Гарнизон Бездна (СИ) - Щегулин Антон - Страница 49

— Продолжай.

— Так что все присутствующие допустили несколько роковых ошибок. Твои ошибки: ты пустила внутрь меня, ты не учла, что я вооружён. Ошибки Уголька: он думал, что он не аутист…

— Да ты охренел, братец?! — возмутился зек.

— Ошибка Снежка, он направил свой ствол в безоружного, хотя должен был на меня. Теперь, если он дёрнется, я снесу ему башку. Ведь у твоего друга нет нейрошторма, верно?

Она молча смотрела на меня, Бента понимает, к чему я клоню.

— А моя ошибка заключается в том, что я принял приглашение сюда зайти. — делаю долгую паузу, чтобы дать им обдумать мои слова. — Теперь же, есть предложение.

— Выкладывай. — немедленно ответила Бента.

— Опускаем стволы по очереди, сначала ты, потом Снежок, потом я. И спокойно обговариваем условия сделки. Судя по тому, хрому, что у тебя здесь наличествует, платина не помешает, верно я понимаю?

Бента смотрит на меня какое-то время, напряжение в воздухе можно резать ножом. Снежок уж совсем рассвирепел, но молчал. Уголёк смотрел на меня таким взглядом, что было ясно, он никогда этого не забудет. Широкие ноздри Бенты расширяются и сужаются, как у быка. Несмотря на всю мою аргументацию, я более чем уверен, что сейчас состоится перестрелка. Ибо я залётный, а базарю, как своячок. Верить мне или поддаваться на мой блеф нет никаких объективных причин. Тем не менее, мы все почему-то медлим…

Если я выберусь из этого дерьма живым, я первым делом напьюсь. Ох, как я напьюсь…

Глава 18: Неожиданная встреча

Внезапно Бента опускает ствол и радостно произносит.

— Да уж, реально не с того начали! А чего мы все такие напряжённые, верно? Снежок, пусть Уголёк выдохнет. Ему всё равно недолго осталось, а вот с этим толковым парнем, я бы поболтала. Как говоришь тебя зовут?

Я выдыхаю, но допускаю, что это может быть хитрый манёвр, чтобы усыпить мою бдительность.

— Антей.

— И фамилия есть?

— С какой целью интересуешься? В налоговую запрос сделать?

Она рассмеялась, я поддержал её и опустил Скорпион.

— Налоговая? Ты тут такие словечки не говори.

Обстановка разрядилась. А я уже было готовился к худшему.

— Ладно, Антей, теперь знакомы будем. Моё имя ты знаешь. Тащите товар сюда, будем смотреть, что за дерьмо вы толкаете.

Я вызвал Овцебыка по коммуникатору, сказал, чтобы они с Деном тащили товар на нижние уровни. Ждать пришлось долго, пока ждали молчали. Иногда Уголёк пытался разрядить обстановку, но Бента его осаживала.

Наконец Овцебык и Ден притащили ящик платины. Остальное осталось на корабле. Оба были запыхавшиеся и мокрые. Ящик был тяжёлый.

— Так, ну что ж, посмотрим, что у вас тут за стафф.

Бента открыла ящик и начала осматривать. Я молился, а Уголёк, даже не подозревал, что что-то не так. Какое-то время мне казалось, что она нас раскусила и просто играет спектакль.

С другой стороны, здесь теперь Ден и Овцебык, а значит, что у нас численное преимущество. Правда, ствол есть по-прежнему только у меня. Я проклинал себя за то, что не вооружил Даная. Его навыки десантника здесь были бы очень кстати.

Бента завершила осмотр.

— Это всё? Или есть ещё?

— Есть ещё! — выпалил Уголёк.

— Я не с тобой разговариваю. — она повернулась ко мне. — Итак, есть ещё или нет?

— Есть.

— Сколько?

Я назвал точное число, и добавил, что есть ещё алмазные наконечники, осмий и прочее.

— Нет, меня интересует только платина. Тащите остатки, и рассчитываемся.

Внутри я обрадовался, но ликовать пока рано. Всё ещё может накрыться медным тазом. Я сказал Овцебыку и Дену, чтобы несли остатки. Они справились в несколько заходов и страшно устали.

К сожалению, ни я, ни Уголёк не могли им помочь, Бента попросту не отпускала. Судя по всему, ей нужна была эта сделка. Возможно, она тоже на мели. Мне это на руку.

Когда весь товар оказался перед ней, она ушла в какую-то небольшую комнатушку, куда еле пролезла. Затем вылезла оттуда с наличкой.

