Санька-умник 2 (СИ) - Куковякин Сергей Анатольевич - Страница 27

— Куда тебя черти унесли? — Василий меня уже потерял.

Я показал жестом, что перекурить отходил.

— Садись. Ешь. Пей.

Полковник уже говорил рубленными короткими фразами.

Ну, всё с тобой, Василий, понятно…

— За что хоть меня в субординатуру? Время-то теперь мирное… — вооруженный информацией майора, начал я исподволь колоть Чернова.

— Мирное? — хмыкнул полковник. — Сегодня — мирное, завтра — военное…

Ну-ка, ну-ка…

Про какое такое военное Василий речь заводит?

— Подучишься. Всё больше пользы от тебя будет. — покачал пальцем в воздухе Чернов.

— Кому?

— Да хоть бы и мне… — улыбнулся полковник. — Ждут нас, Саня, великие дела…

Опять без тоста, я сам себе налил в рюмку водки и выпил её никого не дожидаясь.

Великие дела…

Вот, оно, как…

— Когда хоть они начнутся? — повернул я своё лицо к полковнику.

— Скоро, брат, совсем скоро.

Чернов, как и не пил.

Раз, и со мной рядом сидел совершенно трезвый человек.

Глава 45

Глава 45 Моя субординатура

На следующий день после провозглашения КНР СССР признал это государство. Был самым первым, впереди планеты всей.

Буквально через сутки, уже 4 октября, новую страну признала Народная Республика Болгария, 5 октября — Румынская Народная Республика.

6 октября, как будто плотину прорвало, КНР признали Венгерская Народная Республика, Корейская Народно-Демократическая Республика и Чехословацкая республика.

Далее — Республика Польша, Монгольская Народная Республика, а там и восточные немцы подтянулись, Народная Республика Албания…

Китайская Республика на Тайване коммунистический Китай не желала признавать. На всех трибунах островитяне заявляли, что именно они являются законными правителями всего Китая, а Мао Цзэдун сам что-то там незаконное напровозглашал.

Мне же было не до большой политики, я — учился.

Прикрепили меня к нашему военному госпиталю и принялись гонять в хвост и в гриву. Словно у меня спецординатура перед «командировкой» в какую-то дальнюю экзотическую жаркую страну.

Вот, я опять домашними терминами начал разбрасываться из своего студенческого и не очень прошлого…

Ординатуру, тогда, в далекие восьмидесятые, мои знакомые молодые доктора проходили уже после интернатуры. Интернатура — это год работы после получения диплома врача. Но, в дипломе у них было записано — «лечебное дело», а не конкретно — терапевт, хирург или ещё кто-то. Вот, чтобы этими полноценными специалистами стать и иметь соответствующий документ, где указано, что ты акушер-гинеколог, хирург, терапевт, они год в больницах интернатуру и проходили. Затем, несколько лет, как правило в сельском районе по распределению работали, а уже после этого, при наличии светлой головы и кое-что уже умеющих рук, поступали в двухгодичную ординатуру.

Меня же сейчас в этой пресловутой местной «интернатуре» словно хотели в мастера на все руки превратить.

— Я же фельдшер! — напоминал ваш покорный слуга своим истязателям, но они и бровью не вели.

— Ничего. Трудно в ученье, легко в… гробу.

У врачей юмор специфический, не всем понятный и приятный.

— Осваивай, Саша, осваивай. Всё пригодится.

— Учись, пока мы живы…

Это и подобное я почти каждый день слышал.

Я и осваивал.

Бинтовал.

Иммобилизировал.

Проводил первичную хирургическую обработку ран.

Да-да, хоть КПК свою победу и на весь мир провозгласила, но на этом гражданская война с Гоминданом не закончилась.

Везли к нам в госпиталь раненых, везли…

В госпитале сейчас я и жил. Когда не учился, то ассистировал на операциях.

В морге осваивал простейшие оперативные вмешательства.

Законно всё это? Допустимо? Разрешено нормативными документами?

Что, меня в составе космической экспедиции куда-то собираются отправить? Так, не летают здесь ещё в космос!

Как наши новогодние праздники прошли, я и не заметил. У китайцев свой Новый Год, я сейчас не про него.

В середине января в госпитале полковник Чернов нарисовался.

— Как тут мой? — словно о каком-то своем рабе поинтересовался он у начальника хирургического отделения.

— Старается, — коротко прозвучало в ответ.

— Вы его побольше гоняйте, — дал рекомендацию в отношении меня полковник.

Куда уж больше!

Сил моих и так нет…

— Ты, тут давай, не раскисай.

Это уже мне было этим же добрым человеком сказано.

— Есть! — я встал по стойке смирно.

— Александр, не дуркуй! — нахмурился полковник. — Времени на подготовку у тебя остается немного. Скоро я тебя заберу.

Заберу?

Скоро?

Куда?

Эти вопросы я задать не успел. Чернов погрозил мне пальцем и в сопровождении начальника отделения покинул ординаторскую.

Что мне оставалось?

Учиться, учиться и ещё раз учиться, как завещал вождь мирового пролетариата.

Глава 46

Глава 46 Я напрягаю память

Куда же Василий Чернов меня забрать собирается?

Причем — скоро…

Что там у нас дома в пятидесятом году случилось?

Сколько раз я уже здесь себя ругал, поедом ел, что в своё время мало обращал внимания на такой образовательный предмет как история.

История — это серьезно. Тут тебе не за бабочками с сачком бегать. Надо при её изучении не только даты запоминать, знать когда и что случилось, но и понимать — зачем и почему это произошло.

Ну, и к чему это привело.

Да уж…

Пятидесятый год…

Что-то с военной авиацией связано…

С Китаем, если я правильно помню, всё более-менее уже утряслось.

В Европе что-то?

Нет, вроде…

Тут, где-то рядом?

Так, так, как…

Рядом?

Что у нас рядом?

А рядом у нас две Кореи. Корейская Народно-Демократическая Республика и Республика Корея. Одна — на севере, вторая — на юге Корейского полуострова. В одной — Ким Ир Сен, в другой — Ли Сын Ман.

Это сейчас в любой советской газете сообщается.

СССР за северян, США — за южан.

Вот такой расклад.

А, ведь точно — когда-то именно сейчас война между ними должна начаться…

Эх, надо было учить историю…

Я поднапряг мозги и… вспомнил.

Откуда-то из глубин подсознания, с самого донышка памяти всплыло, что 25 июня пятидесятого года две Кореи между собой воевать начнут.

Вот они, выверты памяти!

Ничего в ней не теряется, просто извлечь воспоминания надо научиться.

Ну, спасибо тебе, Василий…

Плакала моя демобилизация и возвращение из Китая в родные палестины, а вместе с этим и скорая учеба в институте!

Удружил Чернов, удружил!

Сколько там они воевать будут?

Я почесал затылок. Это — помогает. Почешешь и кровоснабжение головного мозга улучшается, соображать начинаешь лучше и вспоминать что-то тоже легче.

Уффф…

Вспомнил.

Три года. Даже чуть с хвостиком.

Три!!!

У меня даже чуть дыхание не перехватило.

А я уже планы своей дальнейшей жизни опять начал строить.

Удружил Чернов, удружил.

Три войны прошел, а теперь, что, на четвертую?

Конец второй части

Третья… будет.