Черкасов. На страже империи (СИ) - Золотарев Егор - Страница 67

— Скорее всего, комар гораздо больше, чем вам кажется, — иронично ухмыльнулся я. — Вы не задумывались об этом? И может дело в размерах самих слонов, раз они вызывают у него разочарование?

Дебильная улыбка исчезла с лица прилизанного, он двинулся к диванам и бросил на ходу:

— Хорошего вам отдыха, граф.

Я оглянулся в поисках свободного места, немного прошёлся по залу, попробовав пару закусок, и поздоровался с сияющими драгоценностями, словно новогодние ёлки, светскими дамами.

А через минуту ко мне подошла блондинка с закрученной в виде воронки причёской. Её декольте было достаточно глубоким, чтобы заметить второй размер груди. Она тоже была усыпана бриллиантами. Блин, у них что, какое-то соревнование — кто больше напялит на себя камней?

Блондинка бесцеремонно ощупала меня взглядом и, слегка вскинув подбородок, выдавила:

— Не понимаю, зачем это Белоцветову?

— Вы о чём? — спросил я, улыбнувшись.

— Зачем он пригласил наследника слабого обнищавшего рода на этот вечер? Здесь собрались влиятельнейшие аристократы столицы. И тут вы…

— Князь Белоцветов — здравомыслящий человек, — сухо ответил я. — И он сам решает, кого готов видеть у себя в гостях.

— Хм, всё равно не понимаю, — скривилась блондинка. — Он разглядел в вас то, что остальным не видно? Сомнительная версия. Лично я не понимаю, как вы здесь оказались.

— Вы просто не понимаете, — снисходительно улыбнулся я. — Думаю, со временем вы пересмотрите своё отношение к роду Черкасовых. Приятного отдыха.

Я отвернулся, давая понять, что разговор окончен. И услышал за спиной фырканье. Да хоть зафыркайся, мне то что?

Этикету и светской беседе я обучен, но могу не сдержаться и наговорить лишнего этим напыщенным индюкам. Воображают из себя невесть что.

Надоедливая блондинка хотела ещё мне что-то сказать. Я заметил, как она схватила очередной бокал шампанского со стола и, зловеще улыбнувшись, направилась ко мне. Но в это время ко мне подошёл Белоцветов.

— Ну что, успели пообщаться с местным бомондом? О чём говорили? — спросил он, когда женщина с недовольным видом вернулась обратно к столу.

— Пустая светская беседа, ничего особенного. Просто пожелали друг другу хорошего отдыха, — ответил я.

В это время ко мне подошёл слуга с подносом. Я взял бокал, и мы с князем направились к небольшой группе аристократов, которые уже заняли места у горящего камина. Они вели неспешную светскую беседу.

Я опустился на диван, напротив пожилого мужчины. Седой, в клетчатом костюмчике, взгляд живой и проницательный, несмотря на возраст.

— Барон и профессор в одном лице, Пётр Петрович Нарышкин, — представил его Белоцветов. — А это граф Владимир Черкасов.

Барон кивнул, и я ответил тем же. Затем профессор продолжил:

— Так вот, господа, я уже более тридцати лет всерьёз занимаюсь аномалиями. Признаюсь честно — заходить в аномалию мощнее красной я не решился. Да и в красной был всего минут десять. Еле выбрался и чуть не погиб.

— Профессор, ваша гибель стала бы большой потерей для всей империи, — сочувствующе сказал один из аристократов. — Я читал ваши труды, они великолепны.

— А что видели в красной аномалии, если не секрет? Говорят, там сильные монстры, — к нам подсел крупный мужчина с орлиным носом, сел неподалёку и внимательно уставился на Нарышкина.

— О-о-о, господа, никому из вас не пожелаю пережить то, что случилось со мной, — покачал он головой. — Аномалия возникла в самом центре Твери. Людей вывели быстро, а вот животные попрятались, поэтому изменились до неузнаваемости. Сначала меня чуть не укусила уродливая кошка с пастью волка. А потом набросился гигантский паук. Еле ноги унёс.

— И как у вас это получилось? — спросил я.

— Хорошо, что в моей компании находились охотники. Они-то и прикончили тех тварей, — ответил профессор.

— Вы настоящий храбрец, Пётр Петрович! — крупный мужчина хлопнул в ладоши. — Я бы ни за что не полез в аномалию. Жизнь дороже науки.

