Тайны затерянных звезд. Том 3 (СИ) - Кун Антон - Страница 24

Но похоже, отношения Магнуса и кометика интересовали только меня. Потому что больше никто не проявлял к ним никакого интереса — воспринимали происходящее, как должное.

С другой стороны, ситуация действительно была не простой.

— Неужели он убил эту тварь? — задумчиво спросил капитан, имея в виду, конечно же, грибы, которые Жи старательно затоптал. И конечно же самого Жи, который уже забился в свою нору в двигательном блоке, чтобы не попасться на глаза никому из людей.

— Вряд ли, — я покачал головой. — Это же гриб. Его не так просто убить.

— Ну да, верное замечание, — капитан вздохнул. — У него под землёй могут быть километры и километры этого мицелия… Было бы здорово, если бы было какое-то средство, чтобы капнул такой на краешек, и оно распространилось по всей грибнице само собой. Как по огнепроводному шнуру, знаешь?

— Знаю, — я улыбнулся. — Но увы, всё что мы пока можем — это топтать сами грибы, как это сделал Жи. Даже этого хватило, чтобы нанести какой-то урон, и сейчас грибу явно не до нас. Зализывает раны, наверное.

— Да к тому же нет никакой гарантии, что такой гриб тут один, — дополнил меня капитан, буквально сняв с языка фразу. — В любом случае, я думаю, что можно практически на официальном уровне утверждать, что проект «Флора-9» провалился тоже… Ну, только если «Хабитат» не придумают какие-нибудь высокотехнологичные шапочки из фольги. Да и то не спасёт, потому что сомневаюсь, что гости модного дорогого курорта согласятся их носить.

— Ну либо вложат баснословные суммы, чтобы уничтожить грибницу. Может, с их возможностями у них что-то и получится. Главное, что теперь проблема известна. А раз известна, то есть шанс найти решение, — добавил я.

— Ну вы где там⁈ — пропыхтела Пиявка в комлинк. — Проверили, нет⁈

— Проверили, — ответил капитан. — Всё в порядке, воздействия или нет, или оно минимально.

— Тогда всех перетаскиваем в местный лазарет! Всех, кроме…

Она не договорила, и отключилась. В общем-то, и так было понятно, что именно она не стала произносить вслух.

«Кроме тех, кому уже не помочь».

Привлекать Жи к переносу колонистов мы не стали — всё же слишком велик был шанс того, что кто-то из них после получения первой помощи от Пиявки придёт в себя и увидит робота. Нам-то, конечно, от этого ни холодно, ни жарко, но вот как отреагирует на такое сам Жи — я прекрасно себе представляю. Он просто оторвёт неудачливому человеку голову, без оглядки на пол, возраст и физическое состояние. Причём это даже не будет его желанием, ведь у роботов нет и быть не может никаких желаний. Это будет просто неукоснительное соблюдение первой директивы, наложенное на отсутствие запрета причинения вреда человеку.

Кстати, интересно, а как так получилось, что экипаж корабля не вписывается в первую директиву робота? С чего вдруг такое исключение? Или эта директива появилась у него уже после того, как он познакомился с экипажем? Но как такое могло произойти?

Короче говоря, надо бы сделать так, чтобы следующим, чью историю я узнаю, был Жи. Или даже не обязательно следующим, главное — как можно скорее.

Лазарет колонии оказался не таким большим, как хотелось бы — всего-то на десять коек, но это всяко было лучше, чем вповалку лежать на железном жёстком полу корабля. Тем более, что далеко не все колонисты нуждались в помощи. Некоторые уже не нуждались, к сожалению…

За раздумьями о необычности Жи как представителя разумных роботов я даже не заметил, как соотношение заполненности корабля и лазарета сместилось в сторону последнего, и Пиявка нервно переместилась туда, таща с собой целый чемодан всяких своих лекарских зелий. В лазарете она по-свойски вскрыла все шкафы и ящики (на наше счастье, они тут были такими же картонными, как и вся остальная мебель, а не то пришлось бы… Не знаю, резаком распиливать?.. И принялась доставать оттуда всё нужное для её деятельности.

Надо отдать должное, Пиявка прекрасно ориентировалась в чужом лазарете, что лишний раз говорило о её высоком профессионализме — значительно выше среднего! Повезло же нам на «Затерянных звёздах» с медиком. Если бы ещё не её закидоны…

Когда живые закончились, мы перешли к мёртвым. Их было одиннадцать, и только один из них, если я ничего не путаю, скончался уже после того, как мы отвоевали людей у гриба-телепата. Остальных Жи уже принёс на борт корабля такими, и это было не удивительно.

