Мастер Гримуаров (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 36

Посещение вокзала подсказало, куда мы с Лёней теперь поедем. Следовало привести себя в надлежащий внешний вид. Встречают по одёжке, а провожают по уму, и ехать в столицу в костюме с потёртыми локтями, пожалуй, не лучшая идея.

— Деньги есть — орлом летаем? — прокомментировал Лёня моё желание наведаться в один из лучших ростовских модных магазинов.

— Увеличение уровня потребностей ведёт к росту доходов — это так и никак иначе. Кстати, — я критично его осмотрел, — тебе тоже не помешает сменить гардероб.

— Так с удовольствием! Чур я сажусь на козлы! — объявил Лёня.

Я препятствовать не стал, и мы поехали на улицу Большую Садовую, где располагались лучшие бутики в городе.

Садовая была местом, где куда ни плюнь — всё утопало в роскоши. Бутиков здесь было столько, что рябило в глазах. Парковочных мест, правда, не нашлось, но Лёня приноровился и заехал двумя колёсами на тротуар.

— Уверен, что так можно? — спросил я.

— Так извозчики делают, значит, можно, но, — он поднял палец, — только осторожно!

Ну раз можно, то всяко лучше, чем переться в бутик, оставляя лошадь за пару кварталов от Садовой. Тут неподалёку весьма интересный райончик — Нахаловка, и сорванцы оттуда легко могут угнать экипаж. Для этого много ума не надо — лошадь не автомобиль, на ключ не закрывается.

Мы с Лёней остановились на магазине с названием «Империалистъ». На дверях стоял швейцар, открывающий посетителям двери. Едва мы зашли в магазин, как я сразу убедился в правильности своих слов про «встречают по одёжке».

— К вашим услугам лучший бутик города… — затараторила выбежавшая нам навстречу продавщица.

Увидев нас, она малость расстроилась и как-то помрачнела. Но настроение — штука изменчивая и улыбка вернулась на её лицо, когда я достал из кармана пачку новеньких купюр. Моё белое кольцо лучшего выпускника магического университета она тоже увидела.

Следующий час мы примеряли различные костюмы от самых модных дизайнеров империи. Девчата-продавщицы бегали вокруг нас, предлагая те или иные фасоны и коллекции. Лёня выбрал себе два варианта, между которыми не мог никак определиться. Для этого он перемерил полмагазина как минимум.

— Константин, скажи честно, какой мне больше идёт?

Он вышел из раздевалки в костюме кипенно-белого цвета с такими же белыми туфлями. Честно? Лёня выглядел в нём, как дешёвый сутенёр с Красноармейской, местного аналога улицы красных фонарей. Второй костюм был аналогичного фасона, но ярко-красного цвета.

— Белый цвет победы? — улыбнулся я.

— Ну не у одного же только тебя белое кольцо, у меня хоть костюм будет белым!

— Вам очень идёт, Леонид Игоревич! — залепетали девчонки.

— Не, ну а что не так-то? — Лёня крутанулся возле зеркала, видя в моих глазах толику насмешки.

— Как минимум то, что твой белый костюм в цеху станет серым уже к концу смены, — я не стал расстраивать Леонида и не озвучил всплывшие у меня ассоциации.

— Решено, тогда беру красный!

Я предпочитал более консервативные цвета и взял чёрный костюм, такого же цвета туфли. Всё это выбрал почти сразу и уже оплатил, но из-за Лёни пришлось задерживаться.

Спрашивать, не хочет ли Лёня посмотреть что-то ещё, я не стал, а то надолго тут застрянем. Тем более красный и белый отнюдь не самые экстравагантные цвета из здесь представленных.

— Господин, господин, это не ваша карета у дороги? — обеспокоенно спросила одна из продавщиц.

— Моя, — я обернулся и увидел, что возле кареты стоит полиция.

— Тогда сейчас её у вас заберут! — пропищала продавщица.

Блин, что и требовалось доказать — парковка на Большой Садовой запрещена. А принцип «можно, но только осторожно» работает не всегда.

Понимая, что документов на карету у меня нет, я задумался над вопросом — как сделать так, чтобы у меня не забрали повозку.

— Дорогая, у вас чистый лист бумаги и ручка найдутся?

— Одну секундочку, — продавщица зашла в кассовую зону и дала мне лист бумаги и ручку.