— Да ну, какой из меня храбрец, — скромно улыбнулся Нарышкин. — Просто, когда увлечён своим делом — остальное отходит на задний план.

— Я так люблю эти разговоры про аномалии! — восторженно захлопала в ладоши девица, сидевшая рядом с мужичком в возрасте. Видно, это её отец или дядюшка.

— Да, профессор, расскажите о защите, — попросил кто-то за моей спиной. — Вы ведь создавали какой-то сильный артефакт, защищающий от фона аномалии.

— Я слышала, что магический фон истощает магов, — испуганно посмотрела на него девушка.

Нарышкин откашлялся и с довольным видом продолжил.

— Да, к сожалению, это так. Как показала практика, наша природная энергия сильно уступает аномальной. И побороть её мы не в силах. А насчёт артефакта… Последние годы я посвятил созданию устройства, которое должно полностью обезопасить мага, находящегося даже в сильной аномалии. Но так и не добился успеха… Хотя значительно улучшил некоторые свойства обычной магической брони.

— А как защищаются от фона охотники? Они ведь много времени проводят внутри, — спросил худощавый мужчина в бежевом костюме.

— Как правило, все охотники — очень сильные маги, — улыбнулся Нарышкин. — Но они полагаются не только на свою ману, но и на энергию кристаллов. Ими они питают защитные артефакты.

Я тут же вспомнил наше путешествие с Аркадием в зелёную аномалию. Когда он создал защитное поле. Возможно это и был тот самый усовершенствованный Нарышкиным артефакт.

— А что вы можете рассказать о Тёмном лесе? — спросил я. Этот вопрос меня интересовал достаточно давно. И я очень надеялся услышать от профессора ценную информацию.

— Признаюсь честно: в саму аномалию не заходил, но обследовал прилегающую территорию, — ответил Нарышкин. — У меня даже есть несколько предположений, которые объясняют природу возникновения аномалий.

Профессор сделал паузу, сделав пару глотков шампанского, и продолжил.

В итоге я услышал от него две версии.

Первая — аномалии связаны с Тёмным лесом. Он, как и «мать-древо», питает свой молодняк, то есть новые аномалии, и взращивает новые. А появился этот лес вследствие магического вихря, который возник из-за сосредоточения в одной точке остаточного фона после множества заклинаний.

Во второй версии — аномалии образуются на месте магических всплесков, происходящих глубоко под землёй. Там, где собраны большие залежи кристаллов. И Тёмный лес — это давно возникший мощный магический всплеск.

— Кто-то ещё думает, что аномалии — это отзвуки параллельных миров. Миры иногда соприкасаются и возникает аномалия. А есть чудаки, которые утверждают, будто аномалии — это естественная часть нашего мира. И мы не должны с ними бороться. Обе версии, по моему мнению — сущий бред, — засмеялся Нарышкин.

Наконец-то мне попался человек, который может ответить на многие вопросы. Я взял у него визитку и на этом покинул эту компанию. Тем более они заговорили об изменении климата, что мне было не столь интересно.

Чуть позже я вышел в сад. Благо погода позволяла. Вскоре к нам присоединились дамы, и радостная Юля взяла меня под руку.

— Я так рада, что пришла сюда. Оркестр просто потрясающий! — восторженно посмотрела она вокруг. — Я ещё никогда не была в гостях у Белоцветовых. И здесь всё организовано… ну просто на высшем уровне… Спасибо, что пригласил.

Она оглянулась, чтобы удостовериться, что никто не подглядывает, и поцеловала меня в щёку. Я улыбнулся, мне понравилось её прикосновение. Но в то же время я был очень напряжён внутренне. Не терпелось начать с ней очень важный для меня разговор. Но… пока удержался от лишних слов. Лишь изредка наблюдал за ней, за её поведением.

Даже поправить сбившийся локон она может по-разному. Так же, как и улыбнуться. А в глазах вообще можно прочитать абсолютно всё. Если, конечно, она не отличная актриса. Хотя я и таких в прошлой жизни выводил на чистую воду. Несколько дворцовых интриг раскрыл, как никак.

— Дамы и господа, прошу за мной! Впереди ещё много интересного! — крикнул Белоцветов, отвлекая меня от наблюдения за блондинкой. Он махнул рукой и двинулся вглубь сада вместе со своей супругой.