Призыватель нулевого ранга (СИ) - Дубов Дмитрий - Страница 12

Пока выжившего вели к ней, она прикоснулась к самому большому валуну. И Юле, стоявшей рядом, показалось, что воительница улыбнулась. Но от этой улыбки недавно инициированную призывательницу прошила дрожь.

— Уже скоро… — прошептала Асакура.

— Здравствуйте, госпожа, — послышался развязный голос сзади.

Асакура, а вслед за ней и Юля обернулись и увидели парня, которого Кузнецова сразу узнала. Это тот самый, которого преподаватель назвал Старателем.

— Расскажи, что случилось с вашей группой, — холодно проговорила воительница. — Я слушаю.

Слушала не только она. Позади парня обступили безутешные родители, которые жадно глотали каждое слово, касающееся их детей.

— Да чего случилось, — ещё более расхлябанно проговорил Старатель. — Мы пришли обучить новичков. Объяснили им, как себя вести, что можно делать, чего нельзя. Но разве этим малолеткам можно что-то донести? Им что в лоб, что по лбу! Мы поначалу ещё могли их как-то сдерживать, но потом они совсем распоясались. Давай натравливать петов на всё подряд, в запретные коридоры лазить, живность всякую требушить! Ну тут чёртов молотобой, ну это такой с мощным хвостом, на нас и вышел. На ор малолеток, точнее. Я рявкнул на них, конечно, чтобы спасались, но кто меня будет слушать! Вот и результат! Нельзя недомерков в такие места пускать, сначала пусть себя вести научатся.

В этот у нескольких родителей, за время речи парня, сжались кулаки. И они медленно стали подходить к Старателю.

— А ловить тут нечего, я вам говорю, — добавил он, не видя всего этого. — Завал метров на двести, неделями копать будете, если новых обвалов не случится. Так что капец детишкам!

И вот тут чей-то отец похлопал его по плечу, чтобы Старатель обернулся.

— Это тебе капец, — прорычал он и ударил парня по лицу.

— Успокоились! — приказала госпожа Асакура. От её голоса повеяло такой силой, от которой у всех присутствующих побежали мурашки по коже. — Отойдите назад! — забыв о том, что только что хотели устроить расправу, люди попятились.

— Может, не стоит? — поинтересовался амбал в каске, который представлял рабочих прибывших на разбор завала. — Ведь может случиться повторный…

Асакура бросила на него мимолетный взгляд, отчего мужик сглотнул и коротко добавил:

— Понял.

А спустя несколько минут, собравшиеся стали свидетелями того, о чём всегда много говорили, но мало кто видел. Асакура подхватила свой посох особым образом, что его нижний конец поднялся выше рукояти. А затем она стала касаться им камней в одной ей известной последовательности. При этом губы воительницы шевелились, словно она разговаривала с камнями, уговаривая их расступиться и открыть проход.

Из посоха в камни ударил луч света. Мощный, яркий настолько, что собравшимся пришлось зажмуриться. А когда они открыли глаза, то увидели, что сквозь завал теперь ведёт ровный и круглый проход с оплавленными стенками.

— Двести метров говоришь? — презрительно поинтересовалась она и не дожидаясь ответа пошла по проходу. — Юля, со мной. Остальные ждут тут. Ты отвечаешь своей головой, чтобы никто не сунулся внутрь. — Ровным тоном проговорила она, глядя на амбала в каске.

Завал в действительности был не больше, чем на тридцать метров. Пройдя их, девушки оказались в нетронутом коридоре, подсвеченном аварийным светом. А вот за поворотом обнаружили бойню.

Асакура принюхалась, чем ввела в ступор Юлю.

— Есть выжившие, — объявила та. — Идём быстрее!

Первой обнаружили Нику. Юля подскочила к ней и обняла голову подруги.

— Никушка, дорогая, ты жива⁈ — вскричала она, забыв обо всём остальном.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом иссушенные губы открылись.

— Да, — прошептала та и открыла глаза. — Как ты смогла…

— Ника! Милая, я знала, что ты жива! — Прижимала её к себе подруга.

— Кхе-кхе… ты меня… задушишь! — Кое-как смогла проговорить Ника.

— Жива! — Продолжала радоваться сквозь слезы Юля.

— Задушишь, говорю!

Тем временем воительница подошла к поверженному монстру, встав совсем рядом с головой прижатого тушей парня. Она чувствовала, что в юноше теплится жизнь, но считала, что он без сознания.

