Не учите меня, канцлер! (СИ) - Варварова Наталья - Страница 5

— Лежат рядом два раненых одним заклинанием. Один из Лондиниума, другой из Элидиума. Доктор осмотрел первого и отправил в штрафбат за симуляцию. Осмотрел второго и говорит: «Что же вы труп от контуженного отличить не можете? Он не шевелится, даже не дышит…».

Чем кончилась эта занимательная история, я не узнала, потому что у доктора призывающий камень засверкал в кармане так, будто вот-вот взорвется, и он бросился наутек вслед за Айваром.

Я нисколько не сомневалась, что это был Торстонсон, который отслеживал, чтобы никто из мужчин не задерживался у меня надолго — ни лекарь, ни секретарь, ни учитель, ни ученик.

При других обстоятельствах я бы, наверное, допустила, что высеченный из цельного куска скалы Торстон ревновал, но наша ситуация не имела двойных трактовок.

Зелье выжигало эмоции раз и навсегда. Канцлер лишь боялся слухов вокруг моего имени.

Да, он согласился на мужской костюм и каблуки, но все ради того, чтобы я слыла эксцентричной и не была похищена в гарем какого-нибудь вельможи. Он лично обещал мне безопасность.

На Элидиуме недолюбливали все вызывающее, а девушек обязывали быть скромными и женственными.

Мы обговаривали мой образ заранее, и на тот момент его все устраивало. Однако с каждой новой встречей Торстонсон вел себя все более дико.

Глава 7

Через час я уже наслаждалась ароматным чаем, приготовленным Айваром. В меру терпкий и в меру мягкий напиток лучше всего примерял меня с тем, что дурацкий день далек от завершения.

За первый месяц в Тайлерине я сменила четырех личных секретарей. Все они смотрели на начальницу со смесью ужаса и презрения, и только блеющий от нерешительности Айвар нашел подход.

Он заваривал лучший чай, что я здесь пила, и вовремя притаскивал сладости. Это помогало поддерживать настроение, и очередное проклятие оставалось непроизнесенным. За фигуру я не переживала, потому что в этой школе проводила на тренировочной площадке еще больше времени, чем в Гретхеме. Раздражения скапливалось непозволительно много.

На блюдце Силкх разложил яблочно-вишневую пастилу и белоснежную нугу, обсыпанную сверху орешками. На третьем глотке чая я уже смирилась с тем, что Торстон Торстонсон существовал в одной со мной вселенной. Но как надолго он намерен задержаться в школе?

На четвертом глотке я чуть не подавилась. Секретарь поведал, все тем же загробным голосом, что в Тайлерин доставлен багаж господина канцлера. Чемодан переправили в его апартаменты порталом — Айвар лично контролировал прием — а несколько объемных баулов материализовались в закрытой зоне и, по словам Силкха, были левитированы в святилище людьми Торстонсона.

На моей памяти ларг не появлялся в школе, так сказать, с вещами. Он ночевал здесь всего пару раз, устраивая неформальные встречи со знатью.

Все логично. В Тайлерине учились отпрыски знатнейших семейств Элидиума. И родители могли прибыть сюда с другого континента под предлогом навестить чадушко. У канцлера же в выпускном классе готовился к экзаменам родной племянник.

В политику я не вникала. Меня устраивало, что бывший предупреждал о таких визитах заранее. Занимался своими гостями и со мной почти не пересекался. Однако, если канцлер и брал с собой саквояжик со сменой белья, это не обставлялось с таким пиететом.

— Канцлер прибыл со свитой? Он что-нибудь объяснял? Мне он сказал, что этим вечером нам должно подготовиться к прибытию магов… Что это за маги, ты в курсе, Айвар?

Секретарь как раз выносил поднос. Он неловко оперся на одну ногу, споткнулся; заварочный чайник наклонился, а плошка с сахаром стремительно заскользила вниз. А далее несколько событий произошли одновременно.

Во-первых, сработало гасящее заклинание, настроенное Торстонсоном на подавление опасных инцидентов у меня в кабинете. Неведомая сила вернула предметы на свои места и выправила поднос обратно. Во-вторых, Айвар, маг-воздушник со средним ресурсом, тут же потоком приподнял злосчастный поднос. И наконец, в-третьих, — вмешалась я, выбрав для этого наименее удачный момент.

