Дорога мести (СИ) - Глебов Виктор - Страница 47

— Не торопись! — прошептал ронин.

В бойлерной уже стало довольно жарко, так что их тела покрывал пот, и Закуро принялся слизывать его с Фуситэ, водя языком вокруг сосков, вдоль живота и внутренней стороны бёдер. Женщина стонала, запустив пальцы ему в волосы.

Тонны воды медленно, будто во сне, вырываются из разрушающейся плотины. Издалека они кажутся тонкими струйками, но вблизи не слышно ничего, кроме грохота напирающей на камень и дерево реки.

— Да! — женщина обжигала дыханием ухо Закуро, впившегося поцелуем ей в шею. — Пожалуйста!

Дыхание Фуситэ стало частым и сбивчивым, от кожи исходил острый запах желания.

Женщина требовательно впилась ногтями в ягодицы ронина, прижимая его к себе. Он почувствовал, как его плоть упирается в её, но всё ещё хотел отдалить миг соития. Женщина застонала, изогнувшись под ним, словно кошка. Рот её приоткрылся.

Вода падает в долину, течёт, превращаясь в маленькую реку, поднимая пыль и кружа опавшие ветки. Ей вслед летят камни и обломки брёвен, они падают, взметая к небу фонтаны брызг. Река становится всё полноводней, и, когда она вырывается на равнину и смешивается с песком, то уже напоминает разъярённый горный поток.

— Давай же! — Фуситэ приникла к губам Закуро и слегка укусила его.

Ронин резким движением вошёл в неё. На мгновение они стали единым целым, растворясь друг в друге. Закуро чувствовал, как плоть Фуситэ поглощает его.

Люди в ужасе спрыгивают с паровых машин и бегут, не решаясь оглянуться — но они обречены так же, как их подвижные крепости. Мутная вода приближается с неумолимостью смерти. Над бурлящим потоком поднимается коричневое облако брызг.

Закуро и Фуситэ двигались как единое целое. Он чувствовал на лице её теплое, влажное дыхание. Женщина смотрела ему в глаза с обожанием и страстью, которые он видел прежде и которые тщетно пытался забыть. Теперь границы времени стёрлись, все преграды обрушились, и прошлое навалилось на Закуро всей тяжестью и сладостью воспоминаний.

Он двигался всё быстрее, чувствуя, что таково и желание Фуситэ. Мокрые, разгорячённые тела мелькали в красных отсветах. Бёдра женщины широко раздвинулись, пропуская Закуро до самого предела. И вдруг она обхватила его ногами, сцепив лодыжки у него на пояснице в замок.

Ронин уже ничего не ощущал, кроме приближавшегося оргазма.

Вода бьёт в машины, переворачивает их и гонит по равнине, как ветер — перекати-поле! Она подхватывает людей и швыряет, превращая в ошмётки окровавленной плоти. Всё смешивается в диком круговороте и уносится прочь — под грохот и шипение воды.

Оргазм походил на острую боль: все мышцы словно разом пронзила тысяча раскалённых игл. Наслаждение буквально разорвало тело Закуро на части, так что ронин сперва задохнулся, почувствовав себя на несколько секунд совершенно беспомощным, а потом громко закричал, будучи не в силах сдерживаться. Лишь спустя мгновение он понял, что Фуситэ тоже кричит, а её прекрасное лицо превратилось в гримасу — вероятно, такую же, как и его собственное.

Закуро прикрыл глаза…

… он идёт по влажному песку, шлёпая по сверкающим в солнечных лучах лужам. Ветер уже унёс клубы пара, и горизонт чист. Капли воды похожи на бриллианты, рассыпанные по обломкам машин. Трупы напоминают чёрные кочки, только от них тянет горелым мясом. Иногда их едва можно отличить от камней. Несколько больших птиц снижаются и садятся на ближайшие скалы, чтобы окинуть поле боя опытными взглядами падальщиков.

Закуро встряхнул головой, чтобы прогнать видение, но оно врезалось в его мозг и застыло наподобие живой картинки.

Ронин с тихим стоном перекатился на спину, освобождая женщину, и некоторое время они лежали, мокрые и обессилившие, наслаждаясь блаженной истомой.

Потом в сознание вторглись вопли кианши и рёв огня за железной заслонкой. Закуро приподнялся на локте и взглянул на Фуситэ. Ты повернула голову. Лицо её частично скрывали влажные налипшие волосы.