В этот момент парень открыл глаза, приподнял голову и упёрся взглядом ей под платье.

— Хых! Розовые… — констатировал он.

Взмах посохом.

Удар по лицу.

Короткий, едва слышный вскрик.

«Ну вот, — подумала Асакура. — Теперь точно без сознания».

— Смотрите! Смотрите! — перешёптывались журналисты, когда рабочие выносили Нику, а затем и Макса. — Кто-то выжил! Интересно, многие?

— Никаких съёмок внутри, — отрезала вышедшая к ним воительница. — Никаких репортажей. Никаких данных! Я должна сама сначала всё исследовать.

Первое, что я увидел, открыв глаза, было довольное Лёхино лицо. Он смотрел на меня так, словно я с того света явился, и теперь обязан рассказать, каково там на самом деле.

Впрочем, отчасти так оно и было.

— При… — начал я, но понял, что горло пересохло, и теперь в нём першило, поэтому откашлялся, и всё-таки сказал: — Привет. Ты какими судьбами тут?

— К тебе пришёл, балбес, — Лёха всегда начинал обзываться, когда нервничал. — А то ты хотел ласты склеить, и даже меня не подождал.

Из этого логического винегрета стало ясно, что друг очень волновался за меня. Что ж, я в нём не ошибся. Оглядевшись я понял, что нахожусь в палате лазарета. Вокруг всё серо-белое. Не такое, как в кабинете инициации, но незримо похожее. Значит, скоро должен прийти лекарь, чтобы осмотреть меня.

— Сильно меня? — я, наконец, вспомнил, что случилось.

Вспомнил бой с монстром. А потом, кажется, было что-то ещё.

— Да нормально, — Лёха махнул рукой, при этом улыбаясь до ушей. — Ты что же это ничего не помнишь?

— Ну так, — я пожал плечами, прислушиваясь к своему телу, но ничего не болело, как будто рану уже залечили. — Пришлось немного с монстром подраться на ножах. Точнее, он — на когтях, а я с ножиком, который ты мне подарил.

Лицо друга так резко переменилось, что я даже не понял, что произошло. Теперь он выражал разочарование. Но быстро собрался и выдал:

— Вот же ты… Эх! — он махнул рукой, но затем склонился к самому моему лицу. — Тебя сама госпожа Асакура вылечила, представляешь⁈ — в голосе прорывались по-мальчишески восхищённые нотки. — Правда, перед этим она тебя чуть не добила, — он хотел засмеяться, но вовремя прикрыл рот ладонью. — Но это детали. А ты ничего не помнишь, — он раздосадованно поцокал языком. — А то бы воспоминания были на всю жизнь. Интересно, за что она тебя, а?

— Да я, кажется… — перед внутренним взором мелькнула розовая полоска ткани. — Нет, не помню.

— А ну тебя, — Лёха снова махнул рукой. — В следующий раз с тобой на приключения пойду, а то всё сам да сам. Расскажи хоть, что случилось? А то Ника твоя ни бэ, ни мэ, — он развёл руками. — Тоже говорит, что ничего не помнит.

Я приподнял правую бровь.

— С чего это она моя? — удивился я.

— Так она, кроме как про тебя, больше ни о чём и не говорит, — тут он сложил руки ладонями друг к другу у себя на груди и мерзким голосом, призванным изображать девичий, продолжил: — Ой, Макс меня спас, теперь я ему жизнью обязана, ведь если бы не он, меня бы сейчас не было. Ой, девачки, он такой, ну прям герой. Монстра голыми руками на запчасти разобрал, меня из расщелины вытащил.

— Прекрати! — недовольно произнес я, так как мне не нравилось, что вся эта ситуация стала поводом для шуток.

— Ладно, ладно, — Лёха выставил руки ладонями вперёд. — Извини, перегнул палку. А это всё и правда было? — теперь он стал серьёзным.

— Про монстра ты и сам наверняка знаешь, — ответил я, устраиваясь поудобнее на подушках. — А Нику — да, пришлось вытащить из трещины. Она там застряла, не могла сама выбраться. А пет её похоже помер.

— Ага. Говорят, что нового призвать будет проблематично. Да и откат по силе может произойти.

Мне сейчас не хотелось об этом думать. Впрочем, друг всё равно станет расспрашивать, что к чему и почему. Придётся рассказывать. Только вот всего я даже ему рассказать не смогу. А конкретно историю про демона.