— Пересчитывай. — скомандовала Бента мне.

Я начал медленно перекладывать купюры из одной руки в другую.

— Здесь семьдесят. — говорю после того, как всё посчитал.

— Ну дык и ваша платина то ещё дерьмо. Считай по доброй душе накинула сверху десятку. Ей красная цена шестьдесят тысяч.

— Уговор был иной.

— Когда был уговор, я не видела товар. Теперь посмотрела, вы принесли платину не лучшего качества. Я плачу восемьдесят только за лучшую платину. Если что-то не нравится, давай деньги обратно, и забирай свои ящики.

— Ладно, договорились.

— Антей, дружище…

— Да, Уголёк, что такое?

— Мы с тобой договаривались о моей доле…

— Да, точно. Твоя доля. Тут какое дело, ты нам обещал продать товар дороже, озвучил совершенно иную сумму. А вышло всё не так как я рассчитывал. В четыре раза меньше, чем мы хотели.

— Вы придурки и правда поверили ему, что он толкнёт это дерьмо за двести сорок кусков? — Бента рассмеялась в голос.

— Двести пятьдесят. — сказал я, чтобы повеселить их ещё больше.

К Бенте присоединился Снежок, они начали ржать, как умалишённые. А Уголёк стоял с таким выражением лица, будто ему в задницу засунули горлышко от бутылки.

— С такими друзьями и враги не нужны. — продолжала смеяться Бента.

Я слегка улыбнулся.

— Антей! Что с моей долей?! — прошипел Уголёк.

— Ах да, держи свою заслуженную долю.

Протягиваю ему десять тысяч восемьсот реалов. Он смотрит на меня, как на врага народа.

— Бери, могу и передумать.

— Антей, ты же слышал! Пёс треклятый! Я им должен пятьдесят пять!

— Так, и? Это мои проблемы?

— Это явно не твои проблемы, дружок, — встряла Бента. — давайте валите вы трое, пока у меня хорошее настроение. А ты, лысый, остаёшься здесь, будет разговор.

Уголёк посмотрел на меня, затем на Бенту, затем снова на меня. Небрежно схватил те деньги, которые я ему протянул и пересчитал их.

— Запомни, Антей, теперь тебе придётся оглядываться, уж поверь. Ни одного спокойного дня в твоей жизни больше не будет. Проверяй, что ты пьёшь, проверяй, что ты ешь. Проверяй с кем ты работаешь. Я сделаю всё, чтобы достать тебя из-под земли. Уж поверь мне…

— Я тебе пару раз уже поверил, достаточно.

— А ведь я и правда подумал, что ты нормальный мужик. Но нет, ты вонючий…

Дальше я не слушал, мы втроём вышли, я пошелестел деньгами и засунул их во внутренний карман.

— Овцебык, Ден, приглашаю вас в ближайшую забегаловку, чтобы наконец пожрать. А потом в ближайший отель, чтобы наконец принять душ. Нормальный, человеческий душ. Не ту ледяную дрянь, что у нас на корабле.

Овцебык развеселился, Ден тоже.

— Но, друг, — обратился ко мне десантник. — хотелось бы покумекать по доле, сам понимаешь.

— Не переживай, Данай, на корабле всё порешаем, а пока я угощаю из своей, идёт?

— По рукам, дружище!

* * *

В первой же закусочной мы отожрались до отвала. Овцебык заказал себе три тарелки супа, второе и кучу хлеба. Я, как и мечтал весь полёт, попросил борщ с пампушками, но пампушек не было, поэтому пришлось обойтись просто двумя тарелками борща.

Ден заказал сосиски. Мы сидели и причмокивали от удовольствия. Пожалуй, это лучшее, что с нами случилось за последние месяцы. Сразу после еды, мы отправились в ближайший бар, где накидались пивом.

Не до дикого пьянства, но в глазах всё поплыло. Я осознал, что готов предаться самым низшим плотским утехам. Ко всему прочему цены на Бездне были просто великолепные, вся еда и алкоголь обошлись нам всего в пятьдесят с лишним реалов!

На те деньги, что у меня в кармане, здесь можно жить не тужить долгое время. Единственный минус — нет солнца. Но не успел я об этом подумать, как прозвучало громогласное объявление.

«Уважаемые жители и гости Бездны, мы рады пригласить вас на солнечную аллею, где вы можете почувствовать себя так, будто снова оказались на Земле. Вход платный, один реал! Поспешите! Количество мест ограничено!».