Волшебный десерт для мага. Я (не) твой сахарок! (СИ) - Рождественская Елизавета - Страница 45

— Завари два чая, — остановила меня Амелия, выделив слово «два» голосом.

— Так сильно нервничаешь? — нахмурилась я. — Ну, ладно…

Поставив на стол два стакана мятного отвара, услышала повелительный тон:

— Пей.

— Я? — неуверенно посмотрела на Амелию.

— Ты! Ну же!

До меня начало медленно доходить, что Амелия сочла бредом воспалённого мозга мой странный рассказ. Я послушно села и отпила из кружки несколько больших глотков.

— Так что там с эльфами и переворотами? У тебя горячки точно нет? — подтвердила она мои подозрения, приложив ладонь к моему лбу.

— Да всё со мной в порядке, — помотала головой, сбрасывая её руку. — Всё очень просто. Ты ведь сама нагадала мне, что ведьмовской дар просыпается?

Амелия кивнула.

— А ещё ты мне сказала настоящее имя Винса — Виктор Бранс.

Она снова кивнула, пригубив согревающий чай.

— Это очень помогло, — продолжила объяснять я. — Вспомнив основы медитации, я смогла найти его, и мы поговорили. Удивительное ощущение. И сон, и явь…

— И он рассказал тебе про артефакт, эльфов и переворот? А ты уверена, что тебе это не просто приснилось? Ну, там усталость, напряжение последних дней, неизвестность… — неуверенно уточнила Амелия.

— Нет, это был не сон… — я оглядела опустевший зал и нагнулась к подруге через стол. — Я нашла то, о чём он говорил. Теперь мне надо придумать, как уничтожить тёмноэльфийский артефакт. Я ищу, читаю… была уже в библиотеке, в книжной лавке и даже храме, но… пока ничего полезного не нашла.

— Так, ладно. Покажи, что у тебя… там.

Кофейню пришлось закрыть чуть раньше. Хорошо, что на горизонте маячил конец дня и не маячили посетители. Агния тоже уже ушла. По пути домой она доставляла несколько сладких заказов для постоянных клиентов.

Мы с Амелией прошли наверх и открыли тайник. Камень был на месте. Я ткнула в его сторону пальцем и посмотрела на подругу страшными глазами.

— Вот смотри. Он в коконе охранного заклинания. Чувствуешь? — Амелия отрицательно качнула головой. — Ай… в тебе же нет магии… Но мне кажется, даже без магии ощущается, как от него веет тьмой… Я просто обязана его уничтожить.

Мы обе уставились на камень, который продолжал мерцать лиловыми всполохами, как ни в чём не бывало, и обращаться в пепел от наших взглядов тоже не хотел.

— А что пишут в твоих книжках? — спросила Амелия.

— Да много чего. И ничего конкретного, — я закрыла тайник и уселась на пол. — Винс нашёл способ, записал его и спрятал рядом, но… ощущение, что часть текста отсутствует. И мне кажется, что это какая-то важная часть… Я искала информацию везде, где могла, однако, кроме общих сведений о дроу и их магии, ничего путного не нашла…

Мы одновременно вздохнули.

— О! — внезапно меня посетила мысль. — А может, ты погадаешь? Даже если не будет конкретного ответа, я хотя бы пойму, в верном ли направлении двигаюсь?

— Не уверена, что будет толк — ты же моя подруга… — пожала плечами Амелия. — Но я попробую.

Она тоже поудобней устроилась на полу и вытащила из сумки мешочек с камушками и зачем-то выпуск «Вестника», который положила рядом.

— Задумай вопрос и кидай.

Амелия переложила мне в ладонь горсть цветных камней и приготовилась ждать, но моя рука дрогнула и камни рассыпались прямо на газету.

— Ой, прости, я сейчас всё соберу! — воскликнула, пытаясь собрать все камушки в одну руку.

Амелия замерла, не сводя глаз с газеты, а затем сказала:

— Оставь, я сама, — она принялась собирать камушки. — Лучше вот это почитай.

Взгляд упал на «Вестник». Я сосредоточилась на статье, позволяя Амелии забрать камни из моих рук. Глаза пробежали по строчкам. В газете говорилось об аресте Девеника Свона. Сердце сжалось от переживаний за подругу. Лерайлия, должно быть, в отчаянии! Мы в последнее время виделись очень редко. Её жизнь баловала проблемами не меньше моего, поэтому, как и в случае с Амелией, выручали короткие записки со стандартными вопросами и тёплыми пожеланиями с надеждой на скорую встречу. И вот сейчас очередное несчастье на её хрупкие плечи…

— Кошмар… одно за другим… — вздохнула и отложила газету. — Надо сходить, спросить, как Лера себя чувствует, если она сама раньше не зайдёт. А с артефактом, получается, ничего не поделать…

— Почему же? Вот с ним и сходи… — Амелия собрала всё в мешочек и добавила. — Кто может лучше владелицы завода артефактов знать про создание и уничтожение артефактов?

