Моя простая курортная жизнь 6 (СИ) - Блум М. - Страница 11

Пальчики на моем подбородке сжались еще сильнее, как бы говоря, что ответ неправильный.

— Хочу знать, глядя в глаза знакомым, было у тебя с ними или нет. А еще хочу быть уверенной, что они не смеются за моей спиной, считая меня дурой… Ну что, обещаешь?.. Почему ты молчишь? — после паузы спросила она.

— А-ва-ва… — прошамкал я, насколько позволяла скованная челюсть.

Смущенно ойкнув, моя милашка разжала пальцы — после чего несколько секунд под ее пытливым взглядом я разминал челюсть, не торопясь с ответом.

— А про тех, кого не знаешь, тоже рассказывать? — наконец уточнил я.

Ее ресницы рассеянно хлопнули.

— А такие есть?

А ты думала, я сплю только с теми, кого ты знаешь?

— Есть даже такие, которых я не знаю, — добавил я.

Не знаю, зачем я это сказал — мне просто нравилось, как хлопали ее ресницы с каждым новым фактом. А чего ты удивляешься? Меня, может, половина твоих одноклассниц трахнула — даже я наверняка не знал.

— Ну, — задумалась моя милашка, — про тех, кого я не знаю, можешь не говорить. Но, — пальчик решительно помахал перед моими глазами, — если я с ними познакомлюсь, скажешь!

На том и порешили, а следом я снова полез целоваться, уже не встречая преград.

Время в полете пролетало еще быстрее, чем облака за иллюминатором. Мы целовались, обнимались, болтали о том, как прошло лето, а еще играли.

— Что это? — с любопытством спросил я, когда Дана достала из ручной клади шуршащий разноцветный пакет с надписями на мальтийском.

— Закрой глаза и узнаешь, — загадочно отозвалась она.

А затем одну за другой начала скармливать мне разные вкусняшки, предлагая угадывать вкус. Арахис, карамель, пастила, какая-то пахлава, шоколад, сушеный персик… И все же самым сладким в этом наборе были поцелуи, которые я время от времени срывал с губ моей девушки, предлагая распробовать одну вкусняшку на двоих. Не прошло и часа, как меня сняли с паузы, а я уже в полной мере вспомнил, как мне нравится быть ее парнем.

Чувствуя, что уже наелся карамели и арахиса, я теперь захотел фисташку — мою фисташку. Благо, ремни мы давно отстегнули, ручку кресла можно поднять, так что ничего не мешало прижать теплую мягкую недотрогу к себе и потрогать все, что целое лето так далеко пряталось от меня.

— Ром, ну руки… — шепнула она, поднимая их с попы на талию.

— Думал, — отозвался я, зарываясь носом в ее одурительно пахнущие волосы, — мы эту стадию прошли…

— Но не в самолете же…

— А если так? — занял я новую позицию, штурмуя те же округлости, только снизу.

За что ласково получил по руке ладошкой, а затем мне снова сказали закрыть глаза и стали опять скармливать вкусняшки, словно и правда думая, что в этом пакете может быть хоть что-то слаще ее самой.

Вот так и прошел пролет — мы даже сами не заметили, как быстро долетели.

— Папа написал, что не сможет меня забрать, — сказала Дана, когда, катя чемоданы, мы вышли из Карповского аэропорта на улицу. — Пишет, чтобы взяла такси…

Это все потому, что он не знает, что ты со мной прилетела — знал бы, сейчас бы тут со скрипом тормозов остановилась машина и оттуда на весь терминал крикнули «Дана, быстро садись!» Но вместо этого подъехала машина за мной.

— Ромк! — окликнула меня с водительского места Полина.

— Зачем такси? — я повернулся к Дане. — Поехали с нами!

— А это кто? — спросила моя милашка, чья улыбка мгновенно исчезла, а в глазах так и загорелось «что за милфа Гелиного возраста, которую я не знаю?»

— А это моя управляющая. Я тебе о ней рассказывал. Да ты ее видела вроде как-то… Добрая и дружелюбная, — добавил я, встретив взгляд Полины, которым она злобно и недружелюбно оценивала стоявшую рядом со мной девушку, а в ее глазах так и горело «здесь-то откуда твои подруги? Это моя привилегия встречать тебя с чужбины!»

Э, Полин, коней-то поумерь. Это не подруги — это девушка.

