Клинков. Последний хаосит (СИ) - Гато Макс - Страница 24

— Что делать будешь? — обернулся я наконец. — Рисковать ты, смотрю, совсем не намерен… Но и отпускать мне тебя не с руки. Как выкупишь свою жизнь?

— Если я останусь в живых, то смогу занять его место, — кивнул воин на Волхва. — Ты, конечно, немало наших тут положил, но с десяток выживших ещё есть, так что костяк шайки остался. А набрать нового пушечного мяса в трущобах — дело нехитрое.

— Пока всё, что ты говоришь, только убеждает меня в мысли, что тебя стоит прикончить, — заметил я, с интересом глядя на совершенно спокойного воина.

— Я лишь к тому клоню, что если до конца перебьёшь всех наших и меня в том числе, то с Островскими у тебя выйдет серьёзный разлад, — пояснил он. — Может… Да что там — ты точно как-нибудь выкрутишься, но стоить тебе это будет недешево. А вот если я уйду живым и здоровым, то они ничего особо не потеряют — и тебе будет легче с ними договориться. Ты боец, конечно, славный, да и сабелька твоя вызывает уважение, но у них в Роду есть Мастер да два Подмастерья. Не говоря уж о воинах. Ну и во вторых — у тебя будет полезный друг в Нижнем Городе.

— Этого мало, — покачал я головой. — Есть что добавить в пользу того, чтобы я тебя не пришиб?

— А ты так уверен, что…

— Цену себе не набивай, скот, — резко перебил я его. — И сказки про грозных Островских оставь для детей. Не договоримся тут — и ты уже не узнаешь, чем это для меня кончится. Ну⁈

И так не самое красивое лицо у воина скривилось, но он молча проглотил оскорбление. Да и куда ему деваться? Ишь, падаль, как ребенка меня развести захотел… Нет, резон в его словах определенно был, но мы тут не торгуемся. Я в позиции силы и возьму своё так или иначе. Уже имеющихся трупов, отголосков эмоций и разлитой в помещении силы, в принципе, достаточно для Крещения. Конечно, если учесть валяющегося на земле Волхва. Но лишней энергии в ритуалах не бывает.

— Я могу сказать, где зарыт наш общак, — неохотно ответил он. — Там все, что у нас было.

— Думаю, твой дружок, — добавил я хороший пинок начавшему пытаться что-то сплести Волхву и вышибая из него дух. — Мне всё сам расскажет.

— Только где гарантия, что он тебе перед смертью не соврет? — усмехнулся он. — Он ведь понимает, что терять ему нечего. Или у тебя есть несколько часов, чтобы хорошо и вдумчиво выжать из него всё, что нужно?

Вообще, у меня и время, и возможность для этого имеется, но… Я не большой фанат пыток. Пусть кто-то и скажет, что я лицемер — перебил кучу народа ради своего ритуала и теперь строю из себя святую невинность, но мне плевать. Эти отбросы сами убивали и калечили невинных людей, на их руках полно крови, уверен.

И что более важно — они намеревались меня убить, а в таких делах я последователен и принципиален. Хороший враг — мёртвый враг, чьё тело в идеале сожжено, а прах заговорен соответствующим образом, дабы не имелось возможности воскреснуть или вернуться в виде какой-нибудь нежити. А вот пытать я не люблю, такой уж человек. Если придется, то для дела могу и палачом побыть, но коли есть возможность обойтись без этого, то сразу ей воспользуюсь.

— Поклянешься мне в том, что говоришь правду, — предупредил я. — Предупреждаю — попробуешь соврать, сдохнешь на месте. Уяснил?

— Да, — нехотя ответил он.

Я сосредоточился и воззвал к Хаосу. Воин ничего не понял, но ясно ощутил, как сгустилась здесь мана, как навалилась грозное присутствие могущественной силы — раз уж он намерен вновь бежать к прежним хозяевам, то будет полезно продемонстрировать ему, что я куда сильнее, чем показал. Это, конечно, ложь и блеф, но он этого не поймет, а Островским будет дополнительным доводом не давить на меня сверх меры.

Выслушав клятву и информацию про тайник, я кивнул, подтверждая, что услышал и доволен. Жаль, требовать такие клятвы я могу лишь сейчас, в преддверии ритуала, когда Хаос уже стучится в двери этой реальности и готов послужить их гарантом…

— Убирайся. И лучше не через главный вход — иначе пришибут, — велел я.

