Школьная осень (СИ) - Рюмин Сергей - Страница 24

— Вот так я и жила, — заключила она. — Пока с Николаем Васильевичем не встретилась.

Альбина замолкла, словно что-то обдумывая, потом решилась:

— У меня есть какие-то способности… Понимаешь, Антон, я сама не знаю, что это. Иногда я могу влиять на людей. Иногда могу даже лечить просто так, руками.

Она повернулась ко мне.

— Ты мне веришь? Представляешь? Бородавку могу свести, родинку. Головную боль унять. Больной зуб тоже… Только вот как это всё выходит, не знаю.

Она вздохнула.

— А иногда и гадости могу сделать. Если со злости. Одного на всю жизнь импотентом сделала, от другой мужики бегают, как от огня.

Она поморщилась, как будто вспомнила что-то такое очень противное, неприятное. Я пожал плечами:

— Значит, было за что.

Я внезапно для себя обнял её за плечи, прижал к себе. Она уткнулась мне в грудь, заплакала. Я немного растерялся, осторожно погладил её по затылку. От её тела, её волос шел одуряюще приятный возбуждающий запах, от которого сразу закружилась голова.

Я тут же прогнал пару раз по телу «живую» силу — вверх-вниз. Процесс подействовал отрезвляюще. Я отстранил Альбину от себя. А её аура совсем была без желтого цвета.

— Противно, да? — печально вздохнула она. — У меня другого выхода не было. Родственники от меня отказались, друзей-подруг нет. Понимаешь, как это ни странно, у красивой девушки не бывает подруг.

— В глаза улыбаются, а сами за спиной пакостят, — продолжила она. — Я же вижу, кто мне врёт, а кто нет. Вот я и охмурила директора.

Она улыбнулась, села рядом, положив руки на колени, как примерная девочка. Даже халатик до колен одёрнула.

— А он хороший человек. Помогает мне, заботится. Ревнует, конечно…

Я усмехнулся. Альбина увидела это и нахмурилась:

— Что тут смешного?

— Да я вспомнил, как он сюда ворвался… А тут брат!

— У него ключ есть, — ответила Альбина.

— Сделай щеколду, засов или цепочку, — посоветовал я.

— Возьми и сделай! — немного сварливо отозвалась она. — А я девочка!

— А что, у вас тут слесаря нет? — удивился я.

— Есть, наверное, — пожала плечами Альбина. — Только он ведь бесплатно работать не будет.

— А я буду? — засмеялся я.

— А я тебя поцелую! — хитро улыбаясь, ответила она.

— Ладно, хорошо! — махнул рукой я. — Сделаю я тебе что-нибудь. На следующей неделе сделаю. В магазине посмотрю. Кстати, ты знаешь, что у него серьезные проблемы с животом?

Она замерла, пристально посмотрела на меня и медленно кивнула.

— Говорила ему?

Она вздохнула:

— Говорила. Только он отмахнулся, говорит, что бесполезно лечить.

— Рак?

Она снова кивнула, смахнула с глаза слезинку, развела руками.

— Сказал, что полгода-год ему врачи обещали…

— Понятно.

Я встал.

— Уходишь? — немного разочарованно спросила она.

— Пора! — я пожал плечами.

Она подождала, пока я обуюсь. Я повернулся, осмотрел дверь изнутри, чтобы понять, какой засов или щеколда сюда больше подойдёт. Альбина вдруг сорвалась в комнату, прибежала, сунула мне в руки клочок бумаги.

— Это мой телефон. Рабочий. Звони, с 8 до 16 я на работе. И это…

Она подошла ко мне, встала совсем близко, положила мне ладони на грудь:

— Ты… Ты совсем не мальчик, Антон. Я с тобой общаюсь, а мне кажется, что ты старше меня. Сколько тебе?

— 16, — улыбнулся я и добавил. — Скоро будет.

Она задумчиво взглянула мне в глаза и на полном серьезе сказала:

— Я ведь ведьма…

— Я знаю! — так же серьезно ответил я.

— Дурачок ты, — она печально улыбнулась, видимо, не понимая, что я знаю.

— Как знать, как знать? — отрицательно качнул головой я.

— Мы встретимся? — она продолжала смотреть мне в глаза.