Пока полицейские осматривали экипаж, я потратил пару минут и намалевал на листе кое-какие записи.

— Лёня, иди распишись, — попросил я друга.

— Ты чего удумал? — шепнул он.

— Карету у тебя покупаю!

— Э… Так карета же…

— Твоя и ты мне её продаёшь, — перебил я. — Ну, если не хочешь идти в поместье пешком.

— Да ладно, чё ты! Я просто спрашиваю, где расписаться?

Я указал ему место для подписи, и Лёня, старательно высунув кончик языка, подписался.

Я рассчитался, оставив щедрые чаевые, а выходя из магазина, обнаружил в своём кармане записку. Сложенный пополам листок с отпечатком поцелуя красной помадой. Даже интересно, кто из них подложил записку?

— До свидания, Константин Фёдорович! — пропели продавщицы.

Выходя из бутика, я прихватил конфетку из высокой вазы, будет чем порадовать сестрёнку. Надо бы ей ещё игрушек купить по пути домой.

— Господа, у вас, видимо, какие-то вопросы к моему экипажу? — обратился я к полицейским, выходя из бутика и держа в руках пакеты со старой одеждой.

Стражи порядка обернулись и, увидев дорого-богато одетых дворян, вытянулись по струнке.

— Судари, здесь запрещено стоять! — объяснил полицейский. — Нам положено забрать карету на штрафстоянку.

— Так мы и не стоим, мы уже выезжаем, — заверил я и покосился на Лёню. — Леонид Игоревич, вам не следовало отпускать извозчика до завершения сделки! Я так и знал, что что-нибудь он да натворит. Полюбуйтесь — он оставил карету в запрещённом месте!

Я обернулся к полицейским, успевшим достать клейкую ленту для опечатки кареты, и продолжил.

— Простите великодушно!

— Сударь, попрошу вас предоставить документы на экипаж, — попросил полицейский.

— Вот-с, документы купли-продажи, как раз оформили сделку с Леонидом Игоревичем, — я указал на Лёню. — Попрошу по возможности нас не задерживать, до министерства внутренних дел здесь рукой подать. Но господин заместитель министра, как вы, наверное, знаете — любит пунктуальность.

Полицейский изучил листок с моими каракулями и нашими подписями. Помялся, но всё же убрал клейкую ленту. Стражи правопорядка переглянулись.

— Хорошего пути, господа!

— И вам спокойной службы.

Мы с Лёней сели в карету и отъехали от магазина. Проезжая мимо здания губернского министерства внутренних дел, приятель на меня покосился.

— Мы разве к заместителю министра не поедем?

Пришлось объяснять, что эта карета не моя, и потому мне пришлось импровизировать в разговоре с полицией.

— Во как! — изумился Лёня. — Я-то уже губу раскатал, что мы у заместителя министра чай пить будем! Погоди, если карета не твоя, то чья?

— Одних нехороших людей, которые дали мне ей безвозмездно попользоваться.

В поместье мы прибыли поздним вечером. Там нас восхищённо встречали домашние.

— Аж дурно стало! — принялась обмахиваться кухонной салфеткой Наталь Петровна, когда увидела на моём пальце белое кольцо.

— А я всегда верил, что Константин Фёдорович далеко пойдёт! — подключился её муженёк.

— Ура-а-а! — сестрёнка подбежала и обняла меня.

— На! — я сунул ей конфетку, прихваченную в бутике, и два пакета с игрушками, купленными по пути.

Следом коротко рассказал, что произошло после выпускного экзамена.

— Я по такому делу стол накрою! — обрадовалась Наталья Петровна.

Пока она волшебничала на кухне, я собрал на совещание управляющего и Леонида. Коротко объяснил им, что завтра еду в столицу, где буду патентовать изобретение гримуара и решу некоторые вопросы по материалам и прочим радостям.

— Пока я буду трястись в поезде, вам надо выполнить ряд задач — как по хозяйству, так и по производственной части. Ваши задачи… — я обратился к управляющему и проговорил список задач, которые необходимо выполнить до моего приезда.

Старик, как человек обязательный и дотошный, все мои распоряжения записал себе в блокнот.

— По покрытию дороги до поместья и предприятия прошу узнать первоочерёдно, расчёт буду требовать сразу по приезду!