Первыми всегда умирают самые слабые, а среди одиннадцати погибших было шестеро детей, от пяти до двенадцати лет, четыре тоненьких женщины, и всего один мужчина — тот самый, что совсем чуть-чуть не дожил до того, как Пиявка начала помогать уже тяжёлым.

Мы перенесли тела за здание лазарета и пока что уложили на землю — что с ними будет дальше, пусть решают официальные лица.

— Пиявка, как дела? — спросил капитан по комлинку.

— Если не будете мешать, будут вообще идеально! — нервно ответила Пиявка. — Ждите! Если надо будет, я позову!

Ждать пришлось недолго. Через пятнадцать минут из лазарета вышли первые колонисты. Пошатываясь и зябко ёжась, словно на улице было не комфортных двадцать градусов по Цельсию, а около нуля, пара из мужчины и женщины выбралась на улицу, прикрывая глаза ладонью от солнца. Бледные, как смерть, но живые! Что несомненно радовало!

Все, кто был на улице (включая Кайто и Кори, которые тоже выбрались с корабля) тут же окружили их.

— Как себя чувствуете? — первым спросил я, не позволяя остальным похоронить бедолаг под горой вопросов.

— Очень плохо, — признался мужчина. — Как будто после сотрясения мозга… Был у меня такой опыт, знаете ли…

— Ну, в какой-то степени у вас и было сотрясение мозга, — хмыкнула Кори.

— Как вас зовут помните? — снова спросил я, жестом оборвав Кори и помогая спасённым сесть на скамейку, потому что стоять им явно было очень тяжело.

— Я Иван Топов, — представился мужчина. — Это моя жена Надежда.

— Скажите, кто тут главный? Кто руководит колонией?

Мужчина с женщиной медленно, будто заторможено переглянулись, посмотрели на нас, в сторону лазарета, снова переглянулись.

Мы всё это время терпеливо ждали ответа.

— М-мы, наверное… — неуверенно ответил мужчина. — Потому что я нигде не видел Найджела, нашего руководителя… Мы — его заместители.

Если они не увидели своего руководителя в лазарете среди живых, то вывод напрашивался сам. Среди умерших мужчина был только один.

— Мужчина лет сорока, подтянутый, с короткими волосами с проседью? — уточнил я. — На носу шрам?

— Д-да… — всё так же неуверенно посмотрел на меня Иван. — Вы его видели?

— К сожалению, он мёртв, — я покачал головой. — Его тело лежит прямо за зданием лазарета. Вместе с теми, кого спасти не удалось. Так что, если вы — его заместители, то действительно можно сказать, что вы теперь главные.

— Ясно… — Иван погрустнел, но тоже как-то заторможено. — В таком случае, мы хотели бы поблагодарить вас… Не знаю, за что, но очевидно, что без вас дело было бы плохо.

— Вы что вообще помните? — снова спросил я, взглядом дав понять экипажу, что буду вести разговор сам. — Самое последнее ваше воспоминание?

— Последнее воспоминание это как мы ждали прибытия партии… Кажется… — Иван задумался так глубоко, что аж лоб сморщил. — Кого?

— Кометиков? — наполовину спросил, наполовину констатировал я.

— Точно! — лицо Ивана резко прояснилось. — Мы хотели отправить корабль за кометиками! Их должны были привезти на космическую станцию неподалёку!

Кажется, он даже чувствовать себя стал пусть немного, но всё-таки получше. Видимо, всплеск гормонов от упоминания кометиков слегка прочистил сознание. Хотя полностью они восстановятся думаю ещё не скоро. Но то, что они могут ответить на наши вопросы, это уже хорошо. Плюс то, что сознание у них заторможено, расскажут всё что знают, без утайки. А потому я продолжил задавать вопросы:

— А зачем они вам понадобились?

— Мы стали замечать странные вещи, — пояснила Надежда, которая явно чувствовала себя получше мужа. — Сначала, когда мы только тут расположились, всё было отлично. Хороший климат, приветливая природа, плодородная почва… Но потом начались странности, где-то через месяц после того, как мы плотно здесь обосновались. Люди стали нервными, агрессивными, часто стали возникать конфликтные ситуации… Причём мы заметили, что если эти конфликты пресекать, то совсем недавно желавшие разорвать друг друга на куски люди тут же теряют это желание. И удивляются, откуда оно вообще взялось.