— Не хромай, а выпрямляй, — выпалила я. Скорее от неожиданности, чем от желания помочь сохранить равновесие.

В моем мире это безобидная присказка, которую произносят, когда кто-то не совладал с телом. Ну, вместо «не болей», сказанного после того, как человек чихнул. Только в устах чароплета любая инстинктивная фраза, да еще и рифмованная, это приказ.

Айвару и здесь не повезло, потому что гасящее заклинание с таким коротким интервалом не срабатывало. Вот ляпни я секунд через тридцать… Тогда, возможно, его зацепило бы не так сильно.

Мужчина неестественно выгнул спину куда-то в обратную сторону и одновременно закинул поднос в пространственный карман. Двинулся к двери на негнущихся ногах — поворачивая на меня голову, но не корпус.

— Госпожа, я дико извиняюсь, но я теперь прямой. Везде и слишком. Мне придется покинуть рабочее место на этот день, до завтрашнего утра, а моей невесте — взять выходной.

Это было так не вовремя, лишиться Айвара сейчас, когда он приглядывал за канцлером. Однако винить, кроме себя, некого. Чарословие — самая примитивная, достихийная, магия, обращенная к жизненной силе. Во всяком случае, так я себе объясняла тот факт, что в безобидных ситуациях чары первым делом цеплялись к половому вопросу. Как репей к ослиной… шкуре.

Раздеть кого-то или вызвать специфическое напряжение, как сейчас у Айвара, — это запросто.

— Я тоже сожалею, Айвар. Прости, что испортила тебе день. Компенсация за счет школы, а Зауре я переведу со своих средств. Ей же пропуск смены в пекарне никто не оплатит.

Невеста Силкха работала в булочной в малюсеньком городке, обслуживавшем нужды Тайлерина. Там не было ресторана, вместо кафе имелась всего одна кофейня. Зато аптеки представлены в изобилии — сразу четыре.

— Заура — вдова и девушка крепкая. Она ни разу не жаловалась и исправно шлет вам приветы, — с нажимом заявил Айвар.

Еще один мачо-чурбан на мою голову. А подумать о том, что у нее на этот день могли быть другие планы?… Однако секретарь все же вспомнил, с чего мы начали.

— Насчет тех магов, очевидно, хмм, скорее всего… Устроители турнира собираются за неделю до мероприятия. До турнира как раз восемь дней ровно. Так что они будут заняты: готовить сцену, строить амфитеатр, настраивать систему безопасности.

— Айвар, стой! Что зай ерунда, какого еще турнира? Прямо у меня в школе? У нас только-только запустился учебный процесс. О чем думает этот безголовый…

Но секретарь уже вышел в коридор. Задерживаться он не желал. Продолжал удаляться и отвечать на мои вопросы.

— Известно какого. Турнира пяти королевств! Самих королевств больше нет, но состязания между сильнейшими из молодых магов проводятся ежегодно… А канцлеру вы сами все расскажете. Как и он вам. Напоминаю, до вашей беседы остался час…

Его голос затихал. Вдоль длинного перехода катилось эхо. Предусмотрительно захлопнув рот ладонью, я пошла притворить дверь. Секретаря уже было не видно, но где-то впереди мелькнул нахальный хвост Элежберты.

Глава 8

Через час я уже стояла у кабинета ларга. У ничем не примечательной двери, обитой дубовыми панелями. Однако случайного посетителя должен был насторожить тот факт, что других дверей в этом крыле не имелось. Здесь начинались покои канцлера.

Приемная. Кабинет. Библиотека. Глубже мне, слава краку, заглядывать не доводилось. Но все комнаты для личного пользования тоже где-то там.

Попасть в это крыло можно только, получив доступ от нашего всесильного мага. В стародавние времена эту дверь непременно охраняло бы многоголовое чудовище, но надобность в нем сокращалась по мере того, как росла мощь хозяина этих апартаментов.

Сейчас главный монстр обитал внутри, и надо быть полной идиоткой, чтобы соваться туда по собственной воле. Я могла бы настоять на встрече, например, в столовой или на лавочке в парке. Злясь на себя за пораженческие мысли, я постучалась.