— Ну, я же обещал тебе помочь с дверью, — улыбнулся я и, сам не знаю, почему, но предложил, кажется, даже покраснев. — Если тебе вдруг потребуется помощь, любая помощь, деньгами, прибить что-нибудь или кого-нибудь, можешь на меня рассчитывать.

В ответ Альбина прильнула ко мне и поцеловала меня прямо в губы. Я было ответил, но она отпрянула.

— Всё, иди!

Действие «каменной кожи» закончилось уже у меня дома.

Глава 15

Глава 15.

Магия крови. Начало.

После ужина, когда maman разобрала стол, помыла посуду, я занял кухонный стол и попросил её мне не мешать.

К приезду Василия Макаровича мне надо было успеть сделать десяток амулетов — по числу карандашей в пачке. Пачка была всего одна.

— Ты на свидание ходил? — спросила maman, вытирая тарелки. — От тебя духами пахнет. Хорошими духами.

Запах этих духов мне даже сейчас чудился. А еще мне было жутко стыдно за то, что я сделал с ней — выжил из квартиры. Как будто там других мало было?

Я вздохнул:

— Пообщался с одной девушкой. Даже поцеловались на прощанье.

— Ну-ка, ну-ка, — maman прекратила своё занятие, села напротив, наблюдая, как я делаю насечки на карандашах — по одной и по две. — Давай, рассказывай!

— Натуральная блондинка, комсомолка, не замужем, — кратко сообщил я. — Лет 20-и от роду.

— Сколько? — удивилась maman. — 20 лет? Она же старше тебя, Тоша!

— Мэм! — вздохнул я. — Мы даже не погуляли! Просто пообщались у неё дома.

— У неё дома? — всплеснула руками maman. — Ты был у неё дома? И с родителями познакомился?

— Мэм, она живет одна, — терпеливо ответил я, делая последнюю насечку. — Всё, ма. Мне надо поработать чуточку. Не мешай мне, хорошо?

Maman яростно вдохнула-выдохнула, показывая своё негодование, но смолчала. Она обернулась, чтобы сказать что-то такое, тяжелое, весомое, но встретила мой укоризненный взгляд и смешалась.

— Ладно, работай! — буркнула она, развязала и сняла фартук и ушла в комнату, плотно прикрыв за собой дверь.

Я начал работать — накачивать амулеты конструктами: карандаши с одним ободком «исцелением», оно же «айболит»; карандаши с двумя ободками — «регенерацией», оно же «хвост ящерицы».

Интересно, куда колдун успел израсходовать прежние амулеты? Я ж ему с месяц назад штук 30 разных сортов выдал! Он в деревне лечебницу открыл что ли?

Провозился я почти до полуночи. Maman на кухню так и не зашла. После ЧП во время медитации беспокоить меня она не решалась. Я заглянул в комнату. Maman уже спала, и я решился на медитацию, рассчитывая, что меня не побеспокоят.

После упражнений по развитию энергетических каналов сделал записи в дневнике. Потом «прошел» на полигон — большой зал, бесконечный в длину, где в своё время с Герисом отрабатывал конструкты. Стало немного тоскливо — без наставника я здесь еще ни разу не появлялся. Даже, кажется, чуть слеза не прошибла.

Ладно, работать надо. Время идёт.

Я вспомнил в деталях фигуру, которую нарисовала Наташка. Изобразил её перед собой, слегка напитал вершины многоугольника «живой» силой и «бросил» вперед. Астральный полигон имел особенность — конструкты-заклинания, невидимые в реальном мире (они ж мысленно создаются), здесь представали не только видимыми, но и физически реальными. Их можно было потрогать руками, разорвать связующие линии-нити между вершинами, или, наоборот, «склеить» — достаточно было прижать их друг к другу концами. Из одной такой фигуры можно было легко «вылепить» другую.

Наташкин конструкт полетел вперед и… расплылся, растаял. Значит, это было совсем не заклинание. А что? Я снова изобразил его перед собой, осмотрел, чуть поправил нити, напитал вершины силой. Хотя всё было ровно и точно так, как нарисовала Наталья Михайловна.

Конструкт снова растаял. То же самое произошло и с другими фигурами. Они пролетали несколько метров и таяли.

Для очистки совести каждую фигуру испытал дважды, не получив никакого результата. Можно, конечно, было попробовать напитать фигуры «мертвой» магической энергией, но у Натальи Михайловны я чётко разглядел «зеленое ядро» — клубок «живой» силы.