Дело леди Евы Гор (СИ) - Леви Кира - Страница 76

Барон не ответил, лишь сжал челюсти, а в серых глазах промелькнула тень.

— Ты был жив всё это время? — медленно произнёс Гровенор, прищурившись.

Айдан продолжал молчать.

Я ощутила, как атмосфера накаляется. Так бывает, когда между людьми возникает недопонимание, когда слишком многое остаётся недосказанным.

Им было что сказать друг другу. Но не при мне. Поэтому я решила покинуть кабинет сама. Моё движение не привлекло внимания ни одного из них. Словно за мгновение весь мир сузился и замкнулся на них двоих.

— Милорды, — мягко произнесла я, — думаю, вам есть что обсудить.

Айдан едва заметно кивнул.

Герцог не шелохнулся, но его ладони сжались в кулаки.

Покинув кабинет, я закрыла за собой дверь. В коридоре остановилась на секунду, прислушиваясь. Тишина. Задержала дыхание и отпустила все мысли. Пусть говорят. Пусть выясняют отношения.

А у меня впереди была ещё масса дел.

Выпрямившись, направилась к кабинету господина Валентайна — предстояло заняться насущными вопросами.

***

Валентайн встретил меня лёгким кивком, поднявшись из-за стола, когда я вошла в кабинет. На его рабочем месте уже лежала аккуратно подшитая стопка документов, перевязанная тонкой бечёвкой. Все листы лично мною были пронумерованы, сшиты и описаны в сопроводительном листе. Уж я-то знала толк в делопроизводстве, прожив жизнь на Земле.

— Миледи, — сдержанно поприветствовал Валентайн, — вы как раз вовремя. Я только что закончил проверку свидетельств по делу барона Селбриджа.

Я подошла ближе, пробежала взглядом по верхнему листу. Узнаваемый витиеватый почерк Люциана сплетался в слова, а слова в предложения. И смысл их был однозначен: барон Селбридж виновен.

— Этих доказательств достаточно, чтобы привлечь барона к ответственности? — спросила, присаживаясь напротив Валентайна.

— Более чем, — мужчина сцепил пальцы в замок. — Вам удалось собрать весьма внушительные доказательства. Здесь и письменные показания фермеров, которых барон попросту обобрал, и свидетельства солдат, что ели гнилую провизию на передовой, а также документы из городской канцелярии, подтверждающие, что из казны Марвеллена были выделены суммы, которые до поставщиков так и не дошли.

Я провела пальцем по краю бумаг, обдумывая услышанное.

Этот вопрос откладывался мною намеренно, чтобы не возникло и тени подозрений, будто я свожу личные счёты с семьёй Селбридж. Теперь же все факты были собраны воедино, а преступления барона становились слишком явными, чтобы их можно было проигнорировать.

— Джеральд проделал хорошую работу, — заметила я, поднимая взгляд на Валентайна.

— Безусловно, — Люциан склонил голову, затем чуть наклонился вперёд. — Он и сам официально свидетельствует против барона. Ваша Светлость, каковы ваши дальнейшие распоряжения?

Я задумалась. Пауза затянулась. Пора было переходить к официальному обвинению. Но как это воспримет герцог? Наконец, я приняла решение.

— Подготовьте прошение в королевскую канцелярию. Нужно, чтобы королевский суд занялся этим делом.

— Разумно, — Валентайн достал чистый лист и начал записывать.

— Но сперва, — продолжила я, — барона необходимо отстранить от всех его обязанностей в городе. Он до сих пор занимает место в торговой гильдии, верно?

— Именно так.

— Это недопустимо. Пусть гильдия выберет нового представителя. Что касается его земель и имущества, то пока обвинение не будет официально предъявлено, я не могу вмешиваться. Но мы должны предупредить местную управу, чтобы они следили за деятельностью барона, пока он ещё на свободе.

— Вы полагаете, он может попытаться скрыться?

Валентайн был умным мужчиной и грамотным мастером. Но порой я удивлялась его наивной вере в людей. Для него понятие чести не было пустым звуком, и он мерял всех по себе.

— Я полагаю, что человек, который всю жизнь зарабатывал на обмане, не захочет так просто отдавать нажитое и пожинать плоды своих преступлений. Каждому по делам его. Этот принцип записан в скрижалях Светлого отца, но не все следуют этим заветам.

