Не учите меня, канцлер! (СИ) - Варварова Наталья - Страница 32

Нервно заерзала, потому что его дыхание опаляло через шелковые брюки. Подозрительно все это… Неужели он опять? Эмре спрятал голову почти у основания бедер и затих.

— Не дождешься. Твои фокусы больше не работают. Это зелье дало мне хоть что-то полезное. Я ни за что не скажу, что ты лучшее, что со мной было. Когда я стала первой девушкой профессором из Аллеи, вот тогда да. Или когда мой учебник по основам чароплетения признали за стандарт во всех государствах, входящих в образовательный консорциум… И даже у вас! А ты всего лишь эпизод, Эмре. Недоразумение.

Слезы почему-то не спешили останавливаться. Я не выдержала и провела по его шее. Сначала одним пальцем, а затем тремя. Это так больно, что невозможно оторваться. Ларг молчал.

— Зачем ты притащил сюда эту девочку, Эйдан? Чтобы растоптать меня? Показать, что я все так же слаба и не в состоянии ни на что повлиять?

— Любимая, не надо над собой издеваться. Эмина нужна была, чтобы успокоить самых психованных из верхушки. Мол, все идет по их сценарию. Я не готов погрузить ослабевший Элидиум в новую войну. Но поселить ее в Тайлерине на время Игр было плохой идеей. Ее поведение меня не устраивает. Завтра же отправлю девушку домой.

Я вздохнула. Он развернулся и припал губами к моей ладони.

— Что-то пошло не так? Она живая, не хочет быть твоей ширмой?

— Нашей ширмой, Ле-ти… И все-таки у тебя настроение разговаривать.

__________________

* la bite pompeux — с фр., в литературном варианте, напыщенный индюк/дословный перевод использовать не будем))

Галабия/галабея/джеллабия — длинная мужская рубаха свободного кроя, без воротника, с вырезом и без выреза; встречаются варианты на пуговицах.

Глава 39

Я и не думала продолжать в таком ключе. Коленопреклоненный ларг ужасно напрягал, вызывая слабость в нижней половине тела. Даже в пятках.

— Мне неудобно. Хватит. Мы с тобой не подростки, чтобы развлекать друг друга вот так.

Эйдан, разумеется, мог бы ответить, что он только рад сменить позицию. Но, к моему удивлению, мужчина промолчал.

Впрочем, он тут же подхватил меня на руки и усадил к себе на колени. Я же по-прежнему силилась понять, в чем крылась причина моей слабости.

Почему я обошлась без проклятий и почти млела из-за того, что он рядом… Усталость за целый день взяла свое, или это настолько тонкое воздействие, что, в отличие, от того, что испускала шайка выпускников, я его не замечала?

— Перестань. Это потому что ты тоже по мне скучала. Все эти годы. Сильно. Ле-ти… Я долго решался встретиться с тобой в вашем мире. Это был большой риск, мое состояние только бы усугубилось, но я почему-то надеялся, что ты тоже… Что я не совсем обречен.

Сейчас его губы касались моей шеи, а кончик носа поглаживал ухо. Он был возбужден и одновременно излучал довольство и успокоение. От противоречивых сигналов меня потряхивало.

— Когда ты взглянула на меня на той конференции по бытовой магии, ровно пятнадцать лет спустя, то в глазах бушевала такая буря… Готова была раскрошить меня на части и развеять по ветру. Это что угодно, но не равнодушие, которое бы меня уничтожило.

Кончиками пальцев он подбирал дорожки слез. Я лишь взмолилась про себя, чтобы он не вздумал их слизывать.

— Эмре, а какой реакции ты ожидал от женщины, замороженной по твоей милости на долгие годы? Я не сразу сообразила, что веду себя странно. Работала с менталистом, плавала в океане в обнимку с дельфинами. Да чуть ли не на воздушном шаре поднималась, хотя не люблю высоту. И все ради того, чтобы так и не решиться на свадьбу с хорошим человеком.

Канцлер дернулся, но даже упоминание Маверика не сбило его с толку. Вот что значит настрой.

— Зелье должно было убить любые эмоции по отношению ко мне, а ты устроила ураган. Орала на меня, швырнула в фонтан, угрожала, лупила своими маленькими кулачками, царапалась…

— Да у тебя эротический бред. Я делала это совсем без того умысла, который ты вкладываешь! Всего лишь, чтобы ты от меня отвязался.

