Деспот на кухне - Кушкина Милена - Страница 5

Вот только в этой суете я даже не подумала о том, куда же мне теперь идти.

Аполлинария Петровна перехватила меня на подходе к дому.

– Не ходи пока туда, не надо, – сказала она, многозначительно кивнув на окна моей комнаты, – там эти недавно пришли. Очень на тебя ругались, что ты их за какими-то бумажками послала, а денег на проезд нет. И на еду нет, потому что ты все в кафе забрала, заказывать продукты.

Действительно, уходить из прошлой жизни под звуки скандала не хотелось, поэтому я приняла приглашение старушки и отправилась пить чай.

– Заодно приготовишь мне чего-нибудь, – хитро прищурилась она, – хорошо это у тебя выходит. Прямо хоть сейчас в шоу.

– Какое шоу? – спросила я.

– Как это какое? – удивилась бабушка Поля, – кулинарное. Будешь звездой.

Я рассмеялась. Всем же известно, что в этих шоу все заранее отрепетировано на потеху публике и призовые места распределены. Не стала разочаровывать добрую старушку.

Когда мы пришли на кухню, Аполлинария Петровна оставила меня разбираться с тестом, а сама скрылась в глубине квартиры. Минуту спустя она вернулась, неся круглую банку, наполненную почти до краев. Внутри ещё какая-то трава была. Подумав, что она просто решила сменить в емкости воду, я принялась отмерять муку и дрожжи.

– Вот, – женщина важно водрузила стеклянный сосуд на стол между мисок с молоком и сахаром.

– Что это? – спросила я в надежде, что это не ингредиенты для начинки.

– Рыбка, – ответила она.

Ну вот, у старушки уже крыша едет. Она мне предлагает в пирог положить живую рыбку. Аквариумную.

– Вам если кушать нечего, вы так и скажите, – сказала я, испугавшись, что она от голода решила своего питомца на фарш пустить.

Из-за водоросли испуганно выглянула очаровательная голубая рыбка с плавниками и хвостом, переливающимися всеми цветами радуги. Я невольно залюбовалась.

– Ты не поняла, – сказала Аполлинария Петровна, пододвигая круглый сосуд ближе ко мне, – это твое.

– Мне? Рыбка? – удивилась я, прикидывая, не тронулась ли бабуля умом.

– Это фамильяр, – уверенно сказала баба Поля.

– Чей? – опешила я.

– Так твой же, – заявила она.

Я невольно глянула в сторону выхода. В пару прыжков успею добежать. Руки от муки на ходу отряхну. Мало ли, может тут чердак давно и основательно течь дал.

Аполлинария Петровна уловила мои мысли о побеге и предусмотрительно перегородила дорогу.

– Ты не волнуйся так, Лорочка, – ласково проговорила она, и я поняла, что дальше ничего хорошего меня не ждет, – ты вчера платочек у меня брала слезки утереть, помнишь?

Я растерянно кивнула, припоминая тот дорогой платок. Может, ей стоимость надо возместить? Надеюсь, это не было подаркам какого-нибудь маркиза полвека назад.

– Платок тот не простой, – начала баба Поля, а я поняла, что на возмещение ущерба мне придется еще один кредит брать.

У меня мелькнула шальная мысль, что на ночлег можно будет сразу в яму долговую идти. Там и останусь, все равно за испорченную семейную реликвию мне не рассчитаться.

– Он впитал твои слезы и, наверное, пробудил фамильяра. Наутро аквариум появился прямо под платком. Вещь явно магическая, – чем больше говорила эта женщина, тем больше я понимала, что кто-то из нас двоих умом тронулся.

– Фамильяр? У меня? – уточнила я. – У меня же магии нет, откуда ему взяться? Давайте лучше по первоначальному плану: используем рыбу как начинку. Могу даже с водорослями пирожок сделать, там коллагена много.

– Фамильяра в пирог? – раздался мужской голос. – Да она с ума сошла, баб Поль!

Я в панике оглянулась. Бабуля оказалась не так проста, и припрятала где-то своего сообщника? У меня возникла ужасная догадка. Наверное, они думают, что деньги после распродажи со мной остались и решили ограбить. Что ж, придется их расстроить.

– Кто здесь? – удивилась старушка.

Вот дает! А может, позабыла уже? Я слышала, что у пожилых бывает такая форма потери памяти, когда они забывают все. Как рыбка.