— Пора? — спросила она.

Закуро кивнул.

Они быстро оделись и подошли к печи. Ронин протянул женщине толстые рукавицы истопника. Сам надел такие же.

Через пару минут им удалось при помощи железных щипцов вытащить вампира из огня. Кианши походил на жалкую головешку. Из-за пламени он не мог регенерироваться, и обрубки рук и ног торчали из тела.

— Мы хотим знать, зачем ты убивал девушек, — проговорил Закуро, садясь рядом с кианши на корточки. — И советую поговорить с нами, потому что мы можем продолжать эту пытку часами.

— Убейте меня! — прохрипел вампир.

Рот у него почти не двигался, так что казалось, слова выходят прямо из глотки.

— Нет, нам нужны ответы. Будешь говорить или бросить тебя обратно?

Вампир слегка помотал головой.

— Что? — спросил Закуро. — Я не понимаю.

— Что… вам нужно? — слова вылетали из обожжённой глотки со свистом и бульканьем.

Ронин взглянул на Фуситэ. Та не сводила с кианши глаз.

— Во-первых, кто убил и обратил девушку из дома Ханако? — спросил Закуро.

— Я.

— Зачем?

— Мне приказали.

Ронин и Фуситэ переглянулись. Ответ вампира означал, что в Эдишаме находился некто, кому он подчинялся.

— Кто? — спросил Закуро.

— Дарон арра Майрено, если это имя тебе о чём-нибудь говорит! — насмешливо прохрипел кианши.

— Вампир?

— Разумеется.

— Зачем ему это понадобилось? — задавая этот вопрос, Закуро понимал, что правда ранит Фуситэ, но дольше скрывать её было нельзя.

— Потому что ты начал совать нос не в свои дела! — кианши зашёлся кашлем, отхаркивая на пол куски обгоревшей плоти. — Какое тебе дело до шлюх, ронин? Ты ведь наёмник! Тебе что, заплатили за поиски убийцы?

— Это не твоё дело! — огрызнулся Закуро. — Других убитых тоже обратили?

— Разумеется! Лорду Дарону нужна армия, и мы её создаём.

— Мы? — вмешалась Фуситэ.

Кианши глухо рассмеялся.

— Вы думали, я один в Эдишаме? О, нет! И вы скоро в этом убедитесь!

— Каким образом? — спросил Закуро.

Вместо ответа вампир зашёлся похожим на хриплое карканье смехом. По его подбородку текла кровь, из трещин сочилась полупозрачная жидкость. Он поднял веки, и на людей взглянули регенерировавшиеся глаза — бледные, как олово. В них сквозило торжество.

Глава 54

Фуситэ порывисто схватила ронина за рукав.

— Зов! — крикнула она. — Мы забыли о нём!

Закуро вскочил. Женщина была права: они надеялись, что в Эдишаме находятся только Хозяин и обращённый им Слуга, убивающий, чтобы насытить первый голод. Но если кианши говорил правду, и в городе полно вампиров… они скоро окажутся здесь! Пока пленная тварь находилась в печи, огонь мешал ей позвать на помощь, но теперь к бойлерной наверняка спешат другие кианши.

— Почему мы не слышали об остальных убийствах? — резко спросил Закуро. — Сообщалось только о смертях девушек. Если бы твои дружки действительно создавали армию…

— Ты интересовался лишь юдзё, — перебил вампир. — Убийства нищих, бандитов и неосторожных прохожих тебя не интересовали. Подобные смерти — обычное дело в Эдишаме. Никто не обратил на них внимания.

Кианши был прав. Часто люди пропадали без следа, а их трупы гнили в земле или на дне каналов.

— Бежим, — сказал Закуро Фуситэ, хватая вещи. — Надо немедленно убираться.

— Мы что, оставим его в живых? — поразилась та.

— Ну, уж нет! — ронин обнажил катану и шагнул к вампиру.

Тот зашипел и попытался отползти, но у него, разумеется, ничего не получилось.

Закуро взвахнул клинком и точным ударом отсёк кианши голову. Фуситэ подобрала её и сунула в мешок: не хватало ещё, чтобы кто-нибудь из дружков вампира оживил его, приставив голову к шее. Убитый Хозяин не превратился в пепел и не начал разлагаться, что означало, что он жил уже достаточно долго.

Не мешкая, Закуро и Фуситэ выбежали из котельной и помчались прочь, стараясь держаться тёмных дворов и узких переулков.