— А ведь правда, — я задумалась. — Как мне самой это на ум не пришло. Обязательно схожу её навестить и спрошу. Вдруг у них на заводе есть сведения о таких артефактах… а может, машина для их уничтожения.

Амелия внезапно сжала мою ладонь и попросила:

— Даже если сомневаешься, даже если всё мешает — всё равно сходи.

— Схожу, — улыбнулась я подруге. — Спасибо, Амелия.

В этот момент в комнату залетела Диди. Птаха приземлилась около нас и деловито уставилась на газету.

— Слушай, а она у тебя подросла? — отметила Амелия. — Кажется, Диди была меньше в прошлый раз.

— Да, — я погладила яркие пёрышки. — Как раз в тот день, когда я пришла к тебе со своими снами. Фамильяры привязаны к своей ведьме и растут вместе с её даром. Судя по всему, именно поэтому Ди так ощутимо подросла.

— А вот у меня недавно коббарра облезла… — задумчиво протянула Амелия. — Хотя я же не маг, а она не фамильяр…

— Ну, может, у гадалок тоже так. У тебя божественный дар, а Саюши питается благодатью… Тоже связь, как и у нас с Диди.

Я поднялась с пола и аккуратно заставила тайник табуретом с банными принадлежностями. Хотелось прямо сейчас отправиться к Лере. Амелия встала следом.

— И что может означать полинявший фамильяр? Саюши сейчас почти голая с торчащими кое-где клочками шерсти. Ни больше, ни меньше она не стала.

— Может, надо купить магический укрепляющий шампунь? — предположила я, но судя по лицу Амелии и тому, как Диди покачала головой, поняла, что смолола абсолютную чушь, и повинилась: — Ой, Амелия, прости, я отвечаю, что первое в голову придёт! Наверное, правда, надо поспать. Спасибо, что ты зашла! Я бы ещё долго мучилась, а тут хоть какая-то определённость появилась.

На выходе из кофейни подруга взяла меня за руки и искренне пожелала:

— Надеюсь, что скоро всё разрешится. Обязательно держи меня в курсе.

На этом мы попрощались. Она направилась к себе домой, а я… я медленно побрела в сторону дома Девеника Свона, где сейчас жила Лерайлия.

Ветер разгулялся не на шутку, вторя буре в моей душе. Разговор с Амелией вселил хрупкую надежду, как это было всегда, когда я встречалась с подругой, но на сердце всё равно камнем лежала безысходность. Время было не на нашей стороне, утекало словно песок сквозь пальцы, а я топталась на месте, как несколько лет подряд топтался и сам Винсент, пока его не схватили. Если ищейки поймут, что я всё знаю, пощады не будет ни ему, ни мне. И некому защитить…

Память услужливо подсказала, что вообще-то мой высокопоставленный дед никуда не делся. Жив, здоров и вроде как заинтересован в процветании нашей монархии. Однако… я и раньше не питала особой симпатии к высшему сословию, а теперь… Кто его знает, может, у них там повсеместный заговор, и дед мой в той же связке? И тут я такая, спустя столько лет, появляюсь на пороге: «Здравствуй, дедушка. Это я, Вероника, яблоко раздора в вашей с бабушкой семье. Несу тебе подарок — зловещий артефакт, способный разрушить наше государство». Смешно… сами справимся. У меня есть Амелия, Хантли и Лера с Девеником. Вот только Винсент далеко…

На миг я снова провалилась в отчаяние. Показалось, что решение проблемы не найдётся никогда, что я не смогу помочь любимому и потеряю его навсегда.

Внезапно ветер принёс к моей ноге листовку с кричащим заголовком про грядущий бал. Бал… мы так хотели пойти туда вместе… С Лерой обсуждали фасоны платьев и ждали-ждали… а теперь?

Так, незаметно дошла до дома подруги. Лерайлия встретила меня с заплаканными глазами. Пресветлая Лейна, как я понимала её боль! Мы молча обнялись, а потом она без лишних вопросов пропустила меня внутрь и прошла на кухню, ставя на плиту чайник.