Не говоря ни слова больше, бледный и испуганный трехзвездочный взбежал по лестнице, вошел в одну из комнат и выпрыгнул в боковое окно. Что ж, можно приступать…

— Кровь врагов, взятая в бою!

Помещение заполнилось незримым ни для кого, кроме меня, многоцветьем энергии Хаоса.

— Жизнь чародея, выигранная в честной схватке!

Волхв надрывно, страшно закричал — Хаос беспощадно, рывком вытянул всю оставшуюся в нем жизнь.

— Силу свою посвящаю тебе! Стань частью меня, Хаос Неделимый!

А затем рухнул на землю, сжав зубы. Вот так вот, казалось бы, просто — но за скобками осталось множество мелких манипуляций силой, призванных не только провести Крещение как надо, но и замести все следы прошедшего ритуала…

Глава 11

Обряд продлился десять минут. Боль была адской… И будь это первое мое Крещение, был бы риск напортачить и либо выдать происходящее всплеском могущественной энергии Хаоса, либо оставить следы. Однако благодаря своему опыту и навыкам, я сумел, преодолевая боль, направлять ритуал по нужному руслу и провести его идеально — в весьма, замечу, далеких от идеала условиях.

Улица встретила меня свежим предутренним воздухом с первыми, едва пробивающимися лучами солнца. Посреди слабо освещенной улицы стояли Володины — на холодной земле были разбросаны тела недооценивших брата с сестрой увальней. Около дюжины тел — видно, небольшой отряд был оставлен где-то относительно неподалеку, чтобы в нужный момент прийти на помощь своим или просто держать ухо востро на стреме — кто знает… В любом случае, ребята свою задачу выполнили на отлично.

Клинок Сереги был окрашен кровью, но глаза горели все также, как и перед началом сражения. Лишь дрожь в руках выдавала еще не отступившее волнение боя. За его спиной тяжело дышала Ира — ее серебристые волосы намокли, а по щекам и шее катились небольшие капли пота. Её грудь тяжело вздымалась, а из багровых губ то и дело вырывались облачка пара. Девушке явно пришлось много двигаться, даже несмотря на прикрывающего ее брата.

Я подошел ближе и заметил, что Володины нервничают. Видимо, сегодня они впервые пролили кровь не монстров, а людей — подобное всегда оставляет сильный след на душе человека. Многие первого убитого врага и вовсе навсегда запоминают… Эх, молодо-зелено, сам когда-то был таким же. У меня аж в груди потеплело.

Когда я подошел к Сереге, то тот вскинул клинок, но тут же опомнился, и убрал его в ножны, виновато уставившись на меня.

— Тихо-тихо, — проговорил я, а затем довольно хлопнул Серегу по плечу, — свои.

— Прости, Макс, — начал приходить в себя Серега, тяжело сглатывая и облизывая губы.

К брату тут же присоединилась Ира — растрепанная и разгоряченная, с серебристыми косами, отражающими утренние лучи солнца, она была похожа на валькирию.

— Я там закончил, — кивнул я в сторону Бочки.

— Угу, — растерянно ответила девушка.

— Да выдыхай уже, — улыбнулся я. — Вы молодцы.

Моя похвала не была пустой — ребята справились на отлично, особенно учитывая, что это было явно их первым опытом подобного рода.

— У тебя кровь… — вскинулась Ира, оглядев меня с ног до головы.

— Это не моя, — спокойно отмахнулся я. — Нам нужно уходить. Хотя я и договорился со стражей, но отсвечивать здесь лишний раз все равно не стоит. Собирайте трофеи и двинем.

Ребята согласно закивали. Мы потратили с десяток минут, чтобы собрать заслуженные трофеи — в основном деньги, ведь толковых артефактов или оружия у местной швали не было. И пусть впереди ждала заслуженная награда — нычка Волхва, но принцип «рубль к рублю» никто не отменял.

— Ну что, — обратился ко мне Серега, отдышавшись и придя в себя, — в трактир? Обмоем успех?

— А вот это чуть позже, — довольно улыбнулся я. — Сначала, давайте-ка я вам кое-что покажу. Для этого мы с вами задержимся в Нижнем городе.

Я поманил непонимающе переглянувшихся Володиных за собой. Нам предстояло отведать главное блюдо сегодняшней ночи. В своих навыках ведения допроса я был уверен.