Беркутов-Туманный. Икона Стиля (СИ) - Горъ Василий - Страница 47

Нет, обратно их не возвращали, зная, что тело, поймавшее оплеуху, как правило, закручивается, а значит, теоретически, может заметить нас, парящих над туманами, и перестанет бить параллельно земле. Поэтому припечатывали каждого сферой умиротворения и деловито переключались на следующую цель. Закончили аккурат к прилету младшенькой, так что она помогла нам с развешиванием шаров льда, отключающих нашим жертвам еще и зрение. Увы, Богатырь, ослепший самым первым, невесть с чего ударил чем-то вроде веера воздушных лезвий почти вертикально вверх, и мы сначала порскнули в разные стороны, а после того, как добили текущую боевую задачу, спрятались под невидимостью и собрались в сотне метров от туманов.

— Не дурак, однако… — недовольно буркнула Света, как только зависла рядом со мной. — Смотрел бы чуть правее, зацепил бы как минимум меня… И о чем это говорит?

— О том, что отлетать подальше надо было после развешивания сфер! — вполголоса, но хором ответили мы.

— Угу… — сварливо пробурчала она, поняла, что срывать раздражение на нас — последнее дело, и заставила себя посмотреть на проблему под другим углом: — Впрочем, опыта реальных боев против групп людей с использованием полета у нас еще нет, так что первый блин получился очень даже ничего. И пусть мы играем нечестно…

— Что значит «нечестно»? — дурашливо возмутился я. — Нас — трое Бояр, а тут есть Князь, Богатыри, Бояре, Гридни…

— Так мы у себя, то есть, в Пятне, а они — ни разу не в городе! — возразила она, заметила, что Князь убил очередного родича, и посерьезнела: — Кстати, Игнат, мы и в этот раз будем собирать руки для последующей идентификации?

— Да ну… — внезапно заявила Ольга и предложила вариант поинтереснее: — Проще вложиться в какую-нибудь деревяшку испепелением и использовать угольную пыль для снятия папиллярных узоров. Да, точность получится так себе, зато не придется таскать целый термос чужих конечностей.

— Толково… — уважительно выдохнул я, заметил, что рухнуло и забилось в агонии сразу двое Богатырей, поскреб подбородок и как-то уж очень легко пошел навстречу проснувшейся паранойе: — Все, бой, можно сказать, закончен. Но на трупы теоретически могут наткнуться либо союзники Гладковых, либо какие-нибудь блудные добытчики. К судмедэкспертам трупы, естественно, никто не понесет, но представить бой постараются. Поэтому перед тем, как жечь деревяшки, давайте-ка всадим в каждое задохнувшееся тело хотя бы по паре-тройке ледяных игл или воздушных лезвий…

Глава 22

10 декабря 2513 по ЕГК.

…Пальчики «откатали» достаточно быстро, снова поднялись в воздух и рванули обратно. Да, возвращаться на заимку было рановато, поэтому я решил убедиться в том, что с ее обитателями все в порядке, а потом на всякий случай нарезать «охотничью» спираль. К моменту взлета облачность опустилась еще ниже и превратила день в вечер, снегопад заметно усилился, а северный ветер превратился в ураганный. Все бы ничего, но он дул практически навстречу и не только здорово замедлял, но залеплял лыжные маски снегом. И пусть при наличии прозрения потерять друг друга было сложно, мы все равно собрались в плотную формацию и чуть-чуть набрали высоту, чтобы не впороться в какое-нибудь дерево.

До хребта долетели достаточно спокойно, а прямо над гребнем поймали настолько сильный порыв, что с трудом удержали тушки в горизонтальном положении. Не знаю, как у девчат, а у меня это вызвало раздражение, поэтому я «притер» группу к кронам несколько резковато и зачем-то принял правее. А минут через шесть-восемь заметил «пятно» штук из пятидесяти человеческих энергетических структур, рывками несущееся к нашей заимке, разозлился и… потерял дар речи, заметив среди них «силуэты» Цесаревича и двух прапоров из второй смены постоянного состава!

