Дневник травницы (СИ) - Шорен Канна - Страница 19

— Драко Малфой, не иначе! — всё ещё хихикая произнесла девушка, наблюдая удивлённое лицо Яромира.

— Кто-кто?

— Один очень капризный персонаж из книги. У него тоже отец был важным человеком, но настолько, как ваш.

Есения впервые чувствовала какую-то лёгкость, а не страх или трепетание перед одним из важных людей царства. Напротив, она почему-то думала, что всё будет хорошо. У многих магов была излишне развита пресловутая интуиция, предупреждающая об опасности, и её сейчас молчала.

— Если твой отец так решит, то, значит, так и будет, — девушка снова принялась фамильярничать с Яромиром. — Кто я такая, чтобы спорить с царём, верно? Но! Что делать с тобой после выздоровления, решать буду не я, а твой отец и Мудрейшие.

— Ты сообщила моему отцу? — Есении показалось, что его губы как-то слишком побледнели. — Ты не могла промолчать?!

— Даже если бы и могла, не имела право. Умри ты прошлой ночью, что я должна была сделать? Похоронить за оградкой церковного кладбища или всё же найти твою семью? Ты серьёзно ранен, и всё ещё можешь отбросить копыта, не забывай.

Снова повисло молчание, только на этот раз куда более спокойное и лёгкое. Яромиру явно нужно было время, чтобы всё происходящее обдумать, а девушке закончить с работой. Она молча поставила перед ним несколько кружек с отварами и вернулась к своей кропотливой бумажной работе. Книги, особенно по редким травам или зельям, были невероятно дорогими. Поэтому их целители передавали друг другу по длинной цепочке, в которой Есения была где-то в середине. Отдать книгу следующему целителю, Ялике, она должна будет через шесть дней. Обычно таких книг за год было около десятка, не больше.

Перо долго скрипело, выводя каждую буковку и линию на рисунках. Лист один за другим отправлялись сушиться на солнце на соседний, лабораторный стол, со временем образуя внушительную стопку. Есения закончила тогда, когда глаза уже принялись слипаться от усталости, и затёкшая от неудобного положения спина начала противно ныть, а закатное солнце уже окрасило комнату в багровые оттенки. Она осмотрела то, что сделала и покачала головой, осталось ещё написать чуть меньше половины книги.

— Знаешь…. Спасибо, что спасла меня.

Девушка застыла на мгновение, посреди попытки растянуть находившиеся в неудобном положении так долго мышцы. Уж что-что, а слов благодарности она никак не ожидала.

— Обращайся, удачливый засранец! — не смогла не съехидничать Есения.

Яромир хотел было явно что-то ответить, но в этот момент в дверь постучали….

Глава 12

— Здесь живёт целительница Есения? — послышалось излишне официально из-за двери.

С опаской девушка лёгкими, едва слышными шагами подошла к ней, напрягаясь. Обычно таким тоном обращались только какие-нибудь войны или…. Есения слишком громко хлопнула себя по лбу. Маги! Она же попросила прислать магов!

— Кто её спрашивает? — для пущей уверенности переспросила она.

— Мы — маги из гильдии Бойцов.

— Покажите ордена, — требовательным голосом запросила девушка, открыв дверь наполовину.

Стоявший на пороге худосочный мужчина средних лет примерного того же роста, что и она, поспешил опуститься на пару ступеней вниз и протянул на ладони к ней знак их гильдии, небольшой круглый щит с пересечёнными крест-накрест посохом и мечом.

— Другое дело! — Есения схватила шаль и вышла к ним на улицу, закрыв за собой дверь. — У меня раненный в доме, сами понимаете.

— Понимаем, не будем тревожить его, — мужчина откашлялся, а девушка тем временем заметила в сумеречных потёмках за калиткой стоящую рядом с гнедой совсем юную девчушку, совсем ребёнка, явно только училась, от силы ребёнку было лет десять.

— Ученица ваша? — кивнула Есения в её сторону.

— Вера? А, да. Только два дня назад изучили волколаков, а тут такая удача!

Маг был из явных фанатиков своего дела, девушка таких любила. Они всегда выполняют всё точно, а ей ещё и может что перепасть по ингредиентам. А если попросить, так точно это сделает.

— Вот уж точно, удача…. — улыбнулась Есения. — Вам подсказать, кто сможет помочь?

— Будем премного благодарны.

