягрр и кувшины с вином, большие ломти хлеба, пучки зелени, гроздья винограда, яблоки, еще какие-то незнакомые фрукты. Промеж посуды стояли толстые свечи в плоских подставках, и они давали столько света, что полностью освещали место пиршества, оставляя при этом остальную часть помещения погруженной в сумрак. Там, в этом сумраке, у самых стен, виднелись чьи-то неясные силуэты, но рассмотреть их во всех подробностях не представлялось возможным.

На дальнем от входа краю покрывала сидел, скрестив ноги, пожилой неандер лет восьмидесяти. По меркам людей и грилов было ему тоже немало лет — не меньше шестидесяти, но стариком при этом он не выглядел, даже не смотря на седину. Седина эта было естественной и даже красивой, длинные едва ли не до пояса волосы до сих пор не утратили своей густоты и были гладко зачесаны назад. Одна половина лица была покрыта татуировками — все те же геометрические узоры — а вторая оставалась чистой, и половинка седых усов на ней плавно переходила в половинку длинной седой бороды.

Пирр вышел к свету, встал напротив вождя (а Ягрр Фру нисколько не сомневался, что это именно вождь) и дважды стукнул себя кулаком в грудь. Что-то отрывисто сказал с коротким поклоном. Вождь ответил ему спокойным, приятным и даже каким-то мелодичным голосом и внимательно осмотрел всех троих незнакомцев. Задержал взгляд на бочонке на плече Джала, едва заметно усмехнулся, пристально осмотрел мальчишку и наконец вновь посмотрел на Ягрра Фру. Сказал что-то негромко и провел рукой над покрывалом.

— Вождь твоя приглашать еда, — пояснил Пирр очевидное. — Твоя хотеть кушать и пить.