Воспоминание о том, как я превратилась в персону нон-грата на целом континенте, до сих пор не смешило. Ларг явился под мои очи с незамутненной наглостью, как будто всех этих лет просто не было.

— А день назад ты вернула эмоции, Ле-ти. Сама. Для этого не понадобились ни усиливающие артефакты, ни давление с моей стороны… Ты просто прикоснулась ко мне в нечеловеческом обличии, и этого оказалось достаточно.

Интересно, какое давление он имел в виду? То, которое я сейчас ощущала ягодицами?

— То есть ты эти три месяца ждал? Вывез сюда и собирался провоцировать дальше? Заставил смотреть на свою Эмину, умирать от отвращения к себе.

Я снова вырывалась, а он снова без всяких усилий удерживал меня на месте. Я бы сказала, с удовольствием. Каждое касание об мою кожу заставляло плотную прохладную дымку вокруг нас вибрировать. Ларг распустил темный кокон, как делал в минуты наслаждения, и за пределами полуметра в комнате ничего не было видно.

— Я так устал без тебя, Ле-ти. Устал не дышать, не парить… Разве я мог забрать тебя при живой жене, ты бы меня простила? Смирилась бы? Прости за злые слова вчера. Да, не стоило спешить с этим зельем. Возможно, появляйся я раз или два в год у тебя на Лондиниуме, обоим было бы легче…

Я заколотила кулаками ему в грудь. А он убрал мои руки, разведя их в стороны, и спрятал лицо уже на моей груди, не переставая жадно вдыхать.

— Как же хорошо. Откуда ты такая на белом свете… И опять недовольна. Что я сказал не так? И что ты привязалась к малютке Эмине? Ей все равно, за кого из Эйданов выходить. Да, ее семья в восторге, что все так повернулось. Она была просватана за одного из моих племянников. И, думаю, даже влюблена. Потом пришли эти дурацкие тесты. Тем не менее, у них с Фаридом совместимость не намного ниже… Надо всего лишь потерпеть чуть-чуть, пока я со всем разберусь. Я же согласился терпеть твоего Дэмиана.

Велейна. Вот о чем я забыла. Как насчет моего водворения на облако и полнейшей неприкосновенности? Я спросила об этом у Эмре, и он долго ругался, пользуясь тем, что у него даже самые витиеватые выражения обходились без последствий.

— Наверное, Эмине напомнил этот древний обычай кто-то из родственников. Любимая женщина правителя была так же важна, как и он сам. Поэтому ее берегли от любых угроз, включая детей и государственные дела. Мне и в голову не приходило принуждать тебя к чему-то подобному. Лишь бы ты была счастлива рядом со мной.

Я не удержалась. Память у меня всегда функционировала нормально.

— Эмре, ты сам себе противоречишь. Еще день назад у тебя имелась идеальная мать для твоих детей. Ты соглашался, что мне тоже нужна семья и дети. И убеждал, что будешь искать выход, который всех устроит.

Он принялся покрывать поцелуями шею и ключицы. В какой-то момент пиджак с меня снова исчез.

— Видишь ли, пока между нами связь и я еще дышу, то я не подпущу к тебе кого-то другого. Ни Дэма, ни старика, ни брата — если бы хотя бы один из них дожил до этого дня. Так устроены ларги. Поэтому нам придется иметь дело с тем, что есть.

Наступил мой момент надолго замолчать и закрывать глаза, чтобы он не заметил, что я уже готова… прервать наш разговор и перейти к другому способу общения. Но в этот раз ларг твердо намеревался закончить вербальную часть.

— Я либо заставлю кланы принять тебя императрицей, либо ты все равно будешь ею, даже без свадебного ритуала — что же, тогда многие упрямцы сложат головы. Но это их выбор… Или, тоже вариант, мы уйдем отсюда вместе… Правда, я обещал Гюрай, что Элидиум изменится, и не могу нарушить клятву. На это тоже уйдет время.

— Ты никогда не предлагал мне… Почему ты передумал?

Ответ Эмре показался мне странным. То есть целиком в логике Элидиума.

— Твой мужчина должен дать тебе все, что ты пожелаешь, Ле-ти. Как я смогу себя уважать, если не сделаю этого? Но согласишься ли ты выбрать меня и остаться без детей? Давай дождемся вердикта лекарей. Я же пообещал все время держать тебя в курсе.