Девушка принялась описывать путь до дома главного охотника деревни. Но он был настолько запутанным из-за нахождения в ещё старых постройках деревни, что повторять пришлось трижды, дабы маги смогли запомнить адрес как скороговорку. Она также подсказала, где им можно будет лучше заночевать, а в какой из таверн выгодно набить желудки горячей едой и хорошей выпивкой. Но в ответ попросила лишь принести ей любую из частей волколака: зубы, когти или подобное. Мужчина нахмурился от её слов, но всё же после недолгих раздумий кивнул, добавив ёмкое: "Если будет". Поблагодарив её, маги поспешили уйти, пообещав заглянуть на следующий вечер. А Есения, проводив их взглядом, вернулась в дом.

— И кто там? — недовольным тоном произнёс Яромир, недовольно скрестив руки на груди.

— Да так, маги пришли, — Есения спокойно зажгла свет с помощью магического шара и принялась готовить еду для них обоих. — Им нужно найти гнездо волколака, если оно есть. Ты его убил, да, но у него могла остаться самка и даже потомство. Одного волколака оставить можно, но не целый выводок.

Мужчина в итоге ей не ответил, а девушка краем глаза увидела его кивок, мол: "Понял, вопросов больше нет". А она те временем очень быстро подготовила ингредиенты: гречка отправилась в горшок, а нарезанные лук, морковь, немного чеснока и свинины на чугунную сковороду с достаточно большим количеством сливочного масла, посыпанное это всё сверху солью и щепоткой дорого в этих краях чёрного перца. Это всё было для приготовления любимой с прошлой жизни гречневой каши "по-купечески". В студенческие голодные годы, правда, это была скорее какая-нибудь недорогая тушёнка с кучей непонятного жира и разваренная вхлам гречка, но это тогда для неё было вкуснее всех деликатесов. Накрыв крышкой горшок, Есения с помощью ухвата отправила его внутрь разгорячённой печки. Вслед за ним пошла и сковорода, встав рядом. По комнате начал разливаться приятный запах тушащегося мяса каждый раз, когда чугунная посудина оказывалась вне печи, чтобы в очередной раз перемешать пытающиеся пригореть ингредиенты. Девушка было очень жаль отсутствия в этом мире хотя бы так называемых "буржуек". На ней было бы разы удобнее что-то жарить или тушить, но заказывать у кузнеца, заморачиваться, а потом ещё печь убирать, строить на её месте нормальный пол, делать воздуховод, перестилать часть крыши и многое другое…. С этим Есения уж точно не хотела заморачиваться. Да и печь была в разы уютнее и роднее. Спустя каких-то двадцать минут на глубоких тарелках уютно расположилась обжигающе-горячая каша, а поднимающийся от неё пар разносил по комнате приятный аромат готовой еды.

— Моё лучшее творение! — с этими словами девушка поставила поднос с ужином на колени Яромира. — Приятного аппетита!

Есения взяла свою порцию и села на кресло, сложив ноги по-турецки. Так сидеть и тем более в такой позе есть было вредным, но кто ей запрещает? Поэтому она зажмурившись и с большим наслаждением вкушала каждую ложку, растягивая удовольствие.

— Хорошо, признаю, ты умеешь готовить!

Мужчина настолько быстро, по сравнению с Есенией, съел еду, не забыв напоследок даже вылизать ложку. Он сидел с крайне удовлетворённым выражением лица, сложив руки на животе. Это вызвало у девушки улыбку. Простая еда в руках знающего человека могла стать настоящим шедевром кулинарии.

— Благодарю за похвалу.

Она неспешно доела, забрала грязную посуду и отнесла в ванную комнату. Сегодня она устроит массовую помывку давно скопившейся посуды и попробует отстирать вещи Яромира, а может даже постарается аккуратно зашить. Если останутся силы, то и наконец-то тщательно вымоется, а не просто подмоется на скорую руку. Но сначала нужно дать мужчине снова отвары. По крайней мере, обезболивающее принимать ему придётся практически до самого выздоровления. Боль отнимает слишком много сил, а для лечения они необходимы. Антибиотики она последний раз вколет сегодня, когда он уснёт. Больше запасов готового пенициллия у неё просто не осталось, всё она продала и отправила другой целительнице на крайнем севере. Останется только уповать на остальные лекарства и то, что организм мужчины сильный и со всем справиться. Есения, вернувшись в комнату, снова протянула Яромиру две кружки.