— А забирать тебя из аэропорта, — вредничала рядом моя девушка, — тоже входит в обязанности твоей управляющей? Как это любезно с ее стороны…

И ты, Дана, тоже поумерь. В конце концов, это мой лучший сотрудник, незаменимый, можно сказать.

Решив, что здесь на меня ложится почетная миссия миротворца, я подвел одну к другой и наконец-то их представил, абсолютно уверенный, что они друг другу понравятся, стоит им заговорить.

— Это Полина, моя управляющая, — кивнул я на вылезшую из машины красотку постарше. — А это Дана, моя девушка, — и приобнял мою милашку.

— Приятно познакомиться, — сухо произнесла моя управляющая, глядя на мою руку на девичьей талии.

— И мне приятно, — не менее сухо отозвалась моя девушка, глядя на объемные сиськи, привычно выпирающие из блузки.

Полина поймала ее взгляд и торопливо застегнула верхние пуговицы, пряча декольте то ли от нее, то ли от проходящих мимо мужиков с чемоданами, которые уже вовсю засматривались на такую таксистку, будто надеясь, что она подвезет и их. Облом, ребята — это частный трансфер, со всеми его преимуществами… и недостатками.

— А вы что же, помирились? — спросила красотка постарше, придирчиво косясь на наши стоящие рядом чемоданы.

— Да, помирились, — опередила меня с ответом Дана.

— И когда только успели? — поинтересовалась водительница, распахивая багажник. — Вроде отдыхали в разных местах…

— А мы в Москве в аэропорту встретились, — ответила моя милашка, помогая мне с сумками. — Вот как нам повезло.

— И правда, повезло, — скрестив руки под грудью, согласилась Полина.

Блин, меня одного пробирала холодная дрожь от этого их разговора? Может, в машине будет теплее?

— Ну поехали уже, — предложил я, шустро закинув вещи в багажник.

— Да, поехали, Ромк, — крутанула ключи на пальце красотка постарше.

Дана чуть поморщилась от этого фамильярного обращения — работника к работодателю. А следом одна забралась на водительское сидение спереди, а другая на пассажирское сзади — при этом и передняя, и задняя дверцы остались открыты, как бы зазывая меня. И с чего я решил, что в машине будет легче?

Полина легко постучала по сидению рядом, Дана кивнула на место рядом с собой. Я посмотрел на одни не улыбающиеся губы, на другие — поджатые, вспомнил, какие из них меня целуют — и сел на заднее рядом с моей милашкой. Красотка постарше, чье лицо я видел в зеркале, вскинула брови. А что ты удивляешься? Ты мне не девушка, а управляющая — сама кучу раз это подчеркивала.

— Пристегнитесь, — холодно бросила нам водительница.

Ключ резко провернулся в замке, и машина стартанула.

Мы не ехали, мы гнали. Полина, обычно очень осторожная и рассудительная на дороге, сегодня неслась так, словно оставила в доме включенную плиту и теперь как можно скорее хотела избавиться от пассажирки, у которой на коленке лежала моя рука и которая прижималась ко мне всякий раз, как нас заносило на поворотах.

Наконец, протяжно скрипнув тормозами, машина остановилась около дома моей девушки.

— Приятно было познакомиться, — как ни в чем не бывало еще раз повторила Полина.

Правда, выражение ее лица ничем не уступало выражению папаши Даны, когда он подвозил меня. Не хватало только фирменного «ага».

— Спасибо, что подвезли, — сказала моя милашка, открывая дверцу.

— Ага, — выдала Полина.

Ну вот, теперь сходство стало полным.

— Всегда пожалуйста, — уже по-человечески добавила моя управляющая, поймав мой вопросительный взгляд.

Сухо попрощавшись с ней, моя девушка вышла из машины. Я выбрался следом, распахнул багажник, извлек оттуда чемодан и докатил до ее крыльца.

— Только-только помирились, — с сарказмом заметила Дана, — а все уже так «радуются», — и сделала пальчиками кавычки. — Ей-то я что сделала?

— Да не обращай внимания, — сказал я, ставя ее багаж на ступени. — Наверное, у нее просто день не задался. А вообще, она добрая и дружелюбная, как я и говорил.

— Вот только ты не говорил, что она такая красивая, — прищурилась моя вредина. — И молодая. Прямо старшая сестра… Она что, ревнует?