Валентайн кивнул, соглашаясь с моей мыслью.

— Я отправлю распоряжение сегодня же.

Откинувшись на спинку кресла, я скрестила руки на груди и снова задумалась. Процесс запущен, и совсем скоро правда выйдет на свет.

— Господин Валентайн, — обратилась к нему после короткой паузы, — насколько сильно барон Селбридж связан с другими членами гильдии?

— Достаточно, чтобы некоторые из них начали беспокоиться, — он усмехнулся. — Есть те, кто предпочёл бы, чтобы это дело замяли.

— Пусть привыкают к новой действительности, — заметила я спокойно.

Мастер взглянул на меня с нескрываемым уважением.

— Вы понимаете, миледи, что этот шаг может вызвать напряжение в кругах городской знати?

— Если знать готова покрывать преступника, пусть тоже готовится к последствиям. Король справедлив и не применит наказание большее, чем того заслуживает барон. Но преступления барона столь велики, что их однозначно расценят, как измену интересам народа нашего королевства. Захотят ли эти круги в таком случае покрывать преступника?

Валентайн удовлетворённо кивнул, затем аккуратно сложил бумаги в толстую кожаную папку.

— Тогда не будем терять времени. Я займусь этим немедленно.

Я поднялась, не спеша оглядела кабинет, затем направилась к двери.

— Сообщите мне, как только документы будут переданы в канцелярию, — бросила через плечо, прежде чем выйти.

— И да, господин Валентайн, милорду о передаче дела барона Селбриджа в королевский суд я сообщу лично... Вероятно, он захочет принять участие в его судьбе, — мой голос резко сел, но я, прочистив голос, уверенно продолжила: — И в судьбе дочек барона… Леди Иоланды и… не знаю, как зовут вторую девушку.

Валентайн внимательно посмотрел на меня, чуть прищурившись, словно оценивая скрытый смысл моих слов.

— Её зовут Мишель. Безусловно, миледи. Думаю, герцог Гровенор не останется в стороне.

Валентайн подтвердил мои мысли. И мне от этого стало ещё тяжелее на душе.

Глава 48. Самый сложный разговор

Выйдя из кабинета, я остановилась в приёмной, не решаясь зайти в свой кабинет. Мне не хотелось начинать этот тяжёлый разговор, но обстоятельства требовали.

Как преподнести эту новость герцогу? Ведь помимо самого барона, чьё падение теперь было лишь вопросом времени, существовала ещё одна проблема — его дочери. Они не были виновны в преступлениях отца. И всё же, в глазах общества пятно позора ляжет и на них. Вдобавок, если имущество семьи будет конфисковано, что тогда? Где окажутся жена барона и его две дочери, которые как раз находятся в том возрасте, когда родители начинают подыскивать выгодные партии для замужества?

Мне пришлось вернуться в кабинет к Валентайну с просьбой.

— Господин Валентайн, подготовьте для меня досье на женскую половину семьи Селбриджей. Я должна понимать, что принадлежит жене барона лично и как устроить дальнейшую судьбу женщин.

Он молча кивнул, и я вышла из кабинета. Однако стоило мне приблизиться к дверям, как дверь распахнулась. Рэйвен Гровенор выходил из комнаты с явно хорошим настроением. Густые тёмные брови были расслаблены, пальцы одной руки небрежно касались рукояти клинка, висящего на боку. Он явно только что закончил разговор с бароном Локсли и был им доволен.

Наши взгляды встретились. И я увидела, как в его глазах на мгновение мелькнуло что-то странное, словно он смотрел на меня впервые и изумлялся.

— Ваша Светлость, — спокойно произнесла я, склонив голову в знак приветствия.

Он посторонился, пропуская меня в кабинет.

— Миледи, я благодарен вам за жизнь друга, — с чувством произнёс мужчина. И столько в его голосе было теплоты, что я даже усомнилась, что передо мной стоит именно генерал, а не его двойник.

— Я сделала это не ради чьей-либо благодарности, милорд. Делай, что должно, и будь что будет. Это моё кредо. Что ж, милорд, если вы ещё тут, то мне не придётся посылать за вами. У меня к вам серьёзный разговор. Барон Локсли, я вас попрошу об одолжении, сопроводите Игги в торговый квартал. На неё вчера напали, я не хочу повторения. А в ратуше есть, кому за мной присмотреть.