– Попрошу про рыбок не высказываться в таком ключе! – строго сказал мужчина.

– С тобой, что ли, мужик пришел? – удивилась бабуля. – Так пусть проходит, давненько у меня дома мужиком не пахло.

Я покачала головой. Кажется, это галлюцинация. Массовая. Может, в муке какая спорынья была?

– Сама ты галлюцинация, – обиженно заявил невидимый мужчина.

– Да где вы? Покажитесь! – строго сказала я, понимая, что розыгрыш затянулся.

– Да тут я! В аквариуме!

Мы с бабой Полей переглянулись и приблизились к пузатой склянке.

– Это не шутка? – спросила я, с ужасом глядя на рыбку.

Та сложила плавники, словно обиделась и вильнула хвостом, обдав меня брызгами.

– Ишь ты, какая птица! – сказала я, разглядывая говорящую диковинку.

– Я не птица! – бросила рыбка, и я отчетливо увидела как шевелятся ее губы.

– Ну рыба, прости, – извинилась я.

– Я не рыба, я фамильяр! – отчитала меня рыбина. – У меня даже имя есть.

– И как же тебя зовут, рыбка-фамильяр? – спросила я.

– Аркадий, – важно представилось существо и важно поклонилось.

– Батюшки! – Аполлинария Петровна схватилась за косяк. – Аркаша, как мой покойный третий муж!

Бледная Аполлинария Петровна сползла по стеночке. Надо было приводить старушку в чувство. Водичкой плеснуть в лицо хотя бы. Не придумав ничего умнее, зачерпнула воды из аквариума, чем очень возмутила рыбку с тонкой душевной организацией.

После легкого душа баба Поля начала приходить в себя, а фамильяр с оскорбленным видом удалился в водорослевые заросли.

– Лора, а он ушел? – спросила старушка, испуганно оглядываясь.

– Кто, баб Поль? – участливо спросила я, подавая ей стакан воды. Уже не из аквариума.

– Так это, дух Аркашкин! И голос-то какой похожий был, – ответила она, немного приободрившись.

– Так это муж ваш?! – обрадовалась я, что это не мой фамильяр все же оказался. А то что мне с рыбой делать говорящей?

– Между прочим, я все еще здесь, – раздался ворчливый голос из аквариума.

Мы обе снова подпрыгнули от неожиданности. И с опаской приблизились к аквариуму.

– Аркадий, попрошу объясниться! – строго сказала Аполлинария Петровна.

– Я слушаюсь только хозяйку, – бросил синий нахал из аквариума.

– Уважаемый, объясните, что происходит, – вежливо попросила я, еще не хватало, чтобы этот рыба-мачо снова обиделся.

– Все просто, – пробасил чешуйчатый красавец, – в момент сильного душевного переживания юная ведьма создала магическую искру и призвала фамильяра. В ритуале был задействован платок, поэтому я имею некоторые черты, присущие его бывшему хозяину.

– И впрямь, занудный, как мой муженек бывший, – подтвердила Аполлинария Петровна.

– А почему именно рыба? – поинтересовалась я. – Птичкой или белочкой практичнее было бы.

– А меньше надо было реветь! – погрозил плавником Аркадий. – Развела тут сырость. Фу!

Ну вот, мало того что мне жених указывал, как жить, так еще и фамильяр оказался абьюзером. Я сделала осторожный шаг к выходу, намереваясь трусливо сбежать.

– Стоять! – рявкнул Аркадий так, что поверхность воды пошла кругами. – Куда пошла без фамильяра? Ты теперь должна заботиться обо мне, водичку менять, кормить вкусно.

– А ты? – до этого дня я как-то не ощущала потребности в магическом помощнике.

– А я просто Аркадий, – наглый рыб изобразил оскорбленную невинность.

– Лорочка, придется его тебе с собой забрать, – сказала старушка, – фамильярам положено жить с магами, которые их призвали. Поверь мне, я много их повидала. Раньше лечила захворавших питомцев, да и муженек из магов был.

Ну и вот куда мне его? У него хоть жилье есть, пусть и прозрачное. А я без пяти минут бездомная. Зато с фамильяром!

– Как это бездомная?! – удивился Аркадий, который мог читать мои мысли. – А где мы ночевать будем?

– Баб Поль, можно он у вас побудет, пока я новую комнату не сниму! – взмолилась я, отступая к выходу.