Обнаружься среди последних «силуэт» прапорщика Евстигнеева, мог бы наворотить дел. А так проанализировал ранги Одаренных, скинул скорость и поделился с девчатами своими соображениями:

— Воронецкий, полная смена его телохранителей и либо штатный взвод вояк из «Лугов», либо парни из спецотдела. Думаю, мчатся спасать Императора.

— Ага! — перекрикивая ветер, поддакнула Света. А Оля озвучила вывод поинтереснее:

— Цесаревич параноит: взял с собой ровно столько Гридней, сколько, в случае чего, с гарантией положат его Бояре и Богатыри!

— Не дурак, однако! — хохотнула младшенькая и весело проорала: — Хе-хе, а ведь вся эта толпа вот-вот серьезно обломается: внешние сканеры-то тю-тю, а в такой ветер до часовых не докричаться!

— Ничего, обойдут безопасную зону с севера и запустят ракетницу. Или придумают что-нибудь еще… — предсказал я. И не ошибся: отряд «спасателей» все-таки смог достучаться до «защитников заимки», «опознаться» и получить доступ на охраняемую территорию. Но убил на это дело без малого час. Что, в общем-то, не удивило. Ибо при отсутствии внешних сканеров подпустить всю эту толпу к калитке можно было одним-единственным способом — временно отключив защитный комплекс. А это было рискованно, ибо могло «пригласить в гости» вражеских скрытников. Вот телохранители государя и тормозили. Но все обошлось. В смысле, в какой-то момент Цесаревич и его люди оказались во дворе, прошли проверку и рванули к основному сканеру «прописываться» в системе. А потом начали разбегаться по территории — наследник престола рванул к отцу, дожидавшемуся его на крыльце большого сруба, телохранители перешли под командование начальника охраны Императора и усилили посты, а толпой рядовых вояк зарулил дуэт из Виктора и прапорщика Ковалевского.

В общем, в «охотничью» спираль мы ушли со спокойным сердцем. И летали по долине до тех пор, пока видимость не упала практически до нуля. А потом о-о-очень осторожно спланировали к небольшой полянке и ломанулись к заимке рывками на дистанцию дохленького Новика. Чтобы ненароком не убиться об деревья, так как к этому времени буран превратился в стихийное бедствие.

Калитку нашли не без труда, кое-как достучались до часового, вошли во двор и «удивились», обнаружив, что нас встречают все подопечные и один из телохранителей Владимира Первого.

Витя переместился ко мне, торопливо оглядел с головы до ног, не нашел никаких следов страшных ранений, и переключился на девчат. Таня, конечно же, последовала его примеру. А злобная мелочь оказалась умнее — уставилась мне в глаза, как-то разглядела в них смешинки и радостно заверещала:

— Ха! Завалили!! Всех!!! Как я и говорила!!!!!!

Воронецкий прервал осмотр, поймал мой взгляд и с надеждой повторил ее первое утверждение:

— Завалили?

Я утвердительно кивнул.

— Всех?

Я кивнул снова.

— Как?!!!

— Пятно… Горожане… И МЫ… — преувеличенно серьезно «объяснила» Света. — У них не было шансов…

Великий Князь поверил сразу. И принялся делиться новостями. А его тезка, невзлюбивший меня с момента разговора о девочках в тыловых дозорах, нет. Поэтому презрительно фыркнул и… приказал следовать за ним!

— Виктор Андреевич, а вы ничего не путаете? — холодно поинтересовался я, мгновенно озверев. — Меня могли только пригласить. Поэтому отбегите-ка подальше, засуньте в известное место ваше личное мнение, вспомните о своих должностных обязанностях, подойдите к нам, склоните голову перед Великим Князем, попросите разрешения обратиться ко мне и обратитесь, как к главе дворянского рода, а не к вашему подчиненному!

Богатырь недобро прищурился и взбесил Воронецкого:

— Виктор Андреевич, у вас появилось личное мнение? А не подскажете, когда именно? После победы над змеей первого Кошмарного ранга? После захвата артефактора Гладковых и его охранника? Во время неравного боя с двадцатью Одаренными? Ах да, вы же во всем этом не участвовали. Ведь вам, телохранителю Императора и Богатырю, невместно напрягаться. Зато